Готовый перевод The Sickly Beauty Heartthrob is a High-Risk NPC / Моя роль — смертоносный NPC-сердцеед: Глава 4

Для Юй Цижуна это место, может, и не таило угроз, но когда он подвёл группу к ветхому, заброшенному зданию общежития, налетевший ледяной порыв ветра с грохотом сорвал с крыши какой-то обломок.

От этого резкого звука все четверо невольно вздрогнули.

Половицы в вестибюле лоснились от сырости и какой-то липкой, скользкой жижи. Ступать по такому настилу было откровенно жутко.

Глядя, как Юй Цижун шагает вперёд с лёгкостью человека, гуляющего по парку, его спутники невольно сглотнули, уставившись в беспросветный мрак коридора, готовый поглотить их без остатка.

Пройдя несколько шагов, Юй Цижун что-то почувствовал и обернулся. Проводники застыли далеко позади, испуганно вжимаясь в стены.

— Идёте? — окликнул их беловолосый красавец.

Он небрежно держал руки в карманах. Вид у него был такой будничный, точно они стояли перед дверями обычного школьного общежития, а не проклятого логова призраков.

Лу Пинша первым пересилил страх и сделал шаг. Старая половица под его ногой истошно скрипнула, нарушив гробовую тишину. От этого звука мороз побежал по коже.

Юй Цижун слегка нахмурился и медленно направился к нему.

Наблюдавший за каждым его движением Лу Пинша мгновенно взмок от холодного пота. Вдруг он умудрился нарушить какое-то школьное правило?

— Тяжеловат ты, однако, — подошедший юноша в упор уставился на треснувшую под ногами Лу Пинша доску, а затем перевёл взгляд на его лицо. — Тебе бы похудеть не мешало.

Лу Пинша лишь молча остолбенел.

— Поторапливайтесь, — Юй Цижун развернулся. — Ночью тут небезопасно, и если что-то случится, спасать вас я не стану.

Поднявшись на нужный этаж, Юй Цижун остановился у одной из дверей и постучал. По ту сторону не слышалось ни единого шороха, но мгновение спустя замок тихо щёлкнул, и створка приоткрылась сама собой. Юй Цижун, не колеблясь, толкнул её и вошёл внутрь.

Четвёрка покорно последовала за ним. Вопреки ожиданиям, комната оказалась чистой и прибранной. Вдоль стен стояли старые двухъярусные кровати с изъеденными ржавчиной железными перилами.

Юй Цижун обернулся к вошедшим:

— И зачем вы припёрлись за мной?

У Лу Пинша от раздражения вздулась вена на лбу:

— А куда нам ещё идти, если не за тобой?

— Искать свои постели, разумеется, — Юй Цижун ответил так, словно говорил об очевидных вещах, и продемонстрировал зажатый в пальцах ученический билет. — Моё спальное место на сегодня здесь.

— Что же ты раньше молчал! — Лу Пинша поспешно вытащил свой билет и принялся искать номер комнаты.

Беловолосый парень непринуждённо опустился на нижний ярус. Ни тревоги на лице, ни капли раскаяния за то, что заставил их понервничать:

— Сейчас тоже не поздно.

Поняв, что перед ним NPC, пусть и крайне опасный, Лу Пинша решил не тратить нервы на его капризы. В конце концов, договор подписан, а значит, этот прекрасный юноша не причинит им вреда.

— Шестьсот три. Надо же, я тоже распределён сюда, — Лу Пинша сверил цифры, окинул взглядом растерянных товарищей и осторожно спросил: — Нам обязательно расходиться? Нельзя остаться здесь всем вместе?

Юй Цижун утомлённо прикрыл рот ладонью и зевнул. Его влажные, мерцающие алым глаза скользнули по Лу Пинша. В этой полусонной грации было что-то кошачье:

— Не люблю спать в чужой компании.

Лу Пинша не сводил с него глаз. Ждать снисхождения от высокоопасного NPC было верхом глупости, но то ли его околдовала неземная красота юноши, то ли интуиция подсказывала — этот парень может передумать.

Юй Цижун действительно собирался выставить незваных гостей за дверь, но тут его взгляд упал на Сюй Янань, которая совсем недавно поделилась с ним целебным порошком. Настроение его внезапно смягчилось.

