Готовый перевод The Past Can Be Redeemed / Всё ещё можно наверстать: Двойное перерождение: Глава 15

Погода становилась всё холоднее, а Жун Янь — всё ленивее.

Теперь у него был особый статус: он не подвергался пренебрежению и презрению, как в прошлой жизни, но и не мог, подобно некоторым заложникам, получить чин или должность в суверенном государстве.

Государство Сюй объединило с ним силы, но всё ещё не доверяло ему до конца.

Впрочем, Жун Янь не слишком-то обращал на это внимание, из-за чего и казался праздным. Кроме того, что изо дня в день он сворачивался калачиком у жаровни с углём, читал и спал, он изредка выходил на улицу, чтобы поглазеть на двух снежных львов — большого и маленького, — стоявших во дворе.

Если бы он всегда мог оставаться столь благоразумным и смирным, Жун Сюань, находившийся за тысячи ли отсюда, пожалуй, не стал бы прилагать столько усилий, пытаясь предать его смерти.

— Молодой господин, время почти подошло, пора выезжать.

Дверь распахнулась от толчка снаружи, и ворвавшаяся в комнату струя холодного воздуха заставила погруженного в полудрем Жун Яня медленно открыть глаза. Он увидел, что Жуй Инь стоит у кушетки, прижимая к груди два круглых полыньковых халата, которые обычно надевали на выход:

— Молодой господин, какой вы наденете сегодня?

Хотя управляющий поначалу и замышлял недоброе, он всё же добросовестно исполнял свои обязанности по управлению резиденцией и вскоре нанял в дом людей. Жуй Инь был одним из них: хоть он и был мал годами, но отличался сметливостью и понятливостью, а в последнее время исправно и заботливо ухаживал за повседневным бытом Жун Яня.

Жун Янь прищурился, переводя взгляд с одного халата на другой, небрежно указал на один из них, затем зевнул и наконец выпрямился:

— Разве сегодня куда-то нужно ехать?

Руки Жуй Иня на мгновение замерли, но, к счастью, за последние дни он уже постепенно привык к нраву Жун Яня. Обернувшись, он взял со стола пригласительное письмо и протянул его Жун Яню:

— Разве молодой господин забыл? Сегодня мы должны поехать на пир в Резиденцию князя Цзи.

Прошло уже три года с тех пор, как Гао Чунь взял в жены дочь министра императорского двора госпожу Чжоу, сделав её княгиней. Супруги жили в любви и согласии, однако детей у них всё не было. Лишь в прошлом месяце княгиня Цзи наконец родила девочку, и теперь, ровно месяц спустя, Гао Чунь устроил в резиденции праздничный пир, на который получил приглашение и Жун Янь.

Он рассеянно скользнул взглядом по приглашению, уголки его губ изогнулись в улыбке:

— Как я мог забыть о радостном событии князя Цзи?

Видя, что его молодой господин всё же не совсем безнадёжен, Жуй Инь мысленно вздохнул с облегчением, повернулся, принёс тёплой воды и помог Жун Яню умыться и переодеться.

Умывшись, Жун Янь уселся перед бронзовым зеркалом, позволяя Жуй Иню возиться со своими волосами. Праздно поигрывая лежавшей под рукой нефритовой шпилькой, он внезапно заговорил:

— Я слышал, Наследный принц женился на два года раньше князя Цзи, почему же у него до сих пор нет даже потомства?

Руки Жуй Иня, завязывавшие Жун Яню волосы, замерли. Заметив в бронзовом зеркале его напряжённое выражение лица, Жун Янь легко усмехнулся:

— Мы же просто болтаем здесь, в уединении резиденции, неужто ты боишься, что я стану говорить об этом перед Наследным принцем?

Жуй Инь немного поколебался и понизил голос:

— Малышу доводилось слышать, как люди судачат… Будто бы тогда Императрица сама повелела женить Его Высочество Наследного принца на наследной принцессе, но Его Высочество её не любил и в дни покойные никогда не заглядывал во внутренние покои принцессы. — Говоря это, он почесал в затылке. — Только вот неведомо почему Его Высочество так и не взял ни одной наложницы, поэтому…

Жун Янь слегка приподнял брови, а на его губах заиграла насмешливая улыбка:

— Выходит, если на этот раз у княгини Цзи родился мальчик, он станет самым что ни на есть законным старшим внуком императора… Какая досада!

— Молодой господин! — не удержался от предостережения Жуй Инь. — Когда прибудете в Резиденцию князя Цзи, ради всего святого, будьте осторожнее! Вы только прибыли в государство Сюй, у вас нет ни опоры, ни поддержки, и если по неосторожности вы сболтнете лишнее и обидите какого-нибудь князя, это ни к чему хорошему не приведет!

