Дальше шёл длинный список с подробностями о привычках ребёнка в еде, медицинском осмотре и деталях вроде прививок.
Ни Бай Ту, ни Цзян Шэнь не заговорили первыми, пока малыш, обнаружив, что взрослые не обращают на него внимания, снова не затянул хныканье и не начал беспорядочно сучить ножками.
Чем дольше Бай Ту всматривался, тем сильнее ощущал подвох:
— Мы что, попали на мошенников?
Цзян Шэнь утвердительно кивнул, бросил бумагу на стол и произнёс с невозмутимым спокойствием:
— Заявляем в полицию.
Бай Ту не имел ничего против, однако, пока он ждал, пока Цзян Шэнь вызовет полицию, он заметил, что тот обернулся на него, а экран только что разблокированного телефона снова погас.
Бай Ту спросил его:
— В чём дело?
Цзян Шэнь ответил:
— Сейчас я тоже считаюсь публичной персоной. Если я позвоню в полицию прямо сейчас, да ещё и в связи с этим ребёнком, если нас снимут, это может сильно ударить по моему имиджу. Если в полицию позвонишь ты, это избавит нас от множества хлопот.
Бай Ту понимал суть его слов, но говорил Цзян Шэнь несколько раздражающе. Впрочем, раз они оба не хотели неприятностей, на данный момент это было лучшим решением.
Заметив его колебания, Цзян Шэнь сказал:
— Не переживай, я поеду в участок вместе с тобой, в конце концов, на бумаге стоят наши имена.
Услышав такое вполне искреннее предложение, Бай Ту согласился:
— Ладно, я позвоню.
Он нажал кнопку вызова экстренных служб.
Ближайший полицейский участок отреагировал быстро, вместе с нарядом прибыли владелец ресторана и хозяйка.
Двое полицейских опрашивали всех по очереди, а хозяйка всё причитала:
— Какая напасть, ну кто это подкинул ребёнка ко мне, что же теперь делать, если с малышом что-то случится?
Один из офицеров спросил её:
— А где камеры наблюдения в вашем заведении?
Владелец утёр пот со лба:
— Камеры в нашем ресторане давно сломались, сейчас они просто для вида. Обычно к нам ходят в основном постоянные клиенты, ничего не происходило, вот мы и решили сэкономить и не стали ставить новые.
Полицейские, казалось, не удивились такому результату и повернулись к Бай Ту и Цзян Шэню.
Один из двух молодых людей в медицинской маске, скрестив руки на груди, уставился в пол, а второй скучающе сидел на стуле.
Офицер спросил их:
— Почему вы пришли именно сюда?
Бай Ту и Цзян Шэнь:
— …
Оба одновременно хранили молчание и переглядывались.
Даже сейчас, когда государство ежедневно ведёт просветительскую работу по поводу телефонного мошенничества, они умудрились попасться на удочку — со стороны это выглядело совсем не так, как подобает современным здравомыслящим молодым людям.
Пока они молчали, младенец в корзинке вдруг громко заплакал, сбив ритм допроса.
Хозяйка, имевшая опыт ухода за детьми, подхватила малыша на руки, чтобы укачать, но стоило ей нащупать мокрый подгузник — ребёнок описался.
После небольшой суматохи все отправились в полицейский участок.
Справив нужду, малыш проголодался, и в участке ему заварили смесь, которую он принялся жадно пить за один присест.
Цзян Шэнь передал сотрудникам полиции материалы о мошенничестве, которые они получили на руки.
Полицейские провели их в пустующую пока комнату для допросов и примирения.
Одного из них звали полицейский Ли, а другого — офицер Чэнь.
У полицейского Ли был цепкий и проницательный взгляд. Он снова задал вопрос, на который они ранее уже отвечали:
— Каким образом вы оба оказались в том ресторане?
Бай Ту и Цзян Шэнь показали им полученные ими текстовые сообщения, а Цзян Шэнь вдобавок передал полицейскому Ли лист формата А4, добытый у малыша.
Полицейский Ли уточнил:
— Вы действительно раньше сдавали кровь в этот Научно-исследовательский институт открытого космоса?
