Готовый перевод The Sickly Beauty Heartthrob is a High-Risk NPC / Моя роль — смертоносный NPC-сердцеед: Глава 25

Как и следовало ожидать, перед ними лежала зацепка для выполнения Главной миссии — именно та, которую искал Фу И.

Юй Цижун помрачнел. Пальцы в кармане задумчиво потирали только что поднятую с земли вещицу, но взгляд его был прикован к пространству за спиной Дядюшки Сюя.

Они шли вместе с процессией, которая постепенно поднималась всё выше и выше, пока не достигла относительно ровной площадки на вершине. С другой стороны обрывалась бездонная пропасть.

Будь это обычный обрыв, полбеды. Но Юй Цижун видел Черный туман — те самые зловещие клубы, что обычно клубились вокруг сходивших с ума одноклассников. Сейчас этот туман плотной массой завис над бездной, готовый в любую секунду сорваться вниз и поглотить деревню.

Неудивительно, что миссия называлась «Побег из Деревни Желтых Песков».

Юй Цижун опустил голову, светлые ресницы почти касались костяной маски. Он уставился на песок под ногами.

Похоже, в день Лунного затмения этот чёрный туман вырвется на волю. Отсюда и необходимость бежать.

Но ведь это место — самая высокая точка Деревни Желтых Песков. Стоит туману хлынуть вниз, он, точно прорвавшая плотину лавина, сметёт всё на своём пути. А вокруг — бескрайняя, выжженная пустыня. Куда тут бежать?

Песок под ногами шуршал. Перед ним остановилась пара чёрных туфель. Юй Цижун медленно поднял взгляд и наткнулся на холодное, безупречное лицо Су Тана. Нахмурившись, он смерил его ледяным взглядом.

С виду этот парень казался образцом благородства, холодным и неприступным, но на деле оказался таким же прохвостем, как и все остальные.

Су Тан никак не отреагировал на его колкость. Он лишь молча протянул Юй Цижуну какую-то вещь:

— Спрячь.

Юй Цижун с любопытством взглянул на ладонь. Там лежал круглый изумрудный предмет — изящная запонка из настоящего, полупрозрачного нефрита, переливавшаяся глубоким зелёным цветом. От неё исходило приятное, живое тепло, постепенно разливавшееся по пальцам.

Это странное ощущение было ему до боли знакомо — точно такое же тепло он совсем недавно чувствовал внизу живота.

— Что это? — спросил Юй Цижун, протягивая руку с изумрудной запонкой обратно.

Су Тан слегка вскинул брови, приоткрыл рот, словно собирался что-то сказать, но так и не проронил ни слова.

— Если не объяснишь, я это не возьму, — Юй Цижун упрямо выдвинул ладонь вперёд.

Су Тан опустил глаза, скрывая промелькнувшие в них чувства, и негромко произнёс:

— У тебя слабое здоровье.

Здоровье у Юй Цижуна и впрямь было ни к чёрту. Из-за постоянного воздействия Черного тумана его организм давно был истощён до предела, пускай внешне это и оставалось незаметным.

Но откуда об этом знать Су Тану?

Помня о выданной Системой Дополнительной миссии, Юй Цижун просто не мог позволить себе расслабиться. Слишком подозрительно.

Юй Цижун сощурился и натянул фальшивую, холодную улыбку. Слегка приподнявшись на цыпочки, он ловко выхватил запонку и опустил её прямиком в нагрудный карман Су Тана:

— Я совершенно здоров. Забирай обратно.

Су Тан лишь молча смотрел на него сверху вниз. В его глазах на мгновение промелькнула такая тихая обида, что Юй Цижун невольно вспомнил фильм, который они когда-то смотрели в школе — про преданного пса по кличке Хатико.

Мысленно усмехнувшись собственной фантазии, Юй Цижун отбросил лишние мысли и сосредоточился на представлении, которое разыгрывал Дядюшка Сюй.

Когда люди с белыми повязками на головах разошлись, на площадку выбежали несколько танцоров в пёстрых масках. Они принялись неистово кружиться в странном, ритуальном танце, поднимая тучи жёлтой пыли. Юй Цижун, не желая дышать этой грязью, решил потихоньку отступить назад, но Дядюшка Сюй вовремя его заметил.

— Эй, парень! — лицо Дядюшки Сюя расплылось в широкой, морщинистой улыбке. Он приветливо замахал рукой, подзывая Юй Цижуна: — Как раз вовремя! Иди сюда, иди скорее!

Юй Цижун помедлил, но всё же подошёл. Поведение старика разительно отличалось от того, как он встретил их изначально: тогда он едва цедил сквозь зубы слова, а теперь буквально лучился радушием. Стоило держать ухо востро, чтобы не попасться на какую-нибудь уловку.

Впрочем, старик не замышлял ничего дурного. Он лишь с воодушевлением затараторил:

— Вы ведь приехали... как его... на лунное затмение посмотреть? Так вот, слушай меня: чем выше заберётесь, тем лучше будет видно! После ужина обязательно поднимайтесь сюда, отсюда вид — краше не сыщешь. Передай остальным вашим, пусть тоже приходят.

Юй Цижун неопределённо кивнул, соглашаясь лишь для виду. Дядюшка Сюй, похоже, пребывал в таком восторге, что даже не заметил его холодности. Когда парень повернулся, чтобы уйти, старик крикнул ему вдогонку:

— Обязательно приходите, не забудьте!

