Готовый перевод Rebirth: The Crime of Possessing a Treasure / Возрождение: Цена запретного сокровища: Глава 15

Под ярким светом прожекторов на длинном темном деревянном столе лежали три неровных по размеру куска жадеита. Один был фиолетовым, второй — красным, а третий и вовсе переливался красно-фиолетовыми оттенками.

Старик Чэнь, старик Хэ и Цянь Ту стояли у стола, то и дело поднимая камни, чтобы рассмотреть их на просвет, непрерывно ощупывая и осыпая находку восторженными возгласами. Ань Яньцин ожидал неподалеку, с улыбкой наблюдая за ними.

Все три куска жадеита оказались великолепной ледяной разновидности. Красный камень сиял чарующей красотой: он был ярким и живым, лишенным тусклости и желтоватого оттенка, свойственных обычным красным минералам, к тому же обладал нежной текстурой и выглядел просто потрясающе.

Фиолетовый жадеит переливался многослойными переходами цвета: от внешнего края к центру оттенки становились все насыщеннее, сменяя друг друга от бледно-лилового и розовато-фиолетового до глубокого фиолетового и сине-фиолетового. При этом среди фиолетовых разновидностей розово-фиолетовый ценился выше всего, за ним шел баклажановый, а замыкал тройку сине-фиолетовый.

Последний камень сочетал в себе два цвета — красный и фиолетовый. Прямо в его сердцевине насыщенный, лучистый алый цвет мгновенно переходил в легкий, неуловимый дымчато-фиолетовый оттенок. Этот продолговатый кусок был небольшим, но именно он представлял наибольшую ценность среди всех трех.

Каждый оттенок жадеита несет в себе особое благословение: красный символизирует счастье, зеленый — богатство и процветание, фиолетовый — долголетие, белый — удачу, а желтый — сокровища. Все пять цветов вместе образуют понятие пяти благословений.

Обычно один камень имеет лишь один цвет, однако порой встречаются двух-, трех- и даже четырехцветные образцы. В этом и заключается уникальная особенность жадеита, которой лишены другие драгоценные камни.

Как правило, если не брать в расчет сорт и прозрачность, двухцветный жадеит ценится значительно выше одноцветного.

Старик Хэ опустил фиолетовый камень на стол, повернулся к Ань Яюцину и произнес:

— Малыш Ань поистине невероятен. Кто бы мог подумать, что в этой необработанной породе действительно кроется двухцветный жадеит! Красный сулит счастье, а фиолетовый — долголетие. Какое прекрасное двойное благополучие!

Услышав это, старик Чэнь добродушно рассмеялся:

— Увидеть два цвета в одном камне — большая редкость. Сегодня мы поистине насладились зрелищем, и ожидание стоило того.

Только в этот момент Цянь Ту бросил взгляд на окно и заметил, что ночь уже вступила в свои права: небо погрузилось во тьму, и лишь одинокий серп луны повис среди туманных облаков.

Цянь Ту посмотрел на двух стариков, чьи лица выражали крайнее воображение вперемешку с неизбывной усталостью, и заколебался, раздумывая, не пора ли напомнить им о возвращении.

Стоявший рядом Ань Яньцин заметил его взгляд, полный беспокойства, а затем перевел глаза на осунувшихся стариков у стола и всё сразу понял.

— Время пролетело незаметно, уже так поздно. Старик Чэнь, старик Хэ, вы провели на ногах весь вечер, да и днем простояли немало, так что лучше отправляйтесь отдыхать. Эти камни никуда не денутся, захотите посмотреть — приходите в любое время, — мягко произнес Ань Яньцин.

Старик Хэ взглянул на часы — приближалось десять вечера. И впрямь было поздно. Он повернулся к старику Чэню:

— Старый Чэнь, малыш Ань прав, давай-ка сегодня поедем по домам. Если захочешь еще на них полюбоваться, заглянешь сюда в другой раз.