— Ладно, — уступил он. — Отметьте свои ученические билеты на входе и можете располагаться. Главное — не шуметь. Я хочу спать.

— Есть какие-то правила на ночь? Чего нельзя делать? — глубоко вздохнув, спросил Лу Пинша.

Юй Цижун на секунду задумался, решая, какую подсказку дать подопечным, с которых только что содрал немалую плату за покровительство:

— Не смотритесь в зеркала. Не отвечайте на звонки. И, повторюсь, не вздумайте меня будить.

— Но разве нам не нужно нарушать правила, чтобы повысить уровень исследования... — Лу Пинша осёкся на полуслове.

В комнате уже раздавалось лишь ровное, безмятежное дыхание Юй Цижуна. Юноша спал крепким сном.

Лу Пинша только мысленно покачал головой. Помня о предостережениях Юй Цижуна, он подавил раздражение и полез на свободную кровать.

Остальные быстро прижали свои билеты к терминалу у двери и начали устраиваться. В обычных обстоятельствах ночёвка двух парней и двух девушек в одной спальне вызвала бы вопросы, но в мире смертельных испытаний на подобные условности никто не обращал внимания.

Комната была рассчитана на шестерых. Лезть на второй ярус прямо над Юй Цижуном никто не рискнул. Бай Ши побоялся спать наверху, поэтому поменялся местами с Лу Пинша, заняв нижний ярус напротив. Девушки решили лечь вдвоём на одну кровать, так было спокойнее.

Они могли бы купить еду и воду в магазине очков интеграции, но, опасаясь, что ночные походы в туалет навлекут беду, лишь слегка перекусили всухомятку и сделали по паре глотков.

Кое-как устроившись, они закрыли глаза в надежде уснуть.

Вот только забыться безмятежным сном, как это сделал Юй Цижун, дано далеко не каждому.

В спальне воцарилась удушливая тишина. Слышно было лишь чужое дыхание — тихое, свистящее, прерывистое.

Лу Пинша изо всех сил старался не прислушиваться и не высчитывать количество вздохов в темноте. Окажись в комнате лишний источник звука или, наоборот, пропади чей-то — это лишь посеяло бы панику.

Лёжа на верхнем ярусе наискосок от спящего проводника, он невольно наблюдал за едва заметным движением его грудной клетки.

Во сне Юй Цижун казался обманчиво беззащитным. Кожа на его запястьях и шее была бледной, почти прозрачной — сквозь неё тонкими нитями просвечивали голубоватые вены. Белые волосы мягко отливали серебром, а рана на предплечье, которую он получил днём, бесследно затянулась.

Лу Пинша повернулся на бок, заворожённо разглядывая юношу в полумраке.

«Призрачная школа Ланьси — подземелье всего лишь B-ранга. Разве могут здесь встречаться столь разумные, способные к диалогу персонажи?»

Даже во сне Юй Цижун бережно сжимал в ладони драконий амулет из нефрита, словно величайшую драгоценность.

Сверху Лу Пинша не мог разглядеть саму подвеску, но прекрасно помнил, как она выглядит.

«У каждого неигрового персонажа есть своя предыстория. Наверняка и у этого красавца припрятана пара скелетов в шкафу. Одно непонятно: зачем ему понадобились наши очки интеграции?»

В конце концов усталость взяла своё, и игроки уснули. Но посреди ночи тишину внезапно разорвал резкий, неестественный телефонный звонок.

Звук казался невыносимо близким, будто динамик прижали прямо к уху. Хриплый, дребезжащий, скрежещущий — этот визг давил на барабанные перепонки, рассыпаясь какофонией фальшивых нот.

Лу Пинша резко распахнул глаза и сел. С ужасом он обнаружил, что его собственный телефон лежит прямо у подушки. Экран полыхал, а мерзкая мелодия надрывалась с такой яростью, словно не собиралась прекращаться, пока трубку не снимут.

Свесившись с кровати, он увидел, что его товарищи тоже проснулись. У изголовья каждого светился мобильник, а испуганные, расширенные от ужаса глаза несчастных были устремлены на него.

Лишь Юй Цижун продолжал безмятежно спать.

Вспомнив наказ проводника не брать трубку и ни в коем случае его не будить, Лу Пинша изо всех сил зажал уши ладонями, пытаясь спастись от звукового кошмара.

