Готовый перевод The Straight Man Everyone Desires is Coveted by Villains / Всеобщий любимец: Ловушка для прямолинейного парня: Глава 5

Вэнь Цюйжун с улыбкой представил Сюй Хэна всем присутствующим, однако не стал знакомить его с каждым по отдельности.

Сюй Хэн лишь кивнул в знак приветствия и ничего не сказал.

Вероятно, они впервые сталкивались с тем, чтобы кто-то реагировал подобным образом. Все собравшиеся здесь происходили из знатных семей, и те, кто приближался к ним, либо просили о какой-то услуге, либо стремились завести полезные знакомства, а потому неизменно держались несколько подобострастно. Но в Сюй Хэне не было и следа этого: он держался прямо, а его взгляд, обращенный на них, был совершенно спокойным — так смотрят на самых обычных прохожих на перекрестке.

Никто не стал бы портить настроение Вэнь Цюйжуну. Какой-то мужчина в очках подошел к Сюй Хэну, поприветствовал его и спроил: — Умеешь играть в карты? Присоединишься?

Взгляд Сюй Хэна чуть дрогнул, и руки действительно слегка зачесались: — Во что?

— В покер, или, если хочешь, можно во что-нибудь другое.

— Давай в это.

Он уже какое-то время не играл, так что как раз хотел освежить навыки.

Все за столом знали правила, объяснять заново не стали, Сюй Хэн лишь уточнил: — По какой ставке играем?

На Сюй Хэне не было ни единой вещи с брендовым логотипом, да и выглядел он вовсе не как ребенок из богатой семьи, поэтому присутствующие за столом автоматически решили, что денег у него немного.

— По сто. Раз он со мной, проигранное запишите на мой счет. — Вэнь Цюйжун стоял позади Сюй Хэна, положив руку на верхний край спинки стула, но не касаясь плеч или спины молодого человека.

Кто-то тихо усмехнулся.

До этого они играли по сто тысяч за кон.

Хотя им еще никогда не доводилось играть по столь ничтожным ставкам, никто не стал возражать. В конце концов, они собрались за столом вовсе не ради этих грошей, и размер ставки не имел никакого значения — лишь бы было весело да забавно.

Сюй Хэн прекрасно видел их богатство и понимал, что слова Вэнь Цюйжуна были продиктованы желанием избавить его от неловкости, поэтому отказываться не стал.

Пока за столом началась игра, Вэнь Цюйжун неторопливо дошел до журнального столика и налил Сюй Хэну бокал не слишком крепкого красного вина. Напиток обладал густым ароматом с мягкой сладостью во вкусе — пожалуй, то, что любят молодые. Так мысленно предположил он.

Дело было вовсе не в том, что Вэнь Цюйжун был так уж стар — просто его положение и прожитые годы накладывали свой отпечаток. Сейчас ему всё казалось скучным и бессмысленным, а из-за праздного образа жизни его психологический возраст давно превосходил реальный.

Вэнь Цюйжун славился в светских кругах своей мягкостью и ровным нравом, но кто и когда видел, чтобы он перед кем-то унижался или лебезил? И вот теперь он сам, лично, налил вина человеку, с которым познакомился впервые, да еще и поднес бокал прямо к руке.

Кто-то приподнял брови, сдержанно гадая, какими же на самом деле были их отношения.

А Сюй Хэн был полностью поглощен игрой. Играл он хорошо и уже выиграл несколько конов подряд; если бы ставки остались прежними, по сто тысяч за партию, он бы сейчас озолотился, впрочем, в глубине души деньги его мало волновали.

Он как раз обдумывал свой следующий шаг, как вдруг чужие слова бесцеремонно оборвали его ход мысли.

— Се Угуань говорит, что скоро подойдет.

Толпа словно замерла по нажатию кнопки паузы, и все взгляды устремились на того, кто это произнес. Все, кроме Сюй Хэна — его мысли отвлеклись лишь на мгновение, после чего он тут же вернулся к прерванным расчетам.

Первым подал голос Вэнь Цюйжун: — Разве он не говорил, что не придет?

Тут же последовал ответ: — Сказал, что не может уснуть, вот и едет — поиздеваться над нами.

Вэнь Цюйжун шутливо выругался. Очевидно, их связывали хорошие отношения.

Сюй Хэн тем временем выиграл еще два кона. Остальные игроки за столом, если сложить их победы вместе, не выиграли столько же, сколько он один, и теперь смотрели на него сmixture смешанного удивления и восторга.

Сам Сюй Хэн не находил в этом ничего особенного: его навыки игры всегда были на высоте, он давно привык к победам.

Бокал опустел, и он как раз собрался подняться.

