Готовый перевод Island Magistrate: Villain Husband is Gentle and Soft / Наместник на острове: как приручить злодея: Глава 3

Фу Юнь уставился на него, озадаченно нахмурившись, и вдруг легко опустил руку на запястье Линь Су.

Ты не умер, — с упрямым видом произнес Фу Юнь. — Ты ранен, очень сильно, но не умер!

Однако в следующее мгновение он ошеломленно забормотал:

— …Как странно, почему же ты не умер?

Линь Су опустил взгляд, видя, что тот держит пальцы на его пульсе.

Чего уж там, недаром он будущий знаменитый великий врач-небожитель — даже превратившись в дурачка, он ничуть не забыл, как пускать в ход свои врачебные навыки.

Он усмехнулся, пожал плечами и не стал возражать:

— О, я снова ожил.

— Видимо, небеса тоже пожалели, что такой одаренный гений, сочетающий в себе ум и красоту, умрет в расцвете лет!

— Тогда почему ты меня обманул? — Фу Юнь вроде бы немного понял, обиделся до глубины души, потрогал себя за руку, потом за шею и не удержался, чтобы не предъявить Линь Су претензию: — Ты еще и ударил меня! Кто ты такой?

От обиды уголки его глаз покраснели на фоне фарфорово-белой кожи, большие черные зрачки ярко сияли, а в глазах плескался влажный блеск, делая его похожим на жалобного маленького котенка.

Линь Су во все глаза уставился на него.

До чего же запретное лицо у этого паренька!

Он ухватил маленького дурачка за мягкие щеки, и в нем зашевелились темные стороны человеческой природы:

— Я? Я твой старший брат, ну-ка позови братика.

— Братик?

Перед глазами Фу Юня снова промелькнули какие-то образы: один — нечеткая фигура, другой — лицо человека перед ним, но… казалось, все было не то.

Он потряс головой, но разве у него вроде бы был старший брат?

— Эх, послушный малыш!

Линь Су прищурился с улыбкой и, словно гладя котенка, потрепал мягкие волосы маленького дурачка.

До чего же послушный!

В сердце Линь Су внезапно вспыхнуло умиление, словно он подобрал брошенного котенка.

Он не позволил этому маленькому дурачку есть грибы не потому, что они были ядовиты, а потому, что росли в темных и грязных условиях. Если съесть их сырыми, в животе вполне могло заурчать, а не хватало еще после легочной инфекции и высокой температуры подхватить острый гастроэнтерит и отдать концы.

С его абилкой, защищающей тело, ничего бы не случилось.

Но что касается готовки…

Линь Су обвел взглядом округу.

В старом доме было всего две комнаты, двери и окна полностью сгнили, со всех четырех сторон гулял ветер, всё было как на ладони, ни кровати, ни стола, ни стульев, а о печке и очаге нечего было и говорить.

Когда игорный дом выставил прежнего хозяина и Фу Юня за дверь, они успели захватить лишь самое важное и необходимое: одеяла и одежду, а еще оба с трудом отвоевали обратно два ящика с книгами.

В одном ящике лежали медицинские трактаты Фу Юня, а в другом — сплошь книги прежнего хозяина. Тот всегда прикрывался званием ученого, чтобы бездельничать, но знания так и не застряли у него в голове.

В его собственном кармане сейчас оставалось лишь три цяня серебра, которые Фу Юнь ранее дал прежнему хозяину.

Интересно, хватит ли этого на лекарства и оплату услуг врача?

Линь Су потер пальцы: даже от мимолетного прикосновения они казались жутко горячими, по этому можно было судить, насколько сильный жар был у маленького дурачка.

Он не удержался и цыкнул языком:

— Маленький злой врач, настало время пустить в ход твои врачебные навыки, быстриком добывай себе травку на пропитание!

В книге же говорилось, что медицинское мастерство маленького дурачка необыкновенно — даже обезумев, он способен исцелять болезни и спасать людей.

— … — Фу Юнь замер и медленно перевел взгляд на последнюю семейку грибов в углу.

Как же хочется есть.

Линь Су: …

Он вздохнул и, опираясь о стену, кое-как поднялся на сломанной ноге.

К счастью, до этого Фу Юнь зафиксировал перелом, и метод оказался отличным; если он сам потратит половину своей абилки на защиту, смещения костей быть не должно.

Он погладил по голове макушку маленького дурачка и решил проявить великодушие, чтобы спасти этого новоприобретенного дешевого братишку:

— Пошли, выходим с твоим братом на улицу.

Ничего не поделаешь, раз уж они, люди боевых искусств, услышали от кого-то обращение старший брат, то, естественно, должны прикрыть этого глупого младшего брата.

Сперва надо найти лекаря, чтобы вылечить этого маленького дурачка, а затем купить котел, утварь и зерно, чтобы решить проблему с едой и питьем.

Жить — это чертовски интересно.

Медицинская лавка находилась в посёлке, добираться туда надо было по воде.

У Сюй Лэя, сына старосты, была лодка, и им предстояло попросить его отвезти их в посёлок.

Руководствуясь свежеиспеченными воспоминаниями, Линь Су направился к дому старосты.

По дороге он привел в порядок память прежнего хозяина, пытаясь вжиться в новую роль.

Для Линь Су официальный язык этого мира звучал почти как местный диалект, разве что некоторые акценты и просторечия казались слишком мудреными и непривычными.

Линь Су говорил с большим трудом, но полагался на то, что Фу Юнь сейчас глуп и не заметит странностей.

К счастью, он полностью унаследовал память прежнего хозяина, и пока по дороге баловал Фу Юня разговорами, к моменту прибытия к дому старосты его акцент уже совершенно не выделялся.

А стоило ему еще и убрать из манер хулиганский налет, как он тут же стал вылитым утонченным ученым.

— Айя, что же это с братишкой Су случилось? Эти сборщики долгов оказались до того жестоки, что даже ногу тебе сломали!

То, что Линь Су с молодым мужем выгнали из дома Линь за долги, уже разнеслось по всей деревне. Увидев Линь Су, опирающегося на костыль, с половиной тулова, наглухо обмотанного досками и пеньковой веревкой, госпожа Сюй, жена старосты, ахнула от удивления.

— Матушка Сюй, не могли бы вы побеспокоить брата Шитуку, чтобы он отвез нас в медицинскую лавку в посёлке?

— Шиту, живо отвози обоих братишек в посёлок к лекарю! — Раз уж даже Юнь-гэр не смог вылечить, раз пришлось ехать за врачом в посёлок, значит, рана нелегкая, — поспешно позвала сына госпожа Сюй.

Услышав это, Сюй Лэй закивал без промедления. Смуглый молчаливый здоровяк, видя, что Линь Су передвигается с трудом, без лишних слов взвалил Линь Су на плечо и пошагал вперед.

Пронесся порыв ветра — и людей уже и след простыл.

Оставшийся стоять в растерянности Фу Юнь широко распахнул глаза.

— Брат! Братик?!

Спасите! Кто-то утаскивает его брата!

Сюй Лэй молча и упорно налегал на весла, и не прошло и полчаса, как усадил Линь Су на бамбуковый стул перед лекарем.

Медицинская лавка в посёлке была совсем маленькой, в ней работали лишь старый лекарь да мальчик-ученик.

Людей сегодня было немного, и старый лекарь, поглаживая седую бороду, с доброй улыбкой посмотрел на Линь Су и спросил:

— Юный друг, пожаловал с ногой?

Этого красивого юного друга занес в лавку смуглый здоровяк, а нога у него была перевязана досками — немудрено было догадаться, что он травмировал конечность. Старый лекарь про себя прикинул, какова же тяжесть повреждения.

Если кости сломаны серьезно, боюсь, даже после выздоровления останется хромота.

— Да.

— Нет.

Не успел Сюй Лэй договорить, как Линь Су тут же опроверг его слова.

Сюй Лэй: «…?»

Старый лекарь тоже опешил. Он окинул Линь Су взглядом, заметив его бледное лицо и упадок сил, и снова спросил:

— Быть может, есть иное недомогание?

Линь Су с улыбкой отмахнулся:

— Лекарь, вы ошиблись, диагноз нужен не мне.

Услышав это, старый лекарь нахмурился и посмотрел на Сюй Лэя: этот громила выглядел пышущим здоровьем, вовсе не похоже, что у него что-то болит.

— Брат…

Запыхавшийся Фу Юнь влетел в лавку и намертво вцепился в подол одежды Линь Су.

Только что этот амбал шел слишком быстро, как он ни старался, поспеть было невозможно, и он чуть было не потерял брата.

Увидев, что тот наконец прибыл, Линь Су сказал:

— Фу Юнь, иди сюда.

Он подвинул Фу Юню половину бамбукового стула и объяснил старому лекарю:

— Лекарь, больной — это он.

— Прошлой ночью он наглотался грязной воды, после чего у него поднялся жар, который никак не спадает. Проснувшись, он стал немного не в своем уме, и неизвестно, не повредил ли он голову. Умоляю, осмотрите его поскорее.

Фу Юнь огляделся по сторонам, и обстановка в лавке показалась ему очень привычной и уютной, поэтому он совершенно естественно положил запястье на подушечку для пульса.

Старый лекарь накрыл его руку своей, прислушиваясь к ударам, а через несколько сотен ударов сердца, поглаживая бороду и хмурясь, произнес:

— Пульс струнный и шероховатый — это внешнее зло проникло в легкие, а вдобавок застой ци вызвал жар-токсин, повредивший внутренние органы и проникший в костный мозг головы.

Старое лицо лекаря сморщилось в комок, он даже немного рассердился:

— Почему не привели вчера ночью?! Раз затянули до такого, то если поврежден костный мозг головы, тут даже возвращение живого божественного лекаря не поможет!

— Ты этому пареньку муж? Как же можно так небрежно относиться к собственному супругу!

Линь Су потрогал нос — виноват, конечно, «он», поэтому пришлось молча стерпеть этот упрек и поторопить:

— Лекарь, у него сейчас не спадает высокая температура, умоляю, выпишите хорошее лекарство, чтобы мы скорее купили его и заставили выпить.

Старый лекарь бросил на него сердитый взгляд, взял кисть, написал рецепт и передал мальчику-ученику.

Заметив, что этот красивый молодой человек смотрит на все растерянным взглядом, точь-в-точь как его четырехлетний внучек, он невольно проникся жалостью:

— Жаль, этот паренек, боюсь, вряд ли уже сможет восстановить разум.

Линь Су: …

Что тут скажешь? Не говорить же ему, что этот маленький дурачок перед ним круче любого живого божественного лекаря и меньше чем за год сможет исцелить себя сам, да еще и превратить его в живую марионетку для пыток.

Ученик отмерил лекарства: всего вышло три дозы, принимать по одной в день, утром и вечером. Доза стоила шестьдесят пять вэней, а за осмотр взяли пятнадцать вэней — всё состояние Линь Су разом уменьшилось больше чем наполовину, оставив ему всего девяносто вэней.

Он рассчитался и попросил мальчика-ученика помочь сварить одну дозу, чтобы Фу Юнь выпил ее прямо здесь.

Пока лекарство варилось, Линь Су собирался позволить Фу Юню отдохнуть, а самому сходить на улицу за покупками.

В данный момент дома было так пусто, что не нашлось бы и рисинки, а обед вообще висел в воздухе.

Если подумать, он-то еще пожевал грибов для утоления голода, а этот маленький дурачок вообще ничего не ел. Не стошнит ли его после отвара китайской медицины?

Увидев это, Сюй Лэй поднялся и сказал:

— Я тоже пойду.

Он подумал, что Линь Су неудобно передвигаться, и ему непременно нужно помочь, планируя снова взвалить парня на плечо в качестве живого средства передвижения.

Как вдруг, услышав это, Фу Юнь мгновенно насторожился и уставился на Сюй Лэя:

— Тебе нельзя идти!

Этот черный амбал вечно норовил отобрать у него брата, до чего же он противный.

Тут же он снова потянул Линь Су за рукав и жалобно позвал:

— Братик, я тоже хочу пойти.

Линь Су странным взглядом посмотрел на него какое-то время, а затем внезапно ухватил маленького дурачка за щеки, так сильно оттянув его трогательное личико, что оно исказилось, и только после этого усмехнулся:

— Сиди тихо и жди, слушайся.

Фу Юнь потрогал свое пылающее лицо и обиженно протянул:

— Ох.

Сюй Лэй вышел вслед за Линь Су и уже собирался подхватить того на руки, но получил отказ.

Линь Су тоже чувствовал себя беспомощно: в конце концов, он не мешок с картошкой, чтобы его везде таскать на горбу.

Он стянул у входа в лавку опорную палку от двери в качестве трости и сказал старому лекарю:

— Лекарь, одолжу у вас деревянную палку.

Хотя сегодня в посёлке был не базарный день, лавки всё еще работали: имелось абсолютно всё самое необходимое — крупы, мука, масло, хлопчатобумажная одежда, утварь, вино и нехитрая еда.

Линь Су купил в угловой лавке с булочками шесть больших мясных паровщиков.

http://bllate.org/book/38671/4867809