Жун Янь обернулся на выглядевшего донельзя серьёзным Жуй Иня и честно кивнул:

— Ладно-ладно, понял!

Длинные, словно чернила, волосы были собраны белой нефритовой шпилькой, обнажая всё бледное и утончённое лицо. На нём был свежий и изящный зелёный круглый полыньковый халат, а поверх наброшена белая шуба.

В тот момент, когда Жун Янь переступил порог Резиденции князя Цзи, Лян Цзи, беседовавший во дворе с кем-то, на мгновение замер от неожиданности. В затуманенном взоре ему на миг показалось, будто он видит того самого горделивого, изысканного юного господина с улыбкой в глазах из своей прошлой жизни.

— Генерал Лян? — оставленный без внимания помощник министра наказаний проследил за взглядом Лян Цзи. — Разве это не тот маленький заложник из государства Вэй? Неужели князь Цзи удостоил приглашением и его?

Лян Цзи отвёл взгляд и неопределённо хмыкнул:

— Сегодня он почётный гость князя Цзи.

После того пира в день дани уважения чиновники государства Сюй больше не контактировали с Жун Янем, и помощник министра наказаний никак не мог взять в толк, с чего бы заложнику, живущему на чужбине, удостоиться такого обращения. Лян Цзи холодно произнес:

— Ваша светлость должен понимать князя Цзи: если на то не было соизволения Его Величества, стал ли он так сближаться с выходцем из Вэй?

Сказав это, он сделал паузу:

— А что до воли императора, вашей светлости лучше воздержаться от праздных домыслов.

С этими словами он снова бросил взгляд на Жун Яня и шагнул за дверь.

Гао Чунь отличался возвышенными устремлениями и безупречным характером, за что пользовался большим уважением при дворе, а потому в этот день в Резиденции князя Цзи собралось множество гостей. Несмотря на это, едва ступив на территорию резиденции, Жун Янь с первого же взгляда заметил Лян Цзи.

Стоило лишь взглянуть, как в памяти невольно всплыли те два снежных льва — большой и маленький, — что ждали в его дворе.

— Жун Янь! — Гао Чунь вышел встретить его лично, с улыбкой на лице, искренним выражением и безупречным соблюдением всех правил приличия.

Жун Янь принял из рук Жуй Иня преподнесённый дар и передал его стоявшему за спиной Гао Чуня управляющему:

— Поздравляю Ваше Высочество с рождением любимой дочки.

Гао Чунь по-свойски взял его под руку и повёл в дом:

— На улице ужасно холодно, сперва выпей чашку горячего чая, чтобы согреться.

В этой комнате собрались лишь члены императорского рода либо те, кто, подобно Лян Цзи, был знаком с Гао Чунем с малых лет. Почти все они обладали высоким происхождением и весом при дворе.

Шедший следом за Гао Чунем Жун Янь казался здесь несколько чужеродным.

Окинув взглядом комнату, Гао Чунь заметил сидевшего в стороне Лян Цзи и подошёл к нему:

— Жун Янь недавно прибыл в город Лунчэн, знакомых у него мало, и, сколько я ни оглядывался, из всех присутствующих только с тобой он знаком ближе прочих. Сегодня в резиденции полно гостей, мне некогда за всеми уследить, так что, Жунчжи, будь добр, присмотри за Жун Янем.

Жун Янь слегка поджал губы и слабо улыбнулся:

— Ваше Высочество, достаточно велеть подать мне чаю и указать место, где присесть. Генерал Лян человек занятой, к чему его утруждать? К тому же, мы с генералом Ляном… не сказать чтобы близко знакомы.

Лян Цзи поднял на него глаза, сам налил чашку чая и протянул гостю, после чего кивнул Гао Чуню:

— Я не занят. Раз Его Высочество поручил, я непременно исполню.

Особенность характера сказывалась на том, что в будние дни, если не было служебной необходимости, Лян Цзи крайне редко общался с коллегами, и со временем все привыкли к его нраву. Поэтому, несмотря на его происхождение — он был сыном великого наставника и пользовался доверием самого императора, занимая пост правого хучжунланцзяна, — место, где он сидел в этот праздничный день, по-прежнему оставалось тихим и уединённым.

Жун Янь сидел рядом с ним, молча попивая чай из чашки, и несколько раз порывался повернуть голову, чтобы взглянуть на лицо Лян Цзи, но каждый раз насильно сдерживал себя.

Лян Цзи же ничуть не смущался.

Его взгляд был прикован к лицу Жун Яня, а глубокие глаза казались способными пронзить эту плоть и проникнуть прямо в душу юноши.

Наконец Жун Янь не выдержал этого почти обжигающего взгляда, повернул голову и встретился с Лян Цзи глазами, но ни один из них не произнёс ни слова.