Заметив, что он уходит, те, кто был целиком захвачен игрой, с неохотой попытались его остановить: — Куда спешишь? Сыграй еще парочку, а потом мы попросим кого-нибудь отвезти тебя домой.

Они по привычке решили, что раз он уходит из-за стола, значит, собирается домой.

Вэнь Цюйжун, все это время стоявший неподалеку, тут же шагнул вперед, заметив его намерения.

— Меня ждут друзья. — Что ни говори, а покер — затягивающая штука; он ведь и вправду чуть не забыл про Хэ Шаньцина и остальных.

Вэнь Цюйжун понимающе кивнул: придя в бар, разве станешь развлекаться в одиночку?

Впрочем, за этот вечер они успели познакомиться, так что он предложил проводить гостя, но Сюй Хэн отказался, с улыбкой бросив: — Я же не маленький, дорогу найду.

В нем сквозила этакая прохладная, легкомысленная и расслабленная манера, удивительно притягательная, хотя сам он, вероятно, этого даже не замечал.

Распахнув дверь отдельного кабинета и выйдя в залитый ярким белым светом коридор, глаза не сразу привыкли к слепящему сиянию, и Сюй Хэн слегка зажмурился от легкой режущей боли.

Как раз когда он поравнялся с поворотом коридора, ему навстречу шел человек в черной спортивной куртке. На вид он был ровесником Вэнь Цюйжуна и остальных, но держался совершенно иначе — казалось, он стоял на какой-то иной ступени. В нем не было ни капли той показной, выросшей на всем готовом суетности, что была свойственна золотой молодежи.

Се Угуань бросил на Сюй Хэна мимолетный взгляд.

Сюй Хэн же даже не повернул головы — глядя прямо перед собой, он ровным, уверенным шагом шел вперед.

Се Угуань, толкнув дверь кабинета, тут же оказался под перекрестным взглядом десятка пар глаз, но даже бровью не повел. Ему доводилось бывать в ситуациях в тысячу раз более суровых, так что смутить его было невозможно.

Присутствующие тут же поспешили первыми поприветствовать его.

Причина была проста: Се Угуань занимал самое высокое положение среди них и при этом обладал наибольшим личным весом.

Он спросил: — Сегодня клуб не закрывали полностью для нас?

— Закрывали. Во все кабинеты этого коридора пускают только нас.

Услышав это, Се Угуань кивнул и больше ничего не сказал.

-

Вернувшись к диванчикам, Сюй Хэн выбрал местечко в самом углу и присел там. Возиться со стаканами и разливать вино ему было лень, поэтому он просто откупорил бутылку обычной газировки.

Цуй Гань заметил его возвращение и громко рассмеялся: — Сюй Хэн, у тебя что, запор? Торчал в туалете столько времени, неужели кишки вывалились?

Кто-то обозвал его мерзавцем, а те, кто сидел ближе, даже отвесили ему пару ощутимых подзатыльников.

Сюй Хэна чуть не стошнило от его шуточек, и он швырнул в него недопитую бутылку.

— Проваливай.

Нападки друзей ничуть не расстроили Цуй Ганя — главное, язык почесал, а до мести ему дела не было. Весело ухмыляясь, он снова отвернулся к сцене.

Хэ Шаньцин заметил примостившегося в углу Сюй Хэна и тут же подсел к нему, хотя на лице его все еще сохранялось недовольное выражение.

В отличие от Цуй Ганя и остальных, вокруг него никто не крутился — стоило кому-то подойти, как он тут же отпугивал человека, так что больше никто не рисковал портить ему настроение.

Зато Сюй Хэн... Возможно, из-за своей выдающейся внешности — да и какой бедняк станет тусоваться с этой компанией мажоров? — стоило ему просидеть там недолго, как сбоку кто-то вплотную прижался к нему, и на свободное место уселась девушка.

Он не стал возражать и с благодушным видом немного подвинулся.

На женщину падали разноцветные огни подсветки, но еще сильнее лица ее привлекала фигура — неправдоподобно, ослепительно прекрасная. Обладательницы столь мощного оружия всегда первыми выбирали себе жертву.

И Сюй Хэн оказался именно тем, на кого пал ее выбор.

— Красавчик, а у тебя есть девушка?

Если Сюй Хэн не проявлял интереса, это еще не значило, что он не умел поддержать беседу. Чуть приподняв брови, он лениво посмотрел перед собой, и выражение его лица стало совершенно неопределенным: — А что делать, если увидев тебя, я понял, что девушки у меня больше нет?

Пара дежурных фраз, и если бы Сюй Хэн проявил сообразительность, у них мог бы завязаться легкий роман.

Однако договорить они не успели: Хэ Шаньцин уже подлетел к ним, бесцеремонно прерывая их разговор. Он сорвал с запястья часы и швырнул их прямо перед женщиной: — Иди на сцену, потанцуй.

