Готовый перевод The Crowd Favorite Gets Kissed Amidst the Chaos / Когда он появляется, все сражаются за его поцелуй: Глава 11

Чёрный девятифутовый рояль тихо стоял посреди музыкального класса, его плавные линии отливали мягким блеском. Это был Steinway D274 стоимостью почти два миллиона — инструмент, который обычно приобретают для профессиональных оркестровых выступлений. Фу Цяньлань, сам того не желая, продемонстрировал своё богатство: вещь ценой в два миллиона просто стояла в школьном классе.

Пол был застелен мягким ковром, а обстановка отличалась минимализмом: кроме рояля и банкетки, в комнате почти не было декора.

— Умеешь играть? — спросил Фу Цяньлань.

Он небрежно нажал несколько клавиш, проверяя строй, и, убедившись, что всё в порядке, встал, уступая место Вэнь Шичжо. В глазах Фу Цяньланя тот был лишь мелким прихвостнем И Цзюэ, и он не верил, что семейство И стало бы тратить деньги на обучение прислуги игре на фортепиано.

Вэнь Шичжо улыбнулся и серьёзно кивнул:

— Я учился... но не умею играть ничего слишком сложного.

Перед Фу Цяньланем не было смысла хвастаться мастерством. Вэнь Шичжо действительно занимался музыкой всего несколько лет — этого хватало, чтобы впечатлить профанов, но перед таким человеком, как Фу Цяньлань, выросшим за инструментом, попытка исполнить что-то виртуозное обернулась бы лишь позором.

— Я умею играть только простые мелодии, — повторил Вэнь Шичжо.

Фу Цяньлань не ожидал от него выдающегося исполнения и, словно выполняя формальность, бросил:

— Играй, что хочешь.

Чёрно-белые клавиши выстроились в ряд. Вэнь Шичжо сначала неуверенно проиграл пару гамм, чтобы размять пальцы, а почувствовав инструмент, начал основную часть. Он не стал выбирать произведения великих классиков, а взял простую, но приятную мелодию, которую когда-то услышал в кафе. Ему понравился мотив, и он сам подобрал его на слух. Даже спустя десять с лишним лет эта мелодия звучала трогательно.

Это была The Truth That You Leave.

Поначалу Фу Цяньлань не проявлял особого интереса, и даже когда Вэнь Шичжо коснулся клавиш, он остался равнодушен. С детства он привык к сложнейшим академическим пьесам, а то, что играл Вэнь Шичжо, он обычно даже не удостаивал вниманием.

Однако Вэнь Шичжо не обращал на него внимания, опустив взгляд и погрузившись в танец клавиш. Казалось, под его пальцами рояль ожил: звуки вырвались из оков догм и сухих нот, обретая свободу. В его исполнении даже слегка печальная и низкая мелодия заиграла новыми красками. Слушатель невольно поддавался очарованию музыки, словно вместе с ней переносясь в тот самый вечер, когда внезапно стих дождь.

К середине произведения пренебрежение в глазах Фу Цяньланя начало таять, а все дурные мысли — улетучиваться. Розово-фиолетовый закатный свет пробивался сквозь стекло, падая на обоих: Вэнь Шичжо смотрел на клавиши, а Фу Цяньлань — на него.

Взяв последний аккорд, Вэнь Шичжо убрал руки и поднял взгляд на стоявшего рядом Фу Цяньланя. Он выглядел как ребёнок, ждущий похвалы за выступление, или как человек, который безмолвно спрашивает: ты простил меня?

— Ты... — Фу Цяньлань смотрел на собственный рояль так, словно видел его впервые. — Ты играешь прекрасно, намного лучше меня. Если хочешь, можешь приходить сюда заниматься. Я дам тебе ключ.

Это была искренняя похвала. Инструмент должен принадлежать тому, кто его по-настоящему любит, а не быть для него лишь способом убить время. Когда Вэнь Шичжо играл, он словно светился изнутри. Такого света Фу Цяньлань никогда не замечал в себе. Струны его души едва заметно дрогнули, и он понял, что позволить Вэнь Шичжо войти в этот класс было верным решением.