Прийти-то они придут. Вот только сперва нужно хорошенько во всём разобраться.

***

Вернувшись в своё временное убежище, они сопоставили собранные сведения. У всех групп результаты оказались примерно одинаковыми.

В нескольких домах действительно оплакивали покойников. Никакой чертовщины никто не замечал, однако местные жители охотно делились легендой, передававшейся в Деревне Желтых Песков из уст в уста.

По их словам, в день Лунного затмения снизойдёт сам Бог Луны. Он благословит всех верных последователей, а те из них, кто испустил дух в этот день, воскреснут и обретут вечную жизнь.

Сказка чистой воды. Даже сам Юй Цижун, будучи неигровым персонажем, прослушавшим школьный курс обществознания, ни на грош не поверил бы в подобную нелепицу. Однако деревенские фанатично верили в это предание и с нетерпением ждали его исполнения.

Юй Цижун устало потёр виски. Похоже, среднее образование здесь стоило бы сделать обязательным для всех без исключения.

— Кто-нибудь узнал хоть что-то про Юй Цижуна? — спросил Фу И, прерывая молчание.

Юй Цижун на мгновение замер. Скрытый костяной маской, он опустил веки и настороженно прислушался к реакции остальных.

— Мы всё расспросили, — отозвалась Линь Сиюэ. — В Деревне Желтых Песков человека с таким именем нет.

— У нас то же самое, — поспешно добавила Лу Тао. — Ни среди живых, ни среди мёртвых никто о нём не слышал. Похоже, этого Юй Цижуна здесь отродясь не бывало.

— У меня есть одна догадка, — подал голос Сян Ян.

Юй Цижун слегка приоткрыл глаза и посмотрел на него. Рука, спрятанная в просторном рукаве пиджака, крепче сжала Драконий амулет из нефрита.

— Что, если этот таинственный Бог Луны и есть Юй Цижун? В описании Дополнительной миссии он значится как Высокоопасный неигровой персонаж. Простой деревенский парень вряд ли потянул бы на такой статус, верно?

Тот самый Высокоопасный неигровой персонаж молча отвёл взгляд, но тут же обнаружил, что стоящий рядом Су Тан пристально наблюдает за каждым его движением.

Фу И кивнул:

— Не исключено.

Юй Цижун опасался, что Су Тан выдаст его, но тот хранил молчание до самого конца собрания, безупречно отыгрывая роль немого напарника. Даже историю о находке каменной плиты Юй Цижуну пришлось рассказывать самому — Су Тан лишь молча вытащил её и положил на стол.

Завидев плиту, Мэн Чань, до этого отрешённо перебиравший чётки, замер. Он поправил сползающие на переносицу очки и мягко произнёс:

— Кажется, я где-то видел этот узор.

— М? — Фу И повернулся к нему, побуждая продолжать.

— В доме семьи Сунь, что на окраине. Стенки их колодца выложены точно такими же плитами. И, если мне не изменяет память, одной плиты там как раз не хватало, — задумчиво припоминал Мэн Чань.

Второй сын покойного старика Суня?

Юй Цижун мгновенно сопоставил факты с утренними разговорами о новопреставленном. Если колодец действительно принадлежит семье Сунь, то между происшествиями определённо есть связь.

Согласно легенде, верные почитатели Бога Луны обретают бессмертие. Если покойный Сунь-младший тоже был истовым верующим, то наличие священных символов на его колодце вполне объяснимо. Но почему тогда одну из плит нашли так далеко от дома?

— Неужели всё дело в колодцах? — робко спросила Лу Тао. Почувствовав на себе общее внимание, она смутилась и неуверенно указала пальцем на улицу: — Днём я ходила искать воду и видела у Старейшины Сюя точно такие же рисунки на колодце.

Эти слова заставили всех мгновенно сорваться с мест. Игроки толпой вывалили во двор и уставились на колодец.

— И впрямь, один в один, — подтвердил Сян Ян.

— В соседней комнате у Сюев полно бумаги и письменных принадлежностей, — предложил Ли Ингуй. — Скажем, что нам нужно сделать наброски местности, одолжим их и снимем копии с барельефов. Так будет проще изучить узоры.

При упоминании бумаги и карандашей у Юй Цижуна загорелись глаза. Выгадав момент, когда никто не смотрел в его сторону, он незаметно стянул лист бумаги и карандаш и спрятал их в карман. Без этих элементарных вещей он чувствовал себя беззащитным.

Колодец оказался восьмигранным. Разделившись, они быстро сняли оттиски — по грани на каждого.

Впрочем, толку от этого было мало. Сама резьба по камню давно стёрлась от времени, а сколько веков эти плиты простояли здесь, оставалось только гадать.

Фу И, хмурясь, разглядывал свой листок:

— Странно всё это. Жители пустынь обычно выживают за счёт талых вод с окрестных гор. Но здесь у каждого во дворе вырыт собственный глубокий колодец. Откуда у здешних крестьян технологии, позволяющие бурить водоносные слои посреди песков?

Юй Цижун подпёр спиной стену. Он делал вид, что напряжённо размышляет над словами лидера, но на самом деле просто витал в облаках.

Искать логику и здравый смысл внутри Подземелья? Глупейшая затея.

В Призрачной школе Ланьси хватало нелепиц. Если бы Юй Цижун пытался докопаться до сути каждой из них, он бы до сих пор сидел за партой и зубрил учебники, а не разгуливал по опасным мирам.

Он давно понял, что эти пространства порой создаются на скорую руку — точно дешёвые подделки, которые швырнули в производство без надлежащей проверки качества и проработки деталей.

Когда поиски зашли в тупик, среди игроков ожидаемо поползло раздражение. Их можно было понять: до затмения оставались считаные часы, а неизвестность страшила сильнее любого монстра.

Линь Сиюэ раздражённо скомкала бумагу и уставилась на безучастного Юй Цижуна. Её взгляд полоснул по нему холодом:

— А тебе, я вижу, вообще плевать на происходящее. Признавайся, ты и есть тот самый неигровой персонаж?

Юй Цижун удивлённо приподнял бровь. Надо же, обычное нежелание усердствовать вызвало такую бурю.

Заметив полное равнодушие в его глазах, Линь Сиюэ вскинулась ещё сильнее:

— Я всё обдумала. Этот Высокоопасный неигровой персонаж вовсе не обязан сидеть в деревне. Что, если он затесался в наши ряды? Брат Фу, ты ведь бывал в куче Подземелий, сам знаешь — твари частенько прикидываются людьми.

Фу И нахмурился, храня молчание, но перевёл тяжёлый взгляд на Юй Цижуна, словно ожидая от него оправданий.

— И это не пустые придирки, — продолжала давить Линь Сиюэ. — Во-первых, он единственный, кто прячет лицо. Во-вторых, его белые волосы и алые глаза... Не верю, что никто из вас не находил это подозрительным!

— У меня болезнь, — холодно отозвался Юй Цижун. — Терпеть не могу чужие взгляды.

— Какая ещё болезнь? — прищурилась Линь Сиюэ.

Юй Цижун на секунду задумался, выуживая из школьного курса биологии подходящий термин:

— Альбинизм.

Белые волосы и красные глаза — вполне стандартные признаки для такого диагноза.

Линь Сиюэ на миг растерялась, но тут же зацепилась за другую деталь:

— А ещё я видела, как ты стащил бумагу и карандаш!

Юй Цижун на секунду замер, затем медленно вытащил руки из карманов и с самым невинным видом пожал плечами:

— И зачем они мне?

— Откуда мне знать! — фыркнула девушка.

Она буравила глазами его карманы, явно требуя немедленного досмотра.

Под прицелом нескольких пар глаз Юй Цижун демонстративно вывернул карманы наизнанку. Там ничего не оказалось.

— Значит, спрятал в инвентарь Системы! — мгновенно сориентировалась Линь Сиюэ.

Юй Цижун лишь молча смотрел на неё. Воздух в комнате словно наэлектризовался, обстановка накалилась до предела.

— Эй, народ, вы с ума сошли? — Сян Ян вклинился между ними, пытаясь разрядить обстановку. — Юй Ци не может быть неигровым персонажем! Мы вместе перенеслись сюда из Пространства Главного Бога. С каких это пор местным тварям разрешено там разгуливать?

Юй Цижун воспользовался моментом: он обиженно опустил пушистые белые ресницы, скрывая алые глаза, и принял вид незаслуженно оскорблённой невинности.

— Да ладно! — не унималась Линь Сиюэ. — А его имя, Юй Ци? Вам не кажется это дешёвой фальшивкой? Отличается от «Юй Цижун» всего на один иероглиф!

— Хватит, — резко оборвал её Фу И. Он с укоризной посмотрел на девушку: — Не время устраивать склоки. Лунное затмение на носу. Вместо того чтобы тратить силы на пустые подозрения, лучше подумайте, как нам закрыть миссию.

Линь Сиюэ недовольно поджала губы, но замолчала.

Юй Цижун перенёс вес тела на другую ногу и случайно перехватил глубокий, чернеющий взгляд Су Тана. Почувствовав необъяснимый дискомфорт, парень незаметно отступил на полшага назад, поближе к Сян Яну.

В этот момент в тёмных омутах глаз Су Тана словно завихрился настоящий ураган — тяжёлый, пугающий, сулящий скорую расправу.

Заметив эту перемену, Сян Ян невольно вздрогнул. Он осторожно придвинулся к Юй Цижуну и прошептал на ухо:

— Слушай, я его чем-то обидел?

— Понятия не имею, — покачал головой тот.

Юй Цижуну и самому безумно хотелось, чтобы этот человек перестал буравить его взглядом. Навязчивая, необъяснимая забота со стороны Су Тана начинала тяготить.

Его способность нейтрализовать чужое пагубное влияние и сверхъестественная осведомлённость о чужом здоровье вызывали массу вопросов.

«Хоть бы это было простое совпадение», — мысленно надеялся парень.

Их затянувшийся спор прервал стук в дверь. Пришедший слуга от имени Старейшины Сюя пригласил гостей к столу и посоветовал переодеться в тёплые вещи.

В пустыне суточный перепад температур был беспощаден: днём плавился воздух, а ночью холод пробирал до самых костей.

Сам хозяин дома к ужину не вышел — поговаривали, старик с головой ушёл в приготовления к ритуалу встречи Бога Луны.

Лу Тао окликнула посыльного — вихрастого мальчишку лет четырнадцати. От внимания миловидной девушки тот мгновенно вспыхнул до ушей.

— Как тебя зовут? — ласково спросила Лу Тао, глядя на него с тем самым восхищением, перед которым не мог устоять ни один юнец.

