Готовый перевод I, Three Sentences, Kidnapped a Miao Boy / Три слова, чтобы покорить сердце юноши из Мяо: Глава 9

Лу Сэнь вел коня под уздцы впереди, и у него и в мыслях не было позволить сотворившему зло человеку ехать верхом.

Сяо Юй шагал рядом с ним и взял протянутую ветку, сорванную с какого-то растения и сплошь усыпанную крошечными черно-фиолетовыми плодами.

Городским маменькиным сынкам было не впервой карабкаться по горам, но у него не хватало смелости просто так срывать и есть дикие ягоды, поэтому он неуверенно спросил:

— Их можно есть?

Он снова вспомнил тот вкус сгнившей лесной ягоды...

Лу Сэнь дружелюбно указал на его живот и кивнул.

Сяо Юй отломил немного и протянул ему:

— Ты тоже поешь.

Не из недоверия — просто с самого вчерашнего вечера они не брали в рот ничего, кроме горького отвара, и их животы уже давно неизвестно сколько раз урчали от голода.

К тому же он заметил одну особенность: Лу Сэнь, казалось, искренне радовался, когда другие принимали от него что-либо. Что бы это ни было, его брови и глаза тотчас излучали радость, взор словно озарялся искрами двух звезд, а в уголках рта играла красивая, мягкая улыбка.

От него веяло такой открытостью и искренностью, перед которыми падали любые туманы — чистой и благородной.

Словно прохладный ветерок залетел за воротник рубашки Сяо Юя, заставляя полы одежды трепетать туда-сюда; было немного холодно, но это освежало мысли.

— Лу Сэнь, твой дом где-то неподалеку?

Сяо Юй уже видел в конце пути цементное шоссе. Расспрашивая о чужом доме, он говорил себе, что не преследует никаких иных целей — просто хочет при удобном случае зайти и выразить благодарность лично.

Лу Сэнь остановился, показывая, что проводит их только до этого места, и ничего не ответил на вопрос о доме — то ли не понял, то ли не захотел отвечать.

Во взгляде, которым он окинул Сяо Юя, проскользнуло едва заметное одиночество. Это был второй раз, когда он произнес его имя так неимоверно серьезно, словно говорил о чем-то чрезвычайно важном.

Он произнес:

— Сяо Юй, мы больше не увидимся.

А? Неужели у этого брата с таким сомнительным знанием китайского языка просто перепутались слова, и он имел в виду обычное до свидания?

Не успел Сяо Юй поправить его, как Лу Сэнь внезапно протянул руку, опустил ладонь ему на плечо и произнес на своем особенном диалекте нечто совершенно непонятное.

Его голос прозвучал торжественно и глухо, словно доносившийся с горных вершин звон древнего, исполненного глубочайшего благоговения колокола, разносившийся эхом снова и отново и отдававшийся в самом ухе.

В ушах Сяо Юя зазвенело, он с мучительным выражением зажмурился и помотал головой. Когда же он открыл глаза, то обнаружил, что уже добрую минуту стоит у обочины шоссе, чувствуя себя совершенно потерянным.

Странно, разве он не преследовал беглого преступника в Горах Дамяо? Почему он вдруг очутился у края дороги?

В руке он все еще держал ветку, усыпанную дикими ягодами, на которой отчетливо виднелись следы — судя по ним, он успел попробовать парочку.

Во рту все еще оставался сладковатый фруктовый привкус. Сяо Юй причмокнул губами, но в его памяти не нашлось никакой информации об этом растении. У него мелькнула ошеломленная мысль: неужели эта штука ядовитая?

Он опустил взгляд на собственные странно забинтованные раны и, чувствуя себя ходячим произведением искусства, повернулся к Сяо Вану:

— Я что, ходил побираться?

До чего же жалкий у него был вид...

Почему-то в голове царила какая-то туманная неясность, словно никаких воспоминаний и вовсе не было.

Его нынешняя память походила на отсыревшую, испорченную видеокассету — стоило попытаться насильно ее воспроизвести, как экран заполняли лишь белые помехи, не оставляя ни малейшего ощущения реальности.

