Готовый перевод The Straight Pretty Can Also Handle Twin A-Eggs / Милашка против близнецов-альф: Миссия по разрушению пары: Глава 5

Виски Жун Му запульсировали от напряжения:

— Управляющий, принеси лекарство.

Постепенно лицо Цуй Мэн покрылось румянцем, словно она превозмогала сильнейшую боль:

— Я пойду наверх.

Жун Му кивнул, его собственный лоб тоже покрылся капельками пота, и вид у него был далеко не расслабленный.

Все присутствующие выглядели измученными — за исключением Фань Сяоцао и Жун Юаня.

Жун Юань вел себя так, будто происходящее его совершенно не касается, и, словно ничего не замечая, продолжал неторопливо трапезничать.

Фань Сяоцао чувствовал себя полным дураком: палочки для еды было некуда девать — ни взять, ни положить.

— Система, что с ними такое?

— Расслабься, это у Жун Шэня приступ, феромоны бушуют, тебе-то не почуять~

Бушуют феромоны?

Фань Сяоцао посмотрел на переполошившихся слуг и заинтересовался:

— А что это значит — бушуют феромоны?

Система просветила:

— Феромоны бушуют — значит, человек не может их контролировать, они распыляются как попало. Для омеги это все равно что возбуждающее средство, а для альфы — вызов, словно кто-то схватил за горло.

Если подумать, раз он, Фань Сяоцао, вообще не чувствует феромонов и является бета, не выходит ли, что он — представитель высшей расы?

Фань Сяоцао даже немного возгордился: похоже, сильнее всех здесь именно он.

Управляющий быстро принес пузырек с лекарством и торопливо высыпал пилюлю перед Жун Шэнем.

— Быстро выпей, — рявкнул Жун Му.

Жун Шэнь легко усмехнулся, небрежно подцепил белую таблетку, положил на кончик языка и, кадыкнув, проглотил.

Лекарство подействовало быстро, запах феромонов в воздухе стал слабее. Увидев, что тот выпил лекарство, Жун Му ослабил галстук и гневно выпалил:

— Я же говорил тебе принимать его каждый день! Опять не пил, кого ты хочешь свести в могилу?!

От этого крика Жун Му Фань Сяоцао чуть не выронил палочки с зажатым куском еды.

Жун Шэнь ни капли не испугался, на его лице даже застыла безразличная улыбка. Он чеканил каждое слово:

— Отец, а нынешнее мое состояние — по чьей милости?

Жун Му от злости затрясло:

— Вон отсюда! Ступай в Родовую кумирню на коленях стоять!

Напряжение в воздухе достигло предельной точки.

Жун Шэнь внезапно холодно усмехнулся, лениво поднялся на ноги и, не сказав больше ни слова, сунув руки в карманы, удалился.

Заметив неладное, Фань Сяоцао дожевал последний кусочек и тихонько положил палочки.

— Система, бушующие феромоны — это очень серьезно?

Система полистала справочные данные:

— Похоже на то. В легких случаях это заставляет находящихся рядом омег и альф преждевременно входить в период течки, а в тяжелых — приводит к потере рассудка и смерти от кровоизлияния в мозг.

Чем дольше слушал Фань Сяоцао, тем больше радовался, что он всего лишь бета.

— Я поел.

Жун Юань принял у слуги салфетку и с педантичностью человека, страдающего обсессивно-компульсивным расстройством, палец за пальцем вытер руки насухо. Лицо его оставалось спокойным.

Тут на него посмотрел Жун Му:

— Как тебя… Сяоцао? Подойди-ка, Сяоцао, пусть дядя на тебя посмотрит.

Фань Сяоцао поднялся.

— Система, он ведь не станет срывать на мне зло?

Ему было немного страшно: казалось, в этой семье все до единого не в своем уме.

Жун Юань опустил салфетку и взглянул на него, погруженный в какