Готовый перевод Seeking a Dog with a High Reward / Награда за верного пса: история одной капризной наследницы: Глава 9

Хэ Ланьцы, побив Дай Дао в прошлый раз, заметил, что тот вечно тихонько плачет. Видя, как он изо всех сил сдерживает слёзы, Хэ Ланьцы испытывал одновременно и гордость, и жалость.

Он похлопал Дай Дао по плечу и сказал:

— Будешь впредь слушать меня — стану баловать тебя ещё сильнее. Моих людей никому не позволено кусать почем зря, будь то хоть бродячие псы.

Заметив, что Дай Дао не отвечает, он ущипнул его за щеку и пригрозил:

— Слышал?

Дай Дао тихо ответил:

— Слышал.Увидев это, Хэлань Чэн тотчас же услужливо подбежал к нему:

— Братец, нассчет сегодняшнего ужина...

Он слегка согнулся и снизу вверх заглядывал ему в глаза, напоминая хорька, который стащил чужую курицу и теперь торжествует.

Хэ Ланьцы был в прекрасном расположении духа и произнёс:

— Будь по-твоему, пошли.

Хэлань Чэн отлично знал: стоит лишь угодить брату, и любое дело почти наверняка выгорит. Хотя у брата и была дурная слава из-за скверного характера — его донельзя баловал собственный отец, — стоило лишь погладить его против шерсти, а напротив, потакать его тщеславию и радовать, как всё шло как по маслу.

Хотя двор Хэлань Чэна не мог похвастаться такой же роскошью, как резиденция Хэ Ланьцы, к счастью, у хозяина был неплохой вкус, и всё было обустроено весьма изящно, так что, прибыв туда, Хэ Ланьцы не стал слишком сильно придираться.

Правда, он всё же заметил, что двор устроен будто огород, каллиграфия и картины в кабинете подкачали, а вещи в комнате выглядели простовато.

Хэлань Чэн слушал критику брата и одновременно угодливо кивал, обещая всё исправить до его следующего визита. А Дай Дао тем временем заприметил кроликов, которых тот держал в клетке на заднем дворе.

Стоило Хэ Ланьцы оказаться в десяти шагах от клеток, как он тут же зажал нос рукой и брезгливо бросил:

— Какая гадость.

Рядом с большими кроликами жалась целая стайка малышей — крошечных и мягких, точь-в-точь как пирожные с топлёным молоком.

В Лагере тайных стражей разве увидишь кроликов? Там у ворот была привязана лишь старая, почти доживающая свой век большая собака — тощая до костей, но свирепая на вид, ведь ей скармливали всю требуху и остатки от тел мертвецов.

Увидев, что Дай Дао приглянулись кролики, Хэлань Чэн тут же предложил:

— Если золовке нравится, можешь прихватить парочку перед уходом.

Хэ Ланьцы тут же сурово отказал:

— Ни за что.

Он не собирался позволять этой живности гадить у него во дворе... даже если крольчата выглядели очень мило.

Дай Дао с унылым видом поплёлся следом за Хэ Ланьцы. Хотя в душе ему безумно хотелось унести парочку, хозяин высказал свою волю, и ослушаться он не смел.

Хэ Ланьцы взглянул на недовольного Дай Дао и усмехнулся:

— Хлопот с тобой, вредным щепком, и так полон рот, где уж мне возиться с кем-то ещё?

Дай Дао не любил, когда его сравнивали с собакой, но казалось, что вся его жизнь неразрывно с ней связана — в конце концов, тайный страж всего лишь верный пёс своего господина. Велят лаять — будет лаять, велят вцепиться в кого-то — вцепится.

Пёс так пёс. Поднебесных псов не счесть, от него одного ни холодно, ни жарко. Хотя Дай Дао всё равно послушно и с кислым видом поплёлся за хозяином.

Хэлань Чэн и впрямь подошёл к делу с душой и накрыл целый стол, приготовив всё в точности по вкусу Хэ Ланьцы: тушёный корень лотоса со сладкой начинкой, рисовые шарики на вине с восемью сокровищами, цыплёнок нищего, хрустящие финиковые лепёшки и крабовые фрикадельки — сплошные любимые блюда Хэ Ланьцы.

Дай Дао стоял рядом с Хэ Ланьцы, не смея присесть. Хэ Ланьцы перевёл взгляд со стула на Дай Дао, и смысл этого жеста был более чем очевиден.

