Готовый перевод My Grandmaster and I Found Our Happy Ending After I Left the Sect / Изгой поневоле: Счастье с великим мастером: Глава 13

Су И поднял взгляд на Лю Чжи и с мольбой в голосе произнес:

— Поэтому я хочу попросить тебя об одной услуге.

Не дожидаясь ответа Лю Чжи, Су И продолжил:

— Духовная сила заклинателей демонов не способна защитить духовное сознание ребенка. Я временно запечатаю ее духовное сознание, а ты присмотри за ней некоторое время. Как только я найду способ полностью исцелить духовное сознание, я заберу ее и буду воспитывать сам.

— Куда ты отправишься искать способ исцелить духовное сознание?

Су И ответил:

— В Долине Иллюзорных Цветов растет одна духовная трава, способная исцелить духовное сознание...

Не успел он договорить, как Лю Чжи перебил его:

— Даже не говоря о том, легко ли отыскать эту духовную траву, Долина Иллюзорных Цветов — это земли Клана Демонов. Слыханное ли дело, чтобы кто-то вернулся оттуда живым? Отправиться туда вот так опрометчиво — чем это отличается от самоубийства?

Су И произнес:

— Если я действительно погибну там, ты передашь ребенка Лу Лянши.

Лю Чжи принял у Су И сверток с пеленками, сделал пару шагов вслед и вскричал от переполнявшего его гнева:

— До чего же ты безответственен! Разве так ведут себя отцы?

Су И не замедлил шаг, и его силуэт уже скрылся из виду.

В Долине Иллюзорных Цветов деревья закрывали небо и солнце, а в Мире Демонов ночи всегда были длиннее дней. Он блуждал внутри в поисках уже долгое время, так что счет дням и ночам почти потерялся.

Спустя примерно три месяца Ляо Шэн вновь отыскал его.

Су И коснулся обжигающе-горячего узора на шее, сжал покрепче широкий меч и настороженно уставился на человека перед собой:

— Зачем ты снова пришел?

Уголки губ Ляо Шэна изогнулись в улыбке, и он произнес:

— Разумеется, чтобы сообщить тебе хорошую новость и заодно забрать свое. Он добавил с довольным видом: — Юаньхэ умер.

— Не может быть! — сердце Су И дрогнуло. — Ты врешь.

Ляо Шэн откликнулся:

— Какая мне выгода тебе лгать, Су И? Более того, я должен поблагодарить тебя: если бы ты не забрал обратно свой Юаньдань, он, пожалуй, не умер бы так быстро.

Су И не мог в это поверить:

— Я же вернул Юаньдань назад, как он мог погибнуть?

В глазах Ляо Шэна мелькнул зловещий блеск. Прежняя мягкость исчезла, сменившись насмешкой:

— Ты и вправду думаешь, что Юаньхэ — божество? Дважды насильственно вырывать Юаньдань и после этого продолжать жить... Чи Му пекся о репутации Пика Цинхуа и боялся до смерти загнать тебя, так что наверняка потратил немало сил. Но Юаньхэ-то вырывал Юаньдань оба раза по-настоящему. Ты, пожалуй, еще не знаешь, каково это на вкус — так позволь мне проявить доброту и дать тебе испытать это сегодня.

Узор на шее Су И раскалялся все сильнее, казалось, кровь во всем теле вот-вот закипит от жара. Издав мучительный вопль, Су И рухнул на колени, а узор постепенно стянулся в золотистую Златоглазку и вернулся в руки Ляо Шэна.

Ляо Шэн приковал взгляд к проступавшей сквозь кожу Су И крови, которая обагрила всю его одежду. Стонущий крик застрял меж зубов, но все же не удержался и сорвался наружу. Ляо Шэн от этого вида, казалось, лишь еще сильнее возбудился:

— Верно, именно так. Вытягивать жилы, ломать кости, испытывать невыносимые страдания. Юаньхэ отсек мне руку, и пусть теперь он мертв, я все равно не могу с этим смириться. Почему бы тебе не вернуть мне руку за него? Долг учителя уплачен учеником — это вполне соответствует вашим правилам.

Широкий меч Шашэн, упавший на землю, вновь оказался в руках Ляо Шэна. Вспыхнул алый свет, и половина левой руки Су И тоже перешла к Ляо Шэну. Глядя с высоты своего роста на человека, который катался по земле в луже крови, потеряв всякий человеческий облик, он медленно произнес:

— Говорят, в этой Долине Иллюзорных Цветов есть чудесное лекарство, способное вновь нарастить кости и плоть. Если ты сможешь отыскать его для меня, я верну тебе твою руку.