Услышав это, Вэнь Шичжо поднялся с банкетки и быстро напечатал что-то в телефоне. Невозможность говорить доставляла неудобства, ведь Фу Цяньлань не владел языком жестов, так что всё общение сводилось к переписке.

— Спасибо, что оценил мою игру, но я откажусь. Молодой господин будет не в духе, если узнает, что мы общаемся.

Вэнь Шичжо сбежал сюда тайком от И Цзюэ, и если бы тот узнал, то наверняка взорвался бы на месте. Ключ брать было нельзя, к тому же цель визита достигнута — он уже услышал системный сигнал о повышении уровня симпатии.

— Не бери в голову. Я даю тебе ключ: захочешь — приходи, не захочешь — дело твоё.

После этих слов Фу Цяньлань стал ещё хуже думать об И Цзюэ. Вэнь Шичжо — самостоятельная личность, а И Цзюэ вечно держит его на коротком поводке. Возможно, без него Вэнь Шичжо жил бы куда лучше, по крайней мере, не выглядел бы таким запуганным и осторожным.

Фу Цяньлань вложил холодный металлический ключ в ладонь Вэнь Шичжо, вынуждая его принять подарок. Вэнь Шичжо, не в силах отказаться, принял неожиданный трофей.

— Мне пора... — Вэнь Шичжо взглянул на темнеющее небо за окном. Пора было возвращаться, пока И Цзюэ не заметил его отсутствия.

Фу Цяньлань не стал его удерживать, лишь произнёс, когда тот открыл дверь:

— Я надеюсь снова увидеть тебя здесь. У тебя талант, ты не должен быть чьим-то придатком.

Вэнь Шичжо молча кивнул и вышел. Как только дверь закрылась, он мгновенно сбросил маску мягкотелого простака и принялся крутить ключ на пальце.

Система 000 сообщила, что И Цзюэ уехал на банкет к деловым партнёрам и сегодня не вернётся. Раз уж выпало свободное время, Вэнь Шичжо не собирался возвращаться на виллу. Чтобы избежать лишних встреч в Восточном районе, он взял такси и почти час ехал в Западный, чтобы как следует оттянуться.

Он зашёл в торговый центр, сменил свой скромный «школьный» прикид на что-то более подходящее, уложил чёлку, скрывавшую глаза, и его красивые персиковые очи ярко засияли в мягком свете ламп. Вэнь Шичжо застегнул белую рубашку на все пуговицы, позволив серебряной цепочке на шее игриво покачиваться при каждом движении.

Взглянув на своё отражение, он спустя долгое время наконец улыбнулся. Вот это был настоящий он. Больше никакой притворной кротости — в его взгляде читалась дерзость и азарт, а аура стала острой и притягательной, как у лиса, питающегося жизненной энергией людей.

Прихватив пакет со своей старой одеждой, он вышел из примерочной. Продавцы, дежурившие снаружи, изумлённо уставились на него, начиная сомневаться, не было ли в примерочной потайного хода: человек, который вошёл, и тот, что вышел, казались совершенно разными людьми.

— 000, переведи мне денег, — Вэнь Шичжо стоял у кассы, невозмутимо требуя средства у системы.

Ничего не поделаешь: жильё и учёба зависели от И Цзюэ, а у него самого денег было кот наплакал. Но для системы деньги были лишь цифрами, и ради успеха миссии 000 покорно взяла на себя роль ходячего банкомата.

— Хозяин, перевела. Только не переборщи, возвращайся пораньше, чтобы И Цзюэ ничего не заподозрил.

Вэнь Шичжо взглянул на резко выросший баланс и впервые за долгое время смягчился по отношению к системе.

— Знаю, вернусь пораньше.

Как бы не так.

http://bllate.org/book/38471/4828903