Не сядешь — изобью.К счастью, Дай Дао был послушной ручной собачонкой и послушно сел рядом с Хэ Ланьцы.

Две служанки из поместья Хэлань Чэна грациозной походкой подошли с кувшинами в руках.

Хэлань Чэн выхватил кувшин из рук служанки и услужливо наполнил бокал Хэ Ланьцы: — Братец, отведай-ка этого. Достали по знакомству, Аромат Холодной пучины — этот запах за десять ли чувствуется!

Увидев его лукавую улыбку, Хэ Ланьцы после того, как вино было налито, оттолкнул его руку и поднес чашу к губам Дай Дао.

— Я недавно оправился от тяжелой болезни и к тому же слаб до вина. Но раз это проявление братской заботы, да к тому же чаша такого дорогого и редкого вина стоит целого золота — как насчет того, чтобы я пожаловал его тебе?

Дай Дао сроду не пробовал вина. Попробуй он выпить в Лагере тайных стражей — с него бы живьем три шкуры содрали. Но раз хозяин жалует, оставалось лишь открыть рот и принять милость.

Эта чаша Аромата Холодной пучины целиком полилась в горло Дай Дао, а капли спиртного покатились вниз по уголкам губ. Жгучая острота вина обожгла горло Дай Дао, словно огонь, ему хотелось закашляться, но он намертво сдержался, едва не дойдя до слез от напряжения.

Захлебнуться насмерть или брызнуть вином в лицо Хэ Ланьцы? Второй вариант сулил куда более страшную смерть...

Увидев, как Дай Дао до капли проглотил всё вино, Хэ Ланьцы остался крайне доволен. Больше всего на свете он ненавидел, когда кто-то ему перечит; пока всё делалось по его воле, можно было договориться о чем угодно.

— Впереди у тебя еще немало выходов со мной в свет, и что же, от одной чаши раскиснешь? Мужчина обязан научиться пить.

Словно любящий старший брат, Хэ Ланьцы с чувством глубокого удовлетворения похлопал Дай Дао по плечу, наставляя его.

Кто-то был доволен, а кто-то — опечален. Глядя, как вино, налитое им для брата, угодило в желудок Дай Дао, Хэлань Чэн сразу понял, что Хэ Ланьцы на его удочку не попался.

Как говорится, без причины в гости не ходят. Хэлань Чэн и впрямь кое в чем нуждался от него, потому сегодня и нанес визит, устроив такое застолье.

Но его братец оставался непробиваемым, не давая Хэлань Чэну даже шанса завести разговор о деле. Ему оставалось лишь улыбаться и предлагать всем отвечать угощения.

Хэ Ланьцы приподнял бровь и неожиданно принялся за еду, да еще и наложил в тарелку Дай Дао немало всякой всячины.

Глядя, как горка еды в его миске становится всё выше, Дай Дао немного встревожился — обычно тайным стражам в такое время есть запрещалось.

Однако под убийственным взглядом Хэ Ланьцы Дай Дао взял палочки и принялся быстро запихивать пищу в рот.

Заметив, что стоило еде оказаться во рту у парня, как у того загорелись глаза, а ел он еще быстрее, Хэ Ланьцы невольно проникся жалостью: бедняжка, видать, вдоволь и нормальной еды не видел. В то же время он подумал, что такого легко будет купить, и в будущем обязательно надо будет вывести его в свет, показать мир, чтобы какой-нибудь прохожий не увлек за собой за полпочатка кукурузы да куриную ножку.

В конце концов, маленькая собачонка виляет хвостом перед тем, кто дает ей еду.

Впрочем, если тот посмеет завилять хвостом перед кем-то еще — пусть пеняет на себя.

Хэлань Чэн понятия не имел, почему его брат вдруг принял такой свирепый вид, словно готов был вцепиться кому-то в глотку. Слова, вертевшиеся на языке, снова застряли в горле, и он подумал, что, пожалуй, на сегодня стоит оставить эту затею, а подходящий момент поискать позже — время еще будет.

Хэ Ланьцы изначально и не собирался ни на что соглашаться, да и на этот ужин идти вовсе не хотел, но раз этот малец так рассыпался в лести, что ему стало приятно, это еще не значит, что можно наглеть и переходить все границы.

http://bllate.org/book/38394/4816916