— Ты... используешь меня, — Су И выговаривал каждое слово так, будто тратил на это последние силы. — Тебе... этого... не видать.

Ляо Шэн отступил на шаг назад и, ничуть не разгневавшись и не растерявшись, произнес:

— Ну и что с того, что я использую тебя? Пеняй лишь на то, что ты так легко доверяешь тем, кому верить не следует, а в тех, кому верить должно, твоя вера недостаточно крепка и долговременна.

Внутри Долины Иллюзорных Цветов затянул мелкий дождь. Ляо Шэн давно ушел, а Су И лежал в луже крови. Бай Ши установил барьер, преграждая путь дождю, и опустился рядом с Су И на корточки. Дождь уже смыл следы крови с его лица, обнажив бледные до прозрачности черты, а узор на шее исчез, оставив лишь шрам.

Он помог остановить кровотечение на отрубленной руке Су И, сжав в ладони сияющий, гладкий Юаньдань, и стал медленно направлять духовную силу, возвращая Юаньдань в даньтянь Су И.

В сознании постепенно зазвучали неясный шум дождя и звуки флейты. С большим трудом Су И открыл глаза, и его взгляд сразу же уперся в черные зрачки Бай Ши. В этих глазах читалось мягкое выражение, но никаких иных эмоций различить было невозможно. Сглотнув, он хрипло и настороженно спросил:

— Кто ты в конце концов такой?

Голос Бай Ши доносился до его барабанных перепонок словно из очень далёких мест:

— Хочешь узнать, кто я — открой глаза.

Глава 13. Ранняя заря

Пальцы Бай Ши чуть шевельнулись, надавливая на запястье. Не обращая на это внимания, он продолжал вливать духовную силу в тело Су И, шаг за шагом восстанавливая и исцеляя заблокированные и разорванные каналы. Хотя Юаньдань изначально принадлежал Су И, с тех пор прошло слишком много времени, к тому же Су И теперь обладал телом заклинателя демонов, из-за чего принять и полностью сроднить его с собой оказалось не так-то просто.

— Крёстный папа проснулся! — Фэн Цинюань неотрывно следила за состоянием Су И, и стоило ей заметить малейшие признаки возвращения в сознание, как она испуганно и радостно вскрикнула. Утерев полные слез глаза, она бросилась к постели.

Су И едва пришел в себя, как Фэн Цинюань со слезами и соплями попыталась уткнуться ему в грудь. Хриплым голосом он приказал:

— Назад.

Сникнув, Фэн Цинюань отступила на шаг и замерла у края ложа.

— Крёстный папа, тебе лучше?

Бай Ши отвел руку, но Су И опередил его, крепко перехватив чужое запястье. Не опуская глаз и глядя исключительно на Фэн Цинюань, Су И вложил в хватку столько силы, что Бай Ши не смог сразу высвободиться и позволил ему делать все, что тот пожелает.

— Как тебе удалось сбежать с Пика Цинхуа? — послышался голос Су И.

Фэн Цинюань втянула голову в плечи, и Те И ответил за нее:

— Это этот подчиненный плохо справился с заданием.

Фэн Цинюань поспешно выпалила:

— Те И здесь ни при чем, я сама сбежала.

Приподнявшись на постели, Су И бросил взгляд на Фэн Цинюань и велел Те И:

— Сведи ее отдохнуть.

Те И увел упирающуюся Фэн Цинюань из комнаты. Как только дверь закрылась, Су И разжал пальцы, сдерживавшие запястье Бай Ши, и промолвил:

— Прости.

Кожа Бай Ши отличалась неестественной бледностью, словно он годами не видел солнечного света. Прикрыв рукавом покрасневшее запястье, он поинтересовался:

— Как ощущения? Получается привыкнуть?

Су И оставил вопрос Бай Ши без внимания. Вглядываясь в его глаза в надежде отыскать хоть какие-то отличия, он сдержанно выдавил:

— Зачем? Зачем ты вернул его?

Бай Ши ответил:

— Хоть заклинатели демонов и совершенствуют духовное сознание, а с Юаньданем связаны не столь тесно, насильственное извлечение Юаньданя наносит меридианам необратимый вред. Если ты еще хочешь развивать свое мастерство и не желаешь погибнуть от демонического порабощения, возвращение Юаньданя принесет тебе одну лишь пользу.

Су И нахмурился:

— Разумеется, я это знаю. Я не о том спрашиваю.

Бай Ши молча смотрел на Су И. Его взгляд был открытым, пожалуй, даже излишне прямолинейным, и постепенно опустился ниже — на шею Су И. Там виднелся шрам размером с медную монету; судя по всему, прошло немало времени, так что след остался совсем бледным и при невнимательном осмотре его почти не замечали.