— Сюй Чжай... — паренёк смущённо взъерошил затылок. На фоне громоздкой сине-чёрной ватной куртки он казался совсем ещё хрупким и нескладным.

— Скажи, а смотреть на затмение ночью... это безопасно? — испуганно прошептала Лу Тао, заглядывая ему в глаза. — Мы с друзьями ужасно трусливые. Насмотрелись сегодня всякого по дороге, теперь спать боимся...

— Да вы что, бояться совершенно нечего! — при упоминании божества Сюй Чжай преобразился. Его глаза фанатично заблестели, а речь потекла горячим потоком: — Бог Луны милостив. Он дарует вечную жизнь всем своим верным детям. Вся вода в наших колодцах — Его священный дар. Стоит сделать хотя бы глоток, и вы навеки станете Его благословенной паствой!

Звонкий, восторженный голосок мальчишки заставил Лу Тао мгновенно заледенеть. Её улыбка превратилась в вымученную гримасу.

Остальные игроки тоже помрачнели. Благословение таинственного бога явно не сулило им ничего хорошего. Если здешняя вода накладывала неизлечимое проклятие или метку, это означало лишь одно — вся их группа обречена на гибель.

Сюй Чжай, не замечая гробового молчания гостей, продолжал вещать с нарастающим экстазом:

— Бессмертие! Разве не об этом грезит каждый смертный из плоти и крови?

***

Когда мальчишка ушёл, гнетущая тишина буквально придавила присутствующих к полу. Юй Цижун остался стоять у стены, безучастно разглядывая перепуганные лица игроков.

Единственными, кто сохранял олимпийское спокойствие, были сам Юй Цижун — по вполне понятным нечеловеческим причинам — и непредсказуемый Су Тан.

Первой не выдержала Линь Сиюэ. Её голос сорвался на истерический визг:

— Какое, к чёрту, бессмертие?! Нас превратят в ходячих мертвецов или чудовищ! Я знаю этот тип Подземелий, это типичное проклятие! Те, кто его подхватил, больше никогда не станут людьми!

Лицо Лу Тао тоже осунулось. Они с Ли Ингуем потратили целое состояние, наняв опытных проводников, чтобы безболезненно пройти это проклятое место, но реальность оказалась жестокой. Судя по всему, их банально обманули: даже хвалёный Фу И не имел ни малейшего представления, что делать. Лу Тао едва сдерживалась, чтобы не устроить скандал, ведь от лояльности проводников зависели их жизни.

Фу И сидел неподвижно, уставившись в бумажные оттиски узоров, словно надеялся отыскать там скрытую истину, но его мысли явно зашли в тупик.

Мэн Чань лихорадочно перебирал деревянные чётки, пытаясь вернуть душевное равновесие и молясь лишь о том, чтобы не поддаться всеобщей панике.

Сян Ян, напротив, продолжал уплетать ужин за обе щёки. Юй Цижун пришёл к выводу, что этот парень обладает редким даром феноменальной толстокожести.

Юй Цижун натянул плотную чёрную куртку на ватине, отчего его хрупкая фигура мгновенно округлилась, а пушистый меховой воротник выгодно подчеркнул белизну его шеи.

Заметив его сборы, Сян Ян поднял голову от тарелки:

— Юй Ци, ты куда собрался?

— В комнате слишком душно, — ответил парень, не отвлекаясь от застёгивания пуговиц. — Пойду пройдусь. Если не вернусь к сроку, встретимся уже на вершине холма.

Застегнув последнюю пуговицу у самого подбородка, Юй Цижун бросил короткий, нерешительный взгляд на Су Тана и шагнул за порог.

На улицу опустилась глухая, беззвёздная ночь. Во дворе усадьбы Сюев тускло горели несколько фонарей. Красные бумажные плафоны бешено метались под порывами ледяного ветра, жалобно поскрипывая деревянными креплениями. Казалось, ещё секунда — и пламя погаснет.

Юй Цижун поднёс ладони к губам, согрел их дыханием и спрятал глубоко в карманы куртки.

Погода здесь была непредсказуемой: ещё днём зной заставлял расстегнуть ворот рубашки, а теперь холод забирался под плотную одежду.

Он опустил голову и принялся мысленно вести отсчёт, делая шаг на каждую секунду.

Ровно на счёте «десять» за его спиной скрипнула дверь.

Юй Цижун обернулся. Из дома торопливо вышел Су Тан. В руках он держал зимнюю куртку — явно выскочил следом, даже не успев одеться.

Заметив, что парень ждёт его, Су Тан невозмутимо встряхнул куртку и набросил её на плечи прямо на ходу.

В груди Юй Цижуна странно затрепетало сердце. Нахмурившись, он поймал себя на мысли, что этот молчаливый защитник знает о нём гораздо больше, чем положено случайному попутчику.

— Зачем ты увязался за мной? — прямо спросил он.

Су Тан промолчал.

Юй Цижун лишь вздохнул — этого ответа он и ожидал.

— Если будешь молчать, я уйду туда, где ты меня никогда не отыщешь.

Звучало довольно нелепо, ведь по правилам подземелья именно Юй Цижун не мог отдалиться от Су Тана больше чем на десять шагов. Однако парень преподнёс всё так, словно это Су Тан зависел от его капризов.