Бай Ту ответил:
— Да.
Полицейский Ли перевёл взгляд на Цзян Шэня, который не снимал маску:
— Твоё имя звучит знакомо, кажется, есть довольно известный поп-идол по имени Цзян Шэнь.
Цзян Шэнь спустил маску, чтобы показать лицо офицеру, а затем снова натянул её:
— Похоже, я и есть тот самый артист, о котором вы говорите.
На проницательном лице полицейского Ли не дрогнул ни один мускул, он, судя по всему, привык и к такому — ранее им уже доводилось расследовать дело о том, как известная актриса потеряла из-за телефонных мошенников больше миллиона.
Однако офицер Чэнь был моложе и не удержался, бросив на Цзян Шэня пару дополнительных взглядов — удивление на его лице скрыть не удалось.
Ещё никогда Бай Ту так сильно не радовался тому, что он артист сто восьмого эшелона, которого никто не знает, и что позориться на весь белый свет ему было не вперёд.
Совсем другое дело — его бывший капитан Цзян Шэнь. Глядя на то, как тот держится далеко не так непринуждённо, как на сцене, а напротив, крайне скованно...
На публике Цзян Шэнь всегда создавал образ крутого и дерзкого парня, поэтому видеть, как он попадает впросак, было довольно забавно, и Бай Ту даже захотелось улыбнуться.
Полицейский Ли был опытным стражем порядка. Он в деталях расспросил Бай Ту и Цзян Шэня о том, как они оказались в ресторане, а затем, сопоставив предоставленную ими информацию, распорядился начать проверку того самого Научно-исследовательского института открытого космоса.
И Бай Ту, и Цзян Шэнь хорошо помнили адрес, по которому располагался институт в те годы.
Вскоре офицер Чэнь принёс результаты расследования: указанный ими адрес был снесен ещё три года назад, к тому же никакой организации под названием Научно-исследовательский институт открытого космоса в базах данных не нашлось.
Полицейский Ли не стал сразу делать вывод, что их банально обманули мошенники, поскольку оставался ещё ребёнок с невыясненной личностью.
Содержимое листа формата А4 еще предстояло тщательно проверить.
Внимательно перечитав оставленную мошенниками бумагу, полицейский Ли сурово спросил их:
— Вы ведь тогда не кровь сдавали, а занимались донорством спермы, признайтесь?
Бай Ту мысленно взвыл от отчаяния, слегка покраснев, он произнёс:
— Товарищ полицейский, тогда я действительно просто сдал пробирку крови. Хотя в тот момент мне и правда не хватало денег, я никогда не думал о том, чтобы сдавать сперму.
Голос Цзян Шэня глухо доносился из-под маски:
— Я тоже сдал лишь пробирку крови и ничего больше не жертвовал.
В этот момент в комнате раздался стук в дверь. Когда её открыли, все услышали громкий плач малыша.
Женщина-полицейский, временно присматривавшая за ребёнком, внесла кроху на руках, пытаясь успокоить, но у неё ничего не выходило, и на её лице застыло растерянное выражение.
— Старший Ли, этот малыш всё плачет и плачет, непонятно, что с ним такое. — Девушка была совсем молодой, матерью ещё не стала, и опыта в уходе за младенцами у неё, разумеется, не хватало.
Разобравшись в ситуации с Бай Ту и Цзян Шэнем, полицейский Ли попросил обоих поставить подписи и велел готовиться к уходу.
— Для начала вам обоим нужно будет пройти процедуру дактилоскопии. Просьба в ближайшие дни держать телефоны включенными, если возникнут какие-то вопросы, нам снова понадобится ваше содействие.
Бай Ту и Цзян Шэнь одновременно заверили, что сделают всё возможное для помощи следствию.
Другие сотрудники отвели их сдавать отпечатки пальцев, а когда они выходили, Бай Ту внезапно кое о чём вспомнил и обратился к уже собиравшемуся уходить Цзян Шэню:
— А что насчёт отчёта о ДНК-тесте на отцовство?
http://bllate.org/book/38609/4858194
Сказали спасибо 0 читателей