Су И чуть выше подтянул воротник одежды, скрывая шкарную отметку. Воспользовавшись этим, Бай Ши отвел взгляд и произнес:

— Юаньхэ желал вернуть тебе Юаньдань, я лишь последовал его воле.

Выражение лица Су И слегка изменилось. Подумав немного, Бай Ши добавил:

— Это вещь, которая изначально принадлежала тебе, возвращение владельцу. Оставь ее у себя без тревог.

Протянув руку, он поймал зависшую в воздухе нефритовую флейту и протянул ее Су И:

— Тогда ты слишком глубоко погрузился в демоническое состояние, положение было непростым, и я воспользовался твоей флейтой, чтобы успокоить твой разум.

Взяв нефритовую флейту, Су И спрятал ее обратно в рукав. Помедлив добрую половину дня, он с трудом выдавил из себя:

— Спасибо.

Он отчетливо ощущал перемены в собственном теле: все те разорванные каналы оказались исцелены дюйм за дюймом, внутренняя духовная сила текла свободно и полновесно, и даже тот Юаньдань, который уже давно чуждался его естества и по идее должен был вызвать отторжение и обратный удар, мирно покоился в даньтяне. Пережив нынешнее погружение в демоны, он и не надеялся выжить — тот ночной кошмар терзал его почти целое столетие, и порой ему казалось, что лучше бы все этим и закончилось.

— Владыка.

Ши Ин поднес к руке Бай Ши меч Цинхуа и озадаченно произнес:

— Почему мне кажется, что остаточное сознание Юаньхэ все еще не рассеялось?

Бай Ши машинально принял оружие, но едва его пальцы коснулись клинка, как его брови сошлись на переносице.

Ши Ин предположил:

— Мы что же, неверно истолковали его волю, или у него осталось больше одного желания?

Су И внезапно подал голос:

— Дайте мне взглянуть.

— Не двигайся! — испуганно попытался остановить его Ши Ин, но было уже поздно.

Ладонь Су И уже легла на рукоять меча. Подсознательно желая отдернуть руку, он слегка озадаченно спросил:

— Что такое?

Ши Ин в шоке уставился на совершенно неподвижный меч Цинхуа:

— Этого не должно быть...

— Все в порядке, — пришел на помощь объяснением Бай Ши. — Меч Цинхуа абсолютно чист и непорочен, его также называют девственным мечом, и к нему нельзя прикасаться тем, кто утратил чистоту. Он, должно быть, опасался, что ты пострадаешь от обратного удара.

Су И показалось, что лежащий перед ним меч опаляет ладонь. Не успел он убрать руку, как Бай Ши накрыл ее своей сверху и отрывисто, низким голосом приказал:

— Закрой глаза.

Кожа соприкоснулась гладко и прохладно — температура почти совпадала с холодом металла под его ладонью. Словно под воздействием чар, Су И вопреки всему послушался Бай Ши и закрыл глаза.

Бай Ши спросил:

— Что ты видишь?

— Колокольчики под карнизом, ветер колышет их, и раздается звон.

— Можешь догадаться, к чему клонил Юаньхэ?

Ши Ин долго раздумывал, словно силясь до чего-то додуматься, затем со сложным выражением взглянул на Су И и переспросил:

— Какие еще колокольчики? Те, что висели у жилища Юаньхэ?

Су И открыл глаза и ответил:

— Да. Я могу догадаться отчасти, но не до конца уверен.

Бай Ши велел:

— Говори сперва то, что понял.

— В древних трактатах упоминались особые темные колокольчики, именуемые колокольчиками охраны духа. Легенда гласит, что в древности жила мать с сыном, оставшиеся вдвоем. Когда сын вырос, власти забрали его в армию. Желая дождаться победного возвращения сына домой, мать после смерти не пожелала покидать этот мир и ее дух вселился в колокольчик под карнизом: едва ветер раскачивал его звон, как она ждала возвращения родного человека. Су И бросил быстрый взгляд на выражение лица Бай Ши и продолжил: — Если эти колокольчики олицетворяют незавершенное желание Достопочтенного, значит, он кого-то ждал.

Ши Ин спросил:

— Кого же он ждал?

Су И перевел взгляд на Бай Ши и медленно произнес:

— На стене в его жилище висела картина. Он ждал человека с картины.

Меч Цинхуа исчез из-под руки Бай Ши. Поднявшись вслед за ним, он произнес:

— Я понял. Завтра я снова отправлюсь на Пик Цинхуа.

Су И поднял голову:

— Позволит ли мне Владыка отправиться завтра вместе с вами?

http://bllate.org/book/38718/4874547