Женщина бросила взгляд на Хэ Шаньцина, затем выразительно посмотрела на часы, судорожно втянув воздух. Когда трофей оказался в ее руках, она напоследок бросила многозначительный взгляд на Сюй Хэна и всё же направилась к сцене.

Сюй Хэн не придавал этому особого значения. Расслабленно откинувшись на спинку дивана, он полуприкрыл глаза, любуясь танцовщицей.

Хэ Шаньцин решил, что Сюй Хэн и вправду положил глаз на ту девицу, и жутко разозлился. Но повода для вспышки не было, и ему оставалось лишь попытаться вернуть внимание Сюй Хэна к себе.

— Брат, почему ты сегодня так долго отсутствовал? Встретил знакомого?

Ему жутко не нравились друзья Сюй Хэна. Ни один из них.

Не заметив поблизости Шэнь Юньцзюэ — видимо, того действительно вызвали домой срочным звонком, — Сюй Хэн не испытывал ни малейшего желания любезничать с Хэ Шаньцином. Ему порой казалось, что зарубежный климат плохо влияет на людей, раз умудряется вырастить из нормальных представителей второго поколения абсолютных болванов.

Сюй Хэн тяжело вздохнул. Раньше он этого не замечал, но теперь и вправду чувствовал, как здесь душно.

— Да, встретил одного знакомого.

— И кто это? Я его знаю? Это кто-то из твоих прежних приятелей? — допытывался Хэ Шаньцин с непреклонным упорством следователя.

— Допрос с пристрастием. Я тебе чем-то насолил?

Он вечно был таким — слова порой ранили, но именно эта манера заставляла собеседника жаждать продолжения разговора.

Хэ Шаньцин провел языком по губам. Полумрак скрывал большую часть его одержимого выражения лица — сам он не осознавал, как сильно выдает себя. Охваченный чем-то вроде зависимости, он отчаянно хотел придвинуться к Сюй Хэну ближе, но прекрасно знал, что Сюй Хэну это не понравится.

— Брат, твои шутки такие смешные. — Поняв, что ответа не добиться, Хэ Шаньцин был вынужден включить дурака, надеясь замять эту тему.

Результат превзошел все его ожидания: Сюй Хэн рассмеялся так, что его аж затрясло, а плечи заходили вверх-вниз — было очевидно, что шутка показалась ему искренне забавной.

После окончания вечера Сюй Хэн хотел поймать такси до дома, но Хэ Шаньцин преградил ему путь.

— Я вызвал трезвого водителя, поехали со мной.

Цуй Гань и Цзин Ци люто ненавидели то, как Хэ Шаньцин в последнее время вился вокруг Сюй Хэна. Раньше он тоже мог назвать его братом-другом, но разве так стелился? Точно муха вокруг яйца. Они искренне восхищались выдержкой Сюй Хэна: любой другой на его месте давно бы сорвался и послал назойливого паренька подальше, а он молчал.

Сюй Хэн кивнул. Раз подвернулся бесплатный водитель, грех отказываться. К тому же была глухая ночь, и если бы машина не нашлась, он планировал просто снять номер в ближайшем отеле и заявиться домой только к полудню.

Водитель приехал довольно быстро — судя по всему, сказалось то, что за срочность доплатили тройной тариф. Сюй Хэн сел на заднее сиденье и сразу закрыл глаза, выглядя смертельно уставшим.

— Брат, назови точный адрес, я попрошу водителя заехать прямо во двор жилого комплекса.

Он говорил очень тихо, так что если бы Сюй Хэн действительно заснул, то вряд ли бы расслышал.

Но стоило его голове откинуться назад, как налетевший ветерок мгновенно развеял остатки дремоты. Сюй Хэн ответил: — Скажи ему остановиться у того торгового центра, что мы проезжали днем. Рядом с ним есть отель, я останусь там.

Водитель загнал машину в расчерченный на асфальте карман парковки, получил расчет через приложение и уехал на велосипеде, предусмотрительно нацепив защитный шлем в целях безопасности.

Оба стояли у входа в гостиницу — примерно одного роста, оба хороши собой, но совершенно по-разному. Не будь на дворе глубокой ночи, их появление наверняка привлекло бы всеобщее внимание.

Сюй Хэн приподнял веки, засунув руки в карманы куртки. У него был свой неповторимый стиль; выбирая одежду, он ориентировался исключительно на настроение. Преобладали серые тона, хотя время от времени он покупал какие-нибудь вычурные пестрые тряпки, а выходя на улицу, неизменно дополнял образ тщательно подобранными цепочками и серьгами.

http://bllate.org/book/38675/4868346