Готовый перевод When I Get Ruthless, I'll Bully My Master / Тиран против наставника: Перерождение в пороке: Глава 12

Су Цзывэнь почувствовал запах жирного мяса, и его едва не вывернуло от тошноты. Одним взмахом руки он сбил палочки для еды Хо Чжао и леденящим душу тоном произнес:

— Четвертый принц, прошу, следите за своими словами и поступками... А ты, отпусти меня!

Глядя на то, как напускное спокойствие Су Цзывэня едва не рухнуло в один миг, Хо Чжао почувствовал, как у него в жилах закипела кровь.

Он приподнял брови, но другой рукой продолжал крепко держать тонкое запястье Су Цзывэня, и протянул:

— Это проявление моего почтительного уважения как ученика, разве реакция учителя не слишком ранит мое сердце? Ты даже распускаешь руки? Разве таковы правила приличия для Великого наставника?

На лице Су Цзывэня промелькнула тревога. Он не выносил прикосновений, а уж тем более такого захвата, и жар, исходивший из ладони юноши, лишь сильнее распалял его раздражение.

Однако Су Цзывэнь быстро взял себя в руки и с холодным выражением лица с силой выдернул запястье. Его кожа была белой и тонкой, и на нежном белом запястье отчетливо выделялся красный след, который при мерцающем свете свечей приобретал некую извращенную, болезненную красоту.

— Я — наставник Вашего Высочества, и вполне могу пресекать неподобающее поведение принца. Если Ваше Высочество чем-то недовольно, можете пожаловаться перед лицом Вашего Величества.

Лицо Хо Чжао слегка изменилось. Он ненавидел, когда Су Цзывэнь заводил речь о воспитании: тот явно никогда не выполнял обязанностей наставника, какая же бесстыдная наглость.

Не обращая внимания на внезапно помрачневшее лицо Хо Чжао — раз тот все равно не притронулся к еде, значит, никакой беды не случилось, — Су Цзывэнь протянул руку и взял со стола шкатулку с угощением:

— Впрочем, искренность Вашего Высочества я принимаю. Эту шкатулку я заберу с собой, чтобы вы ненароком не схлопотали наказание за то, что дали повод другим ухватить вас за хвост.

Кто здесь лучше всех умеет цепляться за чужие огрехи, так это ты, мелочный человек, как у тебя вообще язык поворачивается такое говорить?

Хо Чжао свирепо уставился на него, мысленно уже вдоль и поперек проскребя Су Цзывэня самыми последними ругательствами.

Стоило ему мысленно заскжетать зубами, как он заметил, что движение, с которым Су Цзывэнь приподнял шкатулку, замерло.

Прежде шкатулка заслоняла то, что лежало на письменном столе, но стоило Су Цзывэню ее поднять, как его взору предстал тот самый дерзкий рисунок.

Хо Чжао тоже внезапно это осознал и внутренне содрогнулся: скверно, он снова сам подсунул улику прямо в руки недругу.

Хо Чжао уже собрался уничтожить улику, но Су Цзывэнь опередил его и первым завладел злосчастным изображением черепахи.

Хо Чжао думал, что Су Цзывэнь рассвирепеет и воспользуется случаем, чтобы отыграться, но тот даже не нахмурил брови — лишь невозмутимо убрал бумагу:

— Вашему Высочеству лучше заняться переписыванием правил. Если не закончите, отсюда вам не выйти.

Сказав это, он неожиданно развернулся и ушел.

Хо Чжао слегка опешил. Не стал преследовать? Неужели Су Цзывэню не впервой выслушивать ругань от учеников, раз он сохраняет такое хладнокровие?

Мысленно чертыхаясь, Хо Чжао услышал, как распахнулась дверь и в комнату ворвался порыв ночного ветра.

Внезапно донесся приглушенный кашель. Почти инстинктивно сердце Хо Чжао сжалось, и он резко поднял голову.

Он увидел, как Су Цзывэнь прикрыл рукой рот и нос, перевел дыхание и только после этого шагнул за порог. Его стройная, прямая, словно стебель молодого бамбука, фигура быстро растворилась в ночном ветре.

Хо Чжао ошеломленно замер на месте, а когда пришел в себя, тяжелая дверь уже была закрыта.

В наступившей тишине пустой комнаты вдруг раздалась презрительная жалоба:

— Тц, надо же, как рано его тело захирело. В этой жизни я уж точно не позволю тебе легко ускользнуть.

Хо Чжао уже собирался вернуться к кушетке, как вдруг в поле зрения мелькнуло что-то живое. Он повернул голову.