Бесполезно. Дребезжание проникало прямо в мозг, пульсируя под черепной коробкой раскалённой иглой. Она не утихала ни на секунду.

Лу Пинша готов был позавидовать богатырскому сну Юй Цижуна.

Бросив взгляд на экран, он не увидел номера — лишь мигающую иконку входящего вызова. Тот, кто висел на том конце провода, явно не принадлежал к миру живых.

Он потянулся было нажать сброс, но рука застыла на полпути.

«А если я отклоню вызов, а тварь расценит это как ответ? Нельзя рисковать».

Он отдёрнул руку, но было поздно. Тень его пальца на долю секунды скользнула по глянцевому экрану, отразившемуся в темноте. В ту же секунду руку прошила дикая, ослепляющая боль. В углу зрения вспыхнуло системное уведомление об увеличении прогресса исследования подземелья.

Отражение.

Готовясь ко сну, они тщательно занавесили зеркала и убрали всё, что могло дать мало-мальски чёткое отражение. Но про экраны смартфонов напрочь забыли.

Вернее, не то чтобы забыли — ожидая ночного звонка, они сознательно убрали гаджеты в самый дальний угол комнаты.

Кто же знал, что проклятые мобильники сами собой вернутся на подушки.

Лу Пинша едва не взвыл, готовый биться головой о стену от невыносимой муки. А ведь зеркальная тварь коснулась всего лишь одного пальца.

Фаланга на глазах раздулась и посинела. Кость внутри превратилась в крошево — Лу Пинша чувствовал это каждым рецептором.

«Если бы в этом чёртовом экране отразилось моё лицо... я бы уже не дышал».

Юй Цижун всё ещё не просыпался, но его тонкие брови недовольно сошлись у переносицы, а нос смешно сморщился. Навязчивый звон начал пробиваться сквозь его глубокий сон.

Из-за того что трубку упорно никто не брал, звонки становились всё яростнее, а дребезжание — громче.

Боль застилала глаза Лу Пинша, вымывая из головы последние крохи здравого смысла. Использовать целебный порошок, купленный за очки интеграции, он не мог — средство помогало только при открытых ранах, а не при раздробленных костях.

Сквозь пелену муки он уловил тихий шорох ткани на нижней кровати напротив. Матрас под ним слегка просел, и кто-то мягким движением забрал лежавший у изголовья телефон.

Насилу разлепив веки, он увидел Юй Цижуна. Юноша хладнокровно сгрёб все четыре смартфона, выстроил их на столе в ровный ряд и один за другим нажал на кнопку приёма вызова.

Его пальцы порхали с такой невероятной скоростью, что на экранах даже не успевало зафиксироваться отражение. Наверняка зеркальный призрак сам ничего не успел понять.

Из динамиков одновременно хлынул жуткий, заунывный женский плач. От этого леденящего душу воя по коже мгновенно побежали крупные мурашки.

— Мне так больно... — всхлипывал потусторонний голос.

— Так больно... Иди ко мне, останься со...

Но завывания оборвались на полуслове. У Юй Цижуна был скверный характер, усугублённый диким недосыпом, а уж тех, кто мешал ему спать, он искренне ненавидел.

— Заткнись! — прикрикнул беловолосый красавец, раздражённо сощурив алые глаза. Его капризно очерченные алые губы недовольно скривились. — Чего ты развылась посреди ночи? Людям спать не даёшь!

На том конце трубки воцарилась гробовая тишина. Призрак, казалось, онемел от подобной наглости.

— Ещё раз позвонишь — добавлю в чёрный список, а потом приду и раскопаю твою могилу! Думаешь, я не знаю, кто ты? — выплюнул Юй Цижун и тем же молниеносным жестом сбросил все вызовы.

Решительно развернувшись, он зашагал обратно к своей постели, плюхнулся на матрас и натянул одеяло до самого носа.

Спустя пару минут в комнате вновь зазвучало его мерное, спокойное дыхание.

В глазах остальных трёх игроков одновременно вспыхнули системные сообщения об очередном скачке прогресса исследования.

И действительно, до самого утра ни один телефон больше не издал ни звука. Похоже, угроза лишиться последнего пристанища не на шутку испугала ночную гостью.

«Ничего себе высокоопасный NPC... Он даже призраков строить горазд».

http://bllate.org/book/38683/4962377