Жун Янь первым отвёл взгляд, опустил ресницы и едва заметно улыбнулся, хотя на дне его глаз на мгновение мелькнула тоска.

В прошлой жизни он, пожалуй, и вообразить не мог, что однажды они с Лян Цзи будут сидеть вот так рядом, молча глядя друг на друга.

По своей природе Лян Цзи был молчалив и сдержан, действовал всегда решительно, но в обращении с Жун Янем становился неожиданно дотошным и внимательным. В прошлой жизни, с самого появления Жун Яня, его собственная жизнь словно раз надвое: одна её половина отдавалась несению стражи в городе Лунчэн и верному служению долгу, а вторая — обереганию наивной и беззаботной чистоты того маленького заложника.

Жун Янь закрыл глаза, и в его голове пронеслись картины их совместного прошлого.

— Чай пролился.

Чью-то тёплая рука внезапно протянулась вперёд, накрыла руку Жун Яня и выровняла уже готовую опрокинуться чашку. От соприкосновения кожи Жун Янь вздрогнул, словно от ожога, и резко отдёрнул руку. Чашка тут же полетела на пол, издав звонкий треск, и в прежде шумной комнате воцарилась внезапная тишина.

Лян Цзи невозмутимо убрал руку и бросил взгляд на прислуживавшего неподалёку слугу:

— Будь добр, убери тут.

Затем он перевёл взгляд на выход и знаком указал остальным:

— Прибыл Его Высочество Наследный принц!

В следующий миг в комнату и впрямь вошёл слуга с докладом.

Наследный принц Гао Цзун прибыл не один: та самая наследная принцесса, с которой, по слухам, у него были лишь видимость согласия, приехала в Резиденцию князя Цзи в той же карете. Едва переступив порог, она по распоряжению княгини Цзи была с почтением препровождена во внутренние покои, а самого Гао Цзуна встретил у входа лично Гао Чунь.

Поприветствовав Гао Цзуна, Жун Янь испытал немалое удивление: судя по нраву и характеру Гао Цзуна, то, что он вообще пожаловал на пир, уже было великой милостью, с чего бы ему брать с собой наследную принцессу?

Спустя полчаса причина стала ему ясна — в Резиденцию князя Цзи прибыла мать обоих принцев, Императрица Чжэн.

Встречающие опустились на колени по всему двору. Императрица Чжэн сошла с фениксова паланкина, её взгляд скользнул по головам собравшихся и наконец остановился на лице Гао Чуня:

— Поднимитесь все.

Гао Чунь шагнул вперёд:

— В такую стужу матушка лично изволила пожаловать, сын испытывает величайшую вину.

— Раз уж я стала бабушкой, то само собой должна навестить внучку, — произнося это, Императрица Чжэн бросила взгляд на стоявшую рядом принцессу Чэнъян. — Юань-эр.

Принцесса Чэнъян передала Гао Чуню парчовую шкатулку, которую всё это время держала в руках. Гао Чунь опустился на колени, выражая благодарность, но Императрица Чжэн лишь равнодушно кивнула и, переведя взгляд через его плечо, заметила стоявшего позади Гао Цзуна:

— Я уж думала, ты сегодня не явишься. Я велела тебе ехать вместе с наследной принцессой, послушался ли ты?

С улыбкой шагнув вперёд, Гао Цзун почтительно поддержал Императрицу под руку:

— Разве смел сын ослушаться слов матушки?

На лице Императрицы Чжэн мелькнуло подобие улыбки, она легко похлопала Гао Цзуна по руке, а затем повернулась к Гао Чуню:

— Знаю, у тебя в резиденции сегодня много гостей, так что тебе незачем оставаться здесь и сопровождать меня. Пусть твой старший брат посидит со мной немного, потолкуем, и я вернусь во дворец.

Гао Чунь крепче сжал в пальцах шкатулку, но выражение его лица ни капли не изменилось. Он почтительно произнёс:

— Здесь шумно и многолюдное, не изволит ли матушка отдохнуть в тишине внутренних покоев? Сын как раз прикажет принести ребёнка, чтобы вы взглянули.

Императрица Чжэн бросила на него взгляд:

— Достаточно найти какое-нибудь тихое место. Раз твой старший брат здесь, не дело ему входить в твои внутренние покои. А что до ребёнка… в последние дни я нездорова, как бы не передать ей хворь. Когда погода в следующие дни немного потеплеет, вы с женой сами привезёте её во дворец навестить Его Величество, тогда все вместе и посмотрите.

— Пусть будет так, — равнодушно улыбнулся Гао Чунь. — Погода холодает, матушка, прошу вас беречь здоровье.

— Мм, — кивнула Императрица Чжэн. — Занимайся своими делами.

— Сын… повинуется воле матушки.

http://bllate.org/book/38483/4832271