То самое жирное мясо, которое Су Цзывэнь только что сбил ударом и которое закатилось в темный угол, сейчас усердно грызла невесть откуда взявшаяся крыса.

Но стоило грызуну проглотить всего пару кусочков, как он забился в мучительных судорогах. Издав напоследок пару писков, крыса затихла и испустила дух.

Хо Чжао медленно прищурился, а затем холодно фыркнул. Вернувшись к кушетке, он скрестил ноги в медитации, подпер рукой подбородок и свирепым взглядом уставился на крысиную тушку.

Убить ядом напрямую? Похоже, в прошлой жизни он все-таки недостаточно хорошо знал эту женщину — Благородную супругу Ян.

Раньше Благородная супруга Ян вечно использовала его, чтобы стяжать себе доброе имя в миру, поэтому отправлять ему еду само по себе не было чем-то необычным; однако отправлять с этим поручением Юй Шу, свою доверенную служанку, выглядело крайне подозрительно.

Он почувствовал неладное вовсе не потому, что заподозрил неладное в самой стряпне, просто от Юй Шу исходило какое-то неприятное, отталкивающее ощущение — точно зверь, инстинктивно чующий беду, стремится держаться от нее подальше.

Впрочем, он никак не ожидал, что Благородная супруга Ян решится отравить его насмерть. На самом деле он и не собирался есть — просто лениво поворачивал еду палочками, пока его не прервал вне ворвавшийся Су Цзывэнь.

Взгляд Хо Чжао блеснул: неужели это была случайность? Подобное совпадение заставило его ощутить легкую тревогу. Казалось, в прошлой жизни он уже переживал нечто похожее.

Он нахмурился, и в памяти один за другим всплыли все те случаи, когда Су Цзывэнь относился к нему с презрением. Должно быть, просто двое людей, которые одинаково желают ему зла, столкнулись лбами. Можно сказать, небеса помогли ему.

После того как он оправдался за инцидент на ледяном озере, он понимал, что стоить ему вернуться во дворец благородной супруги Дэ, как его неизбежно ждет месть. Но ко всем этим мягким методам и скрытым угрозам он давно привык и ни капли их не боялся.

К тому же в прошлой жизни он со временем разгадал истинную причину, по которой Благородная супруга Ян решила усыновить его: она готовила из него пешку и живой щит для шестого принца в грядущей борьбе за престол.

Потому Хо Чжао оставался ценной картой в руках Благородной супруги Ян, которой та не стала бы так просто разбрасываться. Кто бы мог подумать, что она решится на убийство.

Неужели из-за того, что заподозрила его в попытке утопить шестого принца?

Для матери подобное вполне объяснимо, но чтобы такая умная женщина, как Благородная супруга Ян, действовала сгоряча — это поистине его удивило.

И к тому же она задействовала Юй Шу, на воспитание которой потратила столько сил и времени — верх глупости.

Теперь он еще лучше усвоил слабости этой женщины — Благородной супруги Ян.

Хо Чжао медленно закрыл глаза и погрузился в сосредоточенное дыхание.

Во дворец таит в себе смертельную опасность на каждом шагу, а он вовсе не собирался умирать раньше времени, так что пора бы вернуть свою Технику Изгнания Нечисти.

К слову,

Благородная супруга Ян из Дворца Цзянцзы не сомкнула глаз за всю ночь. До самого следующего утра она так и не дождалась вестей о том, что Хо Чжао отравлен. Наведя справки, она выяснила, что по воле случая прошлой ночью Су Цзывэнь заглянул к Хо Чжао, чтобы потрепать тому нервы.

То, как Су Цзывэнь пренебрежительно относился к Хо Чжао, было известном всем во дворец, и уж если бы тот увидел, как Хо Чжао тайком уплетает еду, ни за что бы не позволил.

В конце концов стражники видели, как Су Цзывэнь вынес шкатулку с едой и выбросил ее, строго-настрого приказав страже не делать никаких поблажек для провинившегося.

Узнав о таком исходе, Благородная супруга Ян так разозлилась, что целый день ничего не брала в рот. Столкнувшись с таким нелепым стечением обстоятельств, ей оставалось лишь пенять на собственное невезение. Единственным утешением было то, что карту в лице Юй Шу удалось сберечь.

Впрочем, остыв, Благородная супруга Ян даже испытала некоторое раскаяние: в конце концов, Юй Шу еще сослужила бы ей немалую службу, а она тогда поддалась сиюминутному порыву.

http://bllate.org/book/38459/4826053