Готовый перевод Your Highness, the Zombies Are Here / Ваше Высочество, зомби уже здесь: Глава 12

Иса видел сон. В этом сне он всё ещё жил в старом доме, оставленном дедушкой и бабушкой: белая краска на стенах облупилась почти наполовину, а заброшенный двор зарос сорняками. Снаружи дул ветер, раздувая молочно-белые тюлевые занавески, и от сырости всё тело казалось липким и разморенным. Мать поставила на стол оставшуюся со вчерашнего вечера остывшую пиццу; её запястья были такими тонкими, казалось, у неё почти не осталось сил. Младший брат подошел к краю стола и встал на цыпочки, чтобы дотянуться до еды. Капризно поморщившись, ребёнок произнёс:

— Мама, она холодная.

Но мать словно не услышала. Подойдя к Исе, она нахмурилась и положила руку ему на плечо. Сама она казалась насквозь ледяной, но вцепилась в плечо мальчика со всей силой.

— Милый, тебе придется провести лето у дяди Бертона. Я возьму Кэрол и перееду в новый дом.

Он тупо смотрел на женщину, на её густые пушистые каштановые волосы, на её крошечное бледное лицо с тонкими губами и какие-то остекленевшие, слишком большие глаза. Только сейчас Иса заметил, что в руке она держит большую дорожную сумку — чисто-чёрную, со светлыми затёртыми полосами от частых стирок. Женщина сунула сумку Исе в руки:

— Бертон скоро приедет, он отвезет тебя в Лос-Анджелес, а это прекрасное место. Вот твои вещи, держи их и веди себя хорошо.

Кэрол со всех ног прибежал к ним, спотыкаясь на ходу. Он обнял Ису за талию, и обе его руки были испачканы в жиру. Иса с крайним неохотой потрепал брата по голове.

— Я не хочу, чтобы старший брат уходил, мы должны жить вместе! — с очень серьёзным видом завопил малыш, хотя несколько слезинок в уголках глаз выдавали его с головой.

За дверью раздался гудок грузовика — громкий и резкий. Иса хотел было что-то сказать, хотя в голове у него всё перемешалось, словно яичница-болтунья. Стоило ему приоткрыть рот, как Кэрол залился слезами. Хоть он был и мал, но голосом мог потягаться с автомобильным клаксоном. Из-за того, что мальчик крепко вцепился в брата и не желал отпускать, взрослым пришлось силой оторвать его от земли и поднять на руки.

— Я не хочу, чтобы брат уходил, не хочу! — этот проказник горько рыдал, а Иса смотрел, как он судорожно машет в воздухе руками и ногами.

Всё должно быть совсем не так, думал Иса. Я должен что-то сказать: увидимся позже или удачного переезда, вести себя как те глупцы из телевизора. Он снова оглянулся назад, но там не было ничего — лишь сплошная непроглядная тьма. Иса попытался отступить назад, чтобы во всём разобраться, но едва сделал шаг, как у него из-под ног ушла земля, будто на краю бездонной пропасти, и он полетел вниз.

— Ты проснулся, выглядишь так, будто тебе приснился кошмар, — произнёс кто-то рядом.

Протянутые интонации показались Исе смутно знакомыми, и одновременно от них захотелось задохнуться.

— Где мы? — Иса сделал глубокий вдохи почувствовал, что в голове невыносимо кружится.

На плечах у него было наброшено серое тонкое одеяло — неизвестно, где его только откопали. При этом тело пробирал лющий холод, в руках и ногах не осталось ни капли сил, а простое движение вроде расстёгивания ремня безопасности казалось непосильной задачей, которой не хотелось даже заниматься.

Уже совсем стемнело, едва можно было разглядеть линию горизонте, где простиралась тёмно-синяя полоса, почти скрывавшая крошечный серп луны. Тяжёлая, зловещая тишина окутывала всю равнину Гоби. Машину припарковали среди кустарника, и эти заросли отлично скрывали её от посторонних глаз.

— Как видишь, мы на ферме, — в голосе Романа послышались нотки улыбки. Казалось, за прошедшие часы он полностью восстановился, ничем не отличаясь от молодого человека, выбравшегося на прогулку за город. — Если честно, я заглянул в ту хижину и немного прибрался внутри, теперь она вполне пригодна для использования.

Иса словно внезапно очнулся. Он резко откинулся от спинки сиденья, собираясь нащупать пистолет, но только что вправленное правое плечо заставило его всё тело заледенеть от боли.

— Не стоит так нервничать, напарник, я всё уладил. На самом деле твоя температура так и не спала, возможно, рана воспалилась, — сказал Роман.

— А может быть, это вирусная инфекция, — холодно бросил Иса.

— Столбнячная палочка? Они действуют не так быстро.

— Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю. О вирусе, который заставляет мертвецов оживать. Всё начинается с обычной лихорадки, потом человек впадает в кому и умирает. А завтра утром или ближе к полуночи, когда я снова открою глаза, я превращусь в тупого монстра, бродящего снаружи.

Иса снова откинулся на сиденье, его голос звучал хрипло — вероятно, из-за жара.

— Но у тебя нет прямых доказательств заражения. По-моему, ты отлично выглядишь, старина, просто лицо раскраснелось, да тело ослабло, так что драться ты сейчас не в форме, — с недовольством возразил Роман. Он толкнул дверцу машины, и от ворвавшегося снаружи порыва ветра больного прошибла дрожь.

— Ты должен оставить меня одного. Машина и всё остальное твои, мне нужен лишь заряженный пистолет, — продолжал настаивать мужчина, непреклонный, как речной валун, или больше похожий на мужа, готового подписать бумаги о разводе.

Ответом Романа было то, что он попросту вытащил из машины этого бредившего от жара, но невероятно упрямого типа. Впрочем, у Исы всё равно не было сил сопротивляться, и его полуволоком-полуна себе дотащили до жестяного домика. Возможно, раньше здесь был загон для скота: внутри валялся какой-то железом хлам, конское седло, уздечка и попоны, а в углу была свалена свежая солома, которая при желании вполне сошла бы за временную постель.

Усадив ошарашенного Ису прямо на солому, Роман с некоторой долей сентиментальности подумал, что это ведь первая кровать в его жизни, которую он соорудил собственноручно, и интересно, каково на ней спать. Рассуждая так, он присел рядом и приложил руку ко лбу напарника, чтобы проверить температуру.

Что, если тот окажется прав? — вдруг промелькнуло в голове у Романа. Неужели придётся просто сложить руки и позволить этому человеку превратиться в безмозглого монстра?

Едва эта мысль промелькнула в сознании, ему стало не по себе. Он весь разгорячился от напряжения, ничем не отличаясь от обычного человека. И хотя Академия наук неустанно твердила, что симбионт никак не влияет на человеческие эмоции, Роман прекрасно знал правду. Возможно, для окружающих он был идеальным наследником с задатками полководца и талантом крутиться в высшем свете, но не более того. Нанороботы в его теле напоминали вторую личность, которая бесстрастно и хладнокровно анализировала абсолютно все поступающие данные.

Это щемящее чувство в груди, когда отчаянно трудно сделать вдох из-за накатившего страха, люди обычно называют ужасом, хотя по своей сути это всего лишь выброс адреналина. Поистине новый опыт, думал Роман — даже узнав, что он, возможно, никогда не вернётся в Империю, он испытал лишь лёгкую грусть.

Нет, он не позволит Исе вот так умереть. Быть может, в будущем этому мужчине суждено пасть в бою, но только не так — нелепой смертью ходячего мертвеца.

Роман поднялся на ноги и подошел к самому центру жестяной хижины. Во время недавней уборки это место полностью расчистили — забравшегося внутрь зомби он разнёс в щепки прямо на деревянном столе, поэтому остатки трупа и обломки мебели пришлось выкинуть наружу.

— Ну что ж, начнем, — Роман поднял правую руку.

На кончике его пальца возник крошечный голубой огонёк, который тут же начал расти, словно вырываясь из тела. Этот огонёк рассыпался на мириады символов, что множились, увеличивались и переплетались в воздухе. Некоторые превратились в экраны разного размера, другие приняли форму пульсирующих графиков, а остальные массивы данных закружились вокруг владельца словно кольца далёкой планеты, перекрещиваясь и замыкая круг.

— Симбионт Азатот активирован, степень синхронизации — двадцать процентов, минимальные условия для работы выполнены, — в голове у Романа зазвучал мягкий мужской голос, знакомый ему с восьмилетнего возраста.

— Давно я не брался за дело всерьёз, ощущения странные, — пробормотал юноша, глядя на парящие перед ним экраны.

Гигантские массивы данных — всё, что он знал и успел собрать о том вирусе, — загружались в систему. Графики, подгоняемые сложнейшими формулами, с недоступной человеческому глазу скоростью устремлялись вниз. Голубое свечение отражалось на лице Романа, оставляя в темноте лишь безупречный, почти ледяной профиль.

— Позвольте заметить, мы находимся во временной аномалии, я не получаю никаких сигналов из Империи, — произнёс Азатот совершенно бесстрастным тоном.

Большую часть времени он вёл себя как самый настоящий умный мозг, но Роман знал, что это лишь защитный протокол, призванный убедить научно-исследовательский институт в его безопасности и оградить систему от вороха бессмысленных бюрократических ограничений.

— Это может подождать, а сейчас займись анализом вируса. Я не хочу на рассвете обнаружить, что вон там поднимается зомби с лицом Исы, — раздраженно бросил Роман, хотя их диалог с симбионтом происходил исключительно в мыслях.

— Анализ завершён. Вирус, код Икс, индекс угрозы — Дельта.

— Ты уверен, что у тебя ничего не замкнуло? Или требуется ремонт? — Роман в упор посмотрел на графики анализа заражения, где черным по белому значилось, что вероятность инфицирования человека вирусом составляет менее половины процента. — Снаружи толпы людей, заражённых этой дрянью. Тебе что, нужны практические доказательства или вроде того?

— Объект анализа — гражданин Империи. Вирус Икс поражает паутинную оболочку и нервы головного мозга. Начиная с 238 года по имперскому летоисчислению, всем новорождённым были внесены изменения для устранения дефектов паутинной оболочки... — Азатот привычно включил режим словесной бомбардировки.

— Спасибо, можешь помолчать, — Роман прекрасно понимал, что собеседник просто пытается вывести его из себя в отместку за недавнее сомнение в интеллекте симбионта.

— Последний вопрос: заражён ли он вирусом Икс? — Роман перевёл взгляд в сторону. Иса лежал неподалёку, покрытый испариной, явно мучимый тяжелым, тревожным сном.

— У вас участился пульс, Ваше Высочество, — заметил Азатот, и пока владелец не сорвался на него окончательно, выдал на предельной для машины скорости: — Это обычная грибковая инфекция, у пациента наблюдаются жар, головная боль и озноб, всё в пределах нормы.

Не дав этому невыносимому симбионту шанса вставить еще хоть слово, Роман принудительно разорвал связь. Парящие в воздухе кольца данных мгновенно растаяли в пустоте. Наверное, всё дело в неудачном имени, подумал Роман, проваливаясь в сон на подстилке из соломы — Азатот, имя слепого, бесцельного божества. Ни капли не в его вкусе.

http://bllate.org/book/38652/4864633