Старик Чэнь души не чаял в коллекционировании самых разных изделий из жадеита. Сейчас, когда ему в руки попался этот красно-фиолетовый экземпляр, он никак не хотел выпускать его из пальцев и при словах старика Хэ испытал легкое сожаление. Однако за целый день на ногах он и вправду сильно устал.

Заметив его вид, старик Хэ прекрасно понимал, что у того вновь разыгралась страсть коллекционера. Старик Чэнь, однако, с надеждой посмотрел на Ань Яньцина и спросил:

— Малыш Ань, ты не планируешь продавать этот камень?

Ань Яньцин покачал головой и объяснил:

— Старик Чэнь, я пока не собираюсь выставлять его на продажу в сыром виде. Сначала я хочу его обработать. Если после огранки он вам все еще будет интересен, мы сможем обсудить это, договорились?

Услышав это, старик Чэнь окинул Ань Яньцина долгим взглядом, наконец кивнул и наказал:

— Ладно. Как только закончишь работу, непременно дай мне знать, не забудь связаться со мной.

Ань Яньцин с улыбкой кивнул и пообещал:

— Обязательно дам знать.

Все четверо вышли со склада. Ань Яньцин проводил троих гостей до машины, дождался, пока они уедут, и только тогда запер дверь. Он аккуратно завернул сегодняшний улов, положил его на переднее сиденье и тоже поехал домой.

Вернувшись, Ань Яньцин убрал камни в сейф, стоявший в спальне. Следующие несколько дней он безвылазно провел на складе, непрерывно распиливая породу, и содержимое сейфа росло с каждым днем.

Пять дней спустя Ань Яньцин наконец получил от Цянь Ту обещанную стариком Чэнем подвеску из янтарно-желтого жадеита. На ней были вырезаны лошадь и обезьяна, что символизировало пожелание скорого получения высокого поста и благородного титула. Дизайн выбирал старик Чэнь, судя по всему, молодой мастер пришелся ему по душе.

За эти дни Ань Яньцин и Цянь Ту успели сблизиться и отлично ладили. Они были почти ровесниками и разделяли общую страсть, к тому же Цянь Ту искренне восхищался Ань Яньцином, который раз за разом находил в камнях превосходный жадеит.

У семьи Цянь Ту была собственная мастерская по обработке камня, и часть добытых за эти дни минералов среднего и низкого качества Ань Яньцин сбыл ему, неплохо на этом заработав.

Сейчас перед Ань Яньцином лежали те самые три камня, которые он распилил несколько дней назад. Отказ старику Чэню не был отговоркой: он действительно собирался обработать их своими руками.

В прошлой жизни его основной профессией были дизайн украшений и резьба по нефриту, а любимым материалом неизменно оставался жадеит.

Если бы не острая нужда в деньгах, он ни за что не стал бы продавать те великолепные камни, ведь в глубине души он мечтал собрать собственную коллекцию лучших сокровищ.

Самым крупным из трех камней на столе был тот самый фиолетовый жадеит. Он сохранил овальную форму исходного куска породы, имея толщину около сантиметра и высоту тридцать сантиметров.

Ради пущей выгоды Ань Яньцин решил полностью пустить этот кусок на браслеты.

Современные браслеты из жадеита происходят от древних нефритовых дисков би и ритуальных цилиндров цун. В древности их называли чуань, хуань или биань — это были кольцевые украшения, которые носили на запястье.

Стили браслетов невероятно разнообразны: бывают модели наложниц, плоские, круглые, квадратные, роскошные, с веревочным узором, с резьбой, в виде бамбуковых узелков, витые, наборные из бусин и многое другое.

Поразмыслив, Ань Яньцин решил, что камень достаточно велик для дюжины браслетов, поэтому стоит изготовить по одному экземпляру каждого вида. Наверное, если разложить их вместе, зрелище будет потрясающим.

Более того, из сердцевин, оставшихся после вырезания браслетов, можно будет сделать кабошоны для колец либо закрепить их в золоте и серебре, превратив в шпильки для волос, броши или серьги.

В китайской традиционной культуре фиолетовый цвет символизирует благородство, изящество, мужество, таинственность, зрелость, достоинство, романтику и удачу. В былые времена он и вовсе считался цветом правителей, поэтому за ним стоял глубочайший смысл.

Сегодня фиолетовый жадеит служит символом статуса и положения в обществе, а в мире моды его наделяют значением любви и удачи.

Наверняка эта партия лиловых браслетов придется по вкусу дочерям из знатных семей и светским дамам.

Решившись, Ань Яньцин тут же принялся за дело.

Стоит человеку погрузиться в работу с головой, как время начинает лететь незаметно. Когда Ань Яньцин, сгорбившись над верстаком на складе, увлеченно вырезал браслеты, его застал врасплох звонок от Цяо Чжишэня: он совершенно забыл, что прием компании Bianco назначен на завтрашний вечер.

Ответив Цяо Чжишэню и назвав свое местонахождение, Ань Яньцин поднялся и размял затекшее тело. Браслеты пока представляли собой лишь грубые заготовки, требующие тонкой шлифовки и полировки.

Прождав некоторое время, он заметил на дороге знакомый серебристо-серый Мерседес. Ань Яньцин никак не ожидал, что Цяо Чжишэнь приедет за пригласительным лично. Взглянув на часы — было всего пять вечера, — он подумал: неужели в компании Bianco рабочий день заканчивается так рано?

Увидев из машины, как Ань Яньцин смотрит на часы, Цяо Чжишэнь решил, что тот утомился от ожидания. Он поспешно выскочил наружу, виновато улыбнулся и сказал:

— Прости, что заставил ждать. На выходе из офиса возникли срочные дела, вот и задержался.

Ань Яньцин беззаботно улыбнулся:

— Я и не ждал толком, просто сидел отдыхал. Не думал, что ты лично привезешь приглашение, даже не знаю, польщен ли мне такой прием.

Цяо Чжишэнь бросил на него взгляд и произнес:

— Что-то я не заметил на твоем лице особого трепета. Время уже позднее, давай поужинаем вместе? К тому же Чжи Нянь давно канючит, что хочет с тобой повидаться, она будет очень рада встрече.

Поразмыслив, Ань Яньцин кивнул. Со времен поездки в Юньнань он не видел Цяо Чжинянь и успел по ней соскучиться:

— Как раз собирался отдать машину в мойку, а тут небеса сами посылают бесплатного водителя.

Заперев дверь, Ань Яньцин устроился в машине Цяо Чжишэня, и та плавно тронулась с места. Вспомнив события нескольких дней давности, Цяо Чжишэнь украдкой бросал взгляды на спутника, замечая, что тот выглядит как-то иначе.

Поймав его взгляд и словно разгадав его мысли, Ань Яньцин спокойно произнес:

— Спасибо тебе за тот день. Я уже все обдумал: некоторые вещи просто невозможно заставить случиться вопреки всему.

Цяо Чжишэнь сосредоточился на дороге, но на душе у него было странно легко и радостно — оттого, что Ань Яньцин так легко прочитал его мысли.

Увидев перед собой изысканную элегантную виллу, а затем заметив золотоволосую красавицу, махавшую им с балкона, Ань Яньцин был бы круглым дураком, если бы не догадался, куда его привезли.

Он-то думал, что под ужином Цяо Чжишэнь подразумевает поход в какое-нибудь кафе, но автомобиль завез их в знаменитый элитный коттеджный поселок Шанхая. Оказывается, тот решил принять его у себя дома.

Получив звонок от брата, Цяо Чжинянь ужасно обрадовалась и тут же распорядилась, чтобы повара приготовили изысканнейшие блюда для дорогого гостя. Увидев входящего в холл Цяо Чжишэня, девушка подбежала к нему, украдком сжала кулачок, показала брату большой палец и мысленно похвалила за то, что его затуманенная голова наконец-то начала соображать.

http://bllate.org/book/38639/4862815