Но, как ни странно, Су Тан действительно слегка нахмурился, будто эта пустая угроза не на шутку его встревожила.

Этот статный, широкоплечий мужчина умудрялся выглядеть безупречно даже в громоздкой деревенской одежде. Су Тан так отчаянно боялся выпустить Юй Цижуна из виду хотя бы на секунду, что даже не стал застёгивать молнию — просто запахнул полы куртки руками.

В этой куртке с меховым воротником он умудрялся выглядеть так, словно сошёл с подиума. Будь они сейчас в Призрачной школе Ланьси, а Су Тан — каким-нибудь загадочным переведённым учеником, Юй Цижун непременно проявил бы к нему интерес. Парень с такой внешностью и фигурой определённо заслуживал внимания.

Возможно, он даже потеснил бы Тан Синфэя в его личном рейтинге.

Но увы, они находились в смертоносной Деревне Желтых Песков.

Потеряв терпение, Юй Цижун резко развернулся и зашагал прочь.

Позади тут же зазвучали поспешные шаги. Су Тан быстро нагнал его. Когда Юй Цижун сердито обернулся, преследователь моментально нацепил на лицо привычную маску ледяного спокойствия.

Угрожать было бесполезно, а вытянуть из этого немого хотя бы слово — задача и вовсе невыполнимая. Мысленно махнув рукой, Юй Цижун решил заняться делом, стараясь попросту игнорировать своего верного спутника.

В отличие от Фу И, Юй Цижун не собирался ломать голову над скрытыми загадками Подземелья. Он знал: нужно просто набраться терпения.

Создатели этих миров никогда не допускали застоя. Если сюжет зависал, Система без колебаний пускала в ход самые грубые, порой напрочь лишённые логики механизмы, лишь бы подтолкнуть игроков к финалу.

А уж сколько жизней перемелет этот безжалостный конвейер по дороге — Системе было абсолютно плевать.

Но сидеть сложа руки тоже не следовало. Любая крупица информации могла спасти жизнь.

Юй Цижун без труда отыскал дом семьи Сунь.

Ориентир был приметным: пока у всех остальных во дворах покачивались красные праздничные фонари, у ворот Суней висели траурные белые плафоны.

Раскачиваемые ледяным ветром, они походили на погребальные стяги. Слабонервный путник уберёгся бы от этого зрелища.

Юй Цижун бросил взгляд на застывшего в паре шагов Су Тана и уверенно постучал в деревянные ворота. Он бил кулаком настойчиво, чтобы хозяева расслышали стук сквозь завывание бури.

За забором послышался тихий шорох, затем неторопливые шаги. Спустя мгновение из-за закрытой двери раздался робкий женский голос:

— Кто там?

— Я один из тех приезжих любителей звёзд, что прибыли в деревню сегодня утром, — спокойно ответил Юй Цижун.

— Вам что-то нужно? — поспешно отозвалась женщина. — Моих свёкра и свекрови нет дома. Если они вам нужны, идите на вершину холма. Они все сейчас там.

Ушли на холм? Так рано?

— Я пришёл именно к тебе, — мягко произнёс Юй Цижун сквозь щели в дереве. — Я видел тебя днём на улице. Ты очень горько плакала.

За дверью повисла тяжёлая пауза. Спустя минуту засов со щелчком сдвинулся, и створка приоткрылась. На пороге стояла молодая женщина с опухшими от слёз глазами. Юй Цижун молча ждал, пока она заговорит.

— Проходите в дом, — тихо вздохнула хозяйка. Она бросила быстрый взгляд на возвышающегося позади Су Тана и отступила в сторону, приглашая гостей войти.

Юй Цижун шагнул через порог, и Су Тан бесшумной тенью скользнул за ним.

Во дворе Суней тоже высился каменный колодец, украшенный теми же ритуальными узорами. Проходя мимо, Юй Цижун явственно уловил доносящийся из тёмных глубин тихий, неестественный всплеск.

Он обменялся быстрым взглядом с Су Таном, и они вошли в жилые комнаты.

Женщина зажгла крошечную масляную лампу. На низком деревянном столе громоздилась гора поминальной утвари: бумажные жертвенные слитки, имитирующие золото, лежали целыми охапками. Юй Цижун никогда прежде не видел подобных обрядовых предметов и подолгу рассматривал их.

— Извините за беспорядок, — смутилась хозяйка, поспешно сгребая бумажное золото в холщовый мешок. Усадив гостей, она тревожно глянула в окно на полную луну и повернулась к ним: — О чём вы хотели спросить? Я расскажу всё, что знаю.

Юй Цижун перехватил её взгляд и тоже посмотрел на ночное небо.

Ночное светило сияло мертвенно-ярким, холодным блеском, заливая усадьбу призрачным молочным светом, отчего жёлтые пески казались припорошенными снегом.

Затмение ещё не наступило.

— Местные твердят, будто смерть в этот день — великая радость, сулящая вечную жизнь. Почему же тогда ты оплакивала мужа? — прямо спросил Юй Цижун.

Женщина, видимо, уже выплакала все слёзы. Бесцеремонный вопрос гостя не вызвал у неё новой истерики. Напротив, она ответила пугающе ровным голосом:

— Вечная жизнь — непосильная ноша для простых смертных. Вся деревня молится на Бога Луны, а я... я не верю ни единому слову из этих сказок.