Сяо Ван тоже выглядел ошеломленным:

— Понятия не имею... Может, грохнулись где-то, когда ловили его?

Он все еще придерживал полуживого преступника и сам не понимал, как им удалось притащить того обратно.

В голове одна за другой вспыхивали приступы боли, от которых становилось невыносимо тяжело. К счастью, капитан Лу неотступно пытался отыскать самый безопасный путь в Горы Дамяо, и их служебная машина как раз крутилась неподалеку у обочины. Вскоре они заметили троих измотанных до предела людей.

Капитан Лу был мужчиной лет пятидесяти на вид, от которого исходила мощная аура крутого парня. Из-за суровых черт лица, когда он не улыбался, его физиономия неизменно выражала крайнее недовольство.

Разумеется, за всю жизнь те случаи, когда он улыбался, члены отряда могли пересчитать по пальцам одной руки.

Поэтому, когда он тяжело замер перед Сяо Юем, никто за его спиной даже не смел вздохнуть полной грудью — все мысленно возносили молитвы за Сяо Юя, которому предстояло выслушивать гневные тирады.

Однако стоило капитану Лу приоткрыть рот, как Сяо Юй с шаткой походкой тряхнул головой, закрыл глаза, завалился набок и попросту потерял сознание.

Это самым бессовестным образом застряло в горле капитана Лу еще не успевший сорваться с языка гнев, отчего его лицо сделалось еще мрачнее.

— Эй?! — вырвался испуганный возглас у того, кто успел его подхватить, и он растерянно перевел взгляд на капитана Лу.

— Чего пялишься, вези человека в больницу!

Просто головная боль в квадрате. Капитан Лу окинул взглядом ранения Сяо Юя, посмотрел, как остальные суетливо заталкивают отключившегося парня в машину, и с досадой потер лицо.

Кто-то из не боявшихся смерти подчиненных вполголоса отпустил шутку:

— Мастерство нашего капитана снова выросло. На этот раз он вырубил человека одной лишь аурой, даже слова сказать не успел, мощно.

— Цыц, говори тише...

Двое поддерживавших Сяо Юя парня тихонько перешептывались, хотя Сяо Юй услышал абсолютно всё до единого слова.

Он притворялся бесчувственным, прекрасно зная, что, стоило капитану Лу подступиться, тот принялся бы отчитывать его битый час за самоуправство и игнорирование приказов.

Чтобы сберечь капитану Лу слюну для поездки домой к внукам, он с актерским мастерством высшего класса изобразил обморок.

Впрочем, голова и впрямь раскалывалась. Ему казалось, что он начисто позабыл что-то важное.

Откуда взялись те лесные ягоды?

Откуда взялись эти раны?

Кто сделал перевязку?

Череда вопросов вызвала цепную реакцию, подобную падению ряда костяшек домино, заставляя его с упрямым упорством пытаться докопаться до истины — что же именно скрывалось в том провале памяти?

В итоге, едва выбравшись из машины, его тут же вытошнило так, что в глазах потемнело. Под конец он действительно лишился последних сил, мир перед глазами на мгновение погрузился во мрак, а в сознании мелькнуло чужое, поразительно прекрасное и в то же время незнакомое лицо.

Отсыревшая видеокассета на самом деле не сломалась окончательно — стоило вынести ее на солнце, высушить и снова вставить в проектор, как изображение вернулось в норму, продолжая проигрывать запись.

Пришедший в себя в больнице Сяо Юй искренне изумлялся, как он мог так внезапно всё позабыть, однако у него не осталось времени на долгие размышления об этом.

Заложив руки за спину и застыв с неизменно недовольной физиономией, капитан Лу устроил ему двухчасовую воспитательную беседу.

Разумеется, избежать этого ему все же не удалось.

— Не надо строить из себя лицо с надписью я всё понял и больше никогда так не поступлю. Я тебе не отец, со мной этот номер не пройдет.

http://bllate.org/book/38404/4818416