— Когда это «чудо» случилось в прошлый раз, я ещё не была замужем и жила в другом месте. Но здешние фанатики, включая моего супруга, свято верят в легенду. Стоило мне высказать хоть каплю сомнения, как они обвиняли меня в святотатстве и осыпали проклятиями.

— Я спрашивала их: если вы все бессмертны, то почему люди в деревне продолжают гибнуть? А они лишь смеялись мне в лицо. Говорили, что у умерших просто «недостаточно благословения» и они «выбрали неподходящее время».

Юй Цижун зацепился за фразу «неподходящее время». Он уже слышал нечто подобное от толпы днём. Смерть есть смерть, при чём тут время?

Пальцы Юй Цижуна мягко коснулись висящего на запястье Драконьего амулета. Он прикрыл глаза, маскируя холодный расчёт:

— И какое же время считается подходящим?

— Любой день до начала Лунного затмения, — женщина глубоко вздохнула, собираясь с силами. — Но во время прошлого затмения я своими глазами видела, как покойники встают из могил.

Юй Цижун не стал бы утверждать, что воскрешение невозможно. В его собственной вселенной мертвецы преспокойно ходили на уроки и общались с живыми, так что подобным его было не удивить.

Но судя по тому, что женщина, узрев это «чудо», пришла в ужас, у воскрешения имелась обратная сторона.

— Те, кто поднялся тогда... — плечи вдовы задрожали, лицо исказилось от застарелого ужаса. — Они больше не были людьми! Они полностью изменились. Стали жестокими, безумными... Они начали пожирать живых! А потом... потом они превратились в колодцы.

Юй Цижун оцепенел. Он медленно повернул голову и посмотрел в окно на каменное жерло колодца во дворе. Самый обыкновенный объект быта вдруг приобрёл зловещие, отвратительные очертания.

— Если бы это были просто безжизненные камни! — лихорадочно зашептала вдова, кусая губы. — Но эти колодцы... они всё слышат. Всё видят. И порой они говорят.

У Юй Цижуна невольно дёрнулся глаз. Он вспомнил, как совсем недавно они всем скопом облепили колодец усадьбы Сюев, тщательно ощупывая его стенки.

Оставалось лишь радоваться, что тот колодец оказался на редкость терпеливым и не сожрал их на месте.

— Мальчишка по имени Сюй Чжай утверждал, что каждый, кто пил эту воду, автоматически становится последователем Бога Луны и обретает вечность. В чём подвох? — спросил Юй Цижун.

При упоминании Сюй Чжая несчастная вдова сжалась в комок, смертельно побледнев:

— Сюй Чжай... Он их золотой мальчик. Дитя Бога Луны. Единственный, кто прошёл через смерть, воскрес и не превратился в каменную глыбу.

Юй Цижун попытался вспомнить облик подростка. Тот казался самым обычным деревенским малым.

— Почему Бог Луны пощадил именно его?

— С первыми минутами Лунного затмения любой, кто сделал хоть глоток колодезной воды, действительно становится бессмертным. Но это временный дар. Люди убивают друг друга, воскресают и снова бросаются в бой. В деревне начинается дикая, кровавая резня. Тот, кто соберёт больше всего чужих жизней, провозглашается новым Дитя Бога Луны. И те, кто умер незадолго до затмения и успел воскреснуть, получают колоссальное преимущество. Сила Бога Луны в них бурлит рекой. Они — идеальные хищники в этой бойне.

Вот она, изнанка божественной милости. Бессмертие действительно существует, но лишь для того, чтобы превратить несчастных жителей в пушечное мясо и корм для будущего избранника.

***

Юй Цижун вышел за ворота. Полная луна над головой казалась неестественно огромной и ослепительно белой — этот холодный оттенок напоминал саван или кожу мертвеца.

В мертвенном сиянии кожа Юй Цижуна, не скрытая костяной маской, казалась прозрачной. Он накинул капюшон куртки; пушистая меховая оторочка обрамила лицо, придав ему трогательный, почти детский вид.

Едва у него возникла потребность поделиться мыслями, как Су Тан, точно угадав его желание, бесшумно вырос по правую руку.

На лице Су Тана не дрогнул ни один мускул. Его совершенно не трогал жуткий рассказ вдовы, будто он и не был потенциальной дичью в этой безумной охоте за выживанием.

Юй Цижун невольно залюбовался этой благородной холодностью. Он искоса взглянул на точёный профиль спутника — бледные, тонкие губы были упрямо сжаты.

— Похоже, миссия «Побег» на самом деле означает «Выживание», — негромко заговорил Юй Цижун, глядя себе под ноги. — Здешние крестьяне давно переродились во что-то иное. Мы, игроки, тоже успели глотнуть колодезной воды, но зараза ещё не успела пустить глубокие корни. Тот, кто поверит в сладкую ложь о благословенном воскрешении и позволит себя убить, погибнет в этом Подземелье окончательно.

Это ловушка, заложенная в основу сценария. Смертные не возвращаются с того света. Воскреснуть способны лишь чудовища.

— Угу, — коротко отозвался Су Тан. Трудно было понять, соглашается ли он с выводами или просто вежливо угукает, пропуская слова мимо ушей.

Впрочем, Су Тан не сводил с него глаз. В его взгляде читалась странная, отчаянная жадность, словно он пытался запечатлеть в памяти каждую секунду, проведённую рядом, боясь потерять Юй Цижуна навсегда.

Даже когда Юй Цижун поймал его на этом, Су Тан не отвернулся. Его тёмные, глубокие глаза по-прежнему следили за ним, и в этих зрачках не отражался холодный лунный свет — там жил лишь силуэт самого Юй Цижуна.

«...»

От такой пристальности у Юй Цижуна перехватило дыхание. Он почувствовал укол совести — ведь Тан Синфэй ещё не дал ему окончательного ответа, а он уже так откровенно заигрывает с другим.

А ведь в делах сердечных он всегда считал себя образцом верности.

Тряхнув головой, Юй Цижун отвёл взгляд и поспешил обратно в тепло дома Сюев.

На этот раз, проходя мимо хозяйского колодца, он посмотрел на него совсем по-другому — со смесью брезгливости и жалости.

С виду — обычная каменная кладка. Кто бы мог подумать, что когда-то это сооружение было живым человеком?

По сути, все они — лишь марионетки Системы, неигровые персонажи. И жаловаться Юй Цижуну грех: ему хотя бы посчастливилось получить роль обычного школьника, а не безмолвного каменного мешка во дворе.

Вернувшись в комнату, Юй Цижун бесстрастно пересказал игрокам услышанную историю, умолчав о собственных выводах и предпочтя остаться скромным вестником.

От этих новостей лица присутствующих вытянулись. Линь Сиюэ осторожно прильнула к стеклу, вглядываясь в очертания колодца во дворе. Даже плотный слой макияжа не мог скрыть её мертвенной бледности.

— Значит, Система хочет, чтобы мы превратились в этих тварей? — мертвенным шёпотом выдавила она.

Её хриплый, граничащий с безумием бормот не принёс облегчения — воздух в комнате стал ещё тяжелее, напряжение достигло предела.

Ответом ей было гробовое молчание. Не выдержав этой пытки неизвестностью, Линь Сиюэ окончательно потеряла самообладание. Дикая ярость требовала выхода. Её взгляд упал на фарфоровую пиалу, стоявшую на краю стола.

Бах!

Линь Сиюэ вскочила и яростным жестом смахнула изящный бело-голубой сосуд на пол. Пиала с глухим стуком покатилась по половицам, на удивление не разбившись, но этот резкий звук заставил всех вздрогнуть.

Юй Цижун лениво опустил взгляд на фарфоровую безделушку, которая, покачиваясь, замерла у самого носка его ботинка.

В удушливой тишине этот стук прозвучал подобно выстрелу.

— Да сколько можно?! — обычно молчаливый Ли Ингуй резко поднялся с места. Его зычный, полный злобы голос заставил Линь Сиюэ вздрогнуть от неожиданности. — Мы с Лу Тао выложили кучу очков интеграции, чтобы нанять вас! Вы мало того что палец о палец не ударили ради прохождения, так ещё и устраиваете здесь дешёвые истерики от бессилия?!

— Ты думаешь, вести группу в Подземелье S-ранга — лёгкая прогулка?! — взвизгнула покрасневшая Линь Сиюэ, её затрясло от обиды. — Мы здесь своими жизнями рискуем ради вашей безопасности!

— Тогда верните наши очки интеграции! — не уступал Ли Ингуй. Он ткнул пальцем прямо ей в лицо и сорвался на крик: — Да я лучше эти баллы псам скормлю, чем вам отдам! И вы ещё требуете сто процентов предоплаты?! Это Лу Тао у нас слишком мягкотелая и не хочет портить с вами отношения, а по мне — мы бы и сами справились не хуже вашего сброда!

Линь Сиюэ задохнулась от ярости. Она беспомощно посмотрела на Мэн Чаня и Фу И, но те лишь стыдливо отвели глаза — возразить им было нечего, они действительно оказались в тупике.

Юй Цижун, который до этого момента откровенно клевал носом, при слове «очки» мгновенно взбодрился. Он задумчиво перевёл взгляд на разгорячённого Ли Ингуя, а затем на притихшую Лу Тао.

Сян Ян бочком придвинулся к Юй Цижуну. В глубине души он уже тысячу раз проклял свою беспечность: сунуться в Подземелье S-ранга без подготовки было верхом безрассудства. Всё это чертовски напоминало самоубийство. К тому же то, что Юй Ци постоянно крутился рядом с этим Су Таном, вызывало у него глухую досаду.

Он несколько раз пытался заговорить с Юй Цижуном наедине, но каждый раз Су Тан одарял его столь красноречивым, обещающим скорую кончину взглядом, что парень малодушно ретировался. И сейчас ему потребовалось немало мужества, чтобы преодолеть этот невидимый барьер.

Едва Сян Ян поравнялся с ним, как из-под костяной маски Юй Цижуна донёсся тихий, деловитый шёпот:

— Отдай мне девяносто процентов очков интеграции, что получишь за прохождение, и я вытащу тебя отсюда живым.

— Что?! — Сян Ян вытаращил глаза, не веря собственным ушам.

Юй Цижун смерил его оценивающим взглядом. Пожалуй, ломить такую цену с приятеля было не совсем красиво. Он слегка замялся и пошёл на уступку:

— Ладно, раз уж мы зашли сюда вместе, сделаю скидку. С тебя — половина. Но со всех остальных я сдеру по девяносто процентов. Без вариантов.

Да дело ведь вовсе не в цене!

Сян Ян растерянно взъерошил волосы. Он не мог понять, был ли этот Юй Ци непроходимым глупцом или действительно скрывал какой-то козырь. Это ведь Подземелье S-ранга! Здесь за каждым углом подстерегала смерть, уровень сложности зашкаливал. Как он может так легко заявлять, что спасёт их? Даже опытный ветеран Фу И сейчас сидел бледной тенью, не зная, куда податься.

— И сколько же раз ты успешно закрывал Подземелья? — ледяным тоном осведомилась Линь Сиюэ, услышав их шёпот.

— Один, — спокойно отозвался Юй Цижун.

— И с какой стати мы должны доверять какому-то новичку? — прищурилась девушка.

Юй Цижун лишь высокомерно хмыкнул:

— Ваше право. Не хотите — не верьте.

Его абсолютная уверенность сбивала с толку. Никто не мог понять, действительно ли этот странный парень знает выход или просто блефует перед лицом неминуемой гибели.

Пока Линь Сиюэ колебалась, Су Тан, доселе хранивший безмолвие, сделал шаг вперёд. Он встал плечом к плечу с Юй Цижуном и негромко произнёс:

— Я верю тебе. И готов отдать все свои очки интеграции за эту миссию.

Его тон был ровным, но слова прозвучали подобно грому среди ясного неба. Игроки застыли в немом шоке. Это же сто тысяч очков интеграции!

Он готов отдать целое состояние просто так, за одно лишь обещание?

Не успел Юй Цижун раскрыть рот, как Су Тан крепко, но осторожно перехватил его запястье. Хватка была мягкой, однако вырваться не представлялось возможным.

Су Тан заслонил парня своей широкой спиной от любопытных глаз. Его пальцы едва ощутимо коснулись висящего на запястье Юй Цижуна Драконьего амулета из нефрита. Тотчас же белый камень вспыхнул мягким серебристым светом, и в интерфейсе Юй Цижуна высветилось системное уведомление: баланс пополнился ровно на сто тысяч очков интеграции.

Су Тан отпустил его руку с самым невинным видом, но Юй Цижун отчётливо почувствовал, как напоследок его мизинец ласково зацепил чужой палец. Лёгкое скольжение ногтя по коже — нет, это точно не показалось. Наглый, откровенный флирт посреди смертельной опасности.

Юй Цижун напустил на себя строгий, настороженный вид, но в душе лишь обречённо вздохнул:

«Тан Синфэй, Тан Синфэй... Путь к твоему сердцу слишком тернист. Если на горизонте появится такой красавец, готовый ради меня на всё, глупо будет упускать шанс, верно?»

Разумеется, никто из присутствующих не догадывался о его душевных терзаниях. Игроки видели лишь, как Су Тан развернулся к ним и холодно констатировал:

— Я перевёл Юй... Ци обещанные сто тысяч очков интеграции.

Что за безумие?!

Сян Ян мысленно взвыл. Он с самого начала подозревал в этом угрюмом типе соперника, но чтобы настолько опасного... Тот без колебаний швырялся баснословными суммами, безошибочно угадывая желания Юй Ци и попутно доказывая свою абсолютную преданность.

Но Сян Ян не собирался сдаваться без боя!

Парень решительно стиснул зубы и шагнул к Юй Цижуну:

— Я тоже в деле! Половина очков, да? Прямо сейчас у меня нет такой суммы, но клянусь — как только мы выберемся из этого Подземелья, я всё выплачу!

Не успел он закончить пламенную речь, как ему в лицо прилетел чистый лист бумаги, бесцеремонно заткнув фонтан красноречия.

Сдернув бумагу с лица, возмущённый Сян Ян уставился на обидчика. Су Тан смотрел на него взглядом, способным заморозить преисподнюю:

— Пиши расписку.

В Системном магазине действительно продавались особые бланки для заключения сделок между игроками. Они накладывали жёсткие ограничения на передачу баллов и имущества, хотя и облагались приличным налогом — в отличие от тех всеобъемлющих контрактов, что Юй Цижун привык подписывать в Старшей школе Ланьси, где на кон ставилась сама жизнь.

Сян Яну ничего не оставалось, кроме как склониться над столом и начать выводить неровные строчки: «Я, Сян Ян, обязуюсь выплатить предъявителю сей расписки пятьдесят тысяч очков интеграции. Перевод осуществится автоматически сразу после завершения Подземелья S-ранга "Лунное затмение"».

Закончив писать, он вызвал системную гербовую печать и прижал палец к бумаге, оставляя ярко-красный отпечаток.

Су Тан скользнул ледяным взглядом по написанному. Его тонкие губы разомкнулись, выдохнув слова, от которых повеяло могильным хладом:

— Добавь: «с учётом налога».

—?

«Да какое тебе вообще дело? Расписка-то не на твоё имя!» — мысленно взбеленился Сян Ян, но под тяжёлым, не обещающим ничего хорошего взором соперника лишь обиженно засопел и послушно вывел: «Пятьдесят тысяч очков интеграции (чистыми, с учётом налога)».

Юй Цижун с нескрываемым удовольствием наблюдал за этой сценой. Забрав у приунывшего Сян Яна готовый документ, он вновь перевёл взгляд на Су Тана. В его личном зачёте этот невозмутимый делец только что заработал немало очков.

Он посмотрел на него с искренним восхищением.

А ведь Су Тан — просто идеальный кандидат для совместной жизни. Настоящий хозяин в доме.

http://bllate.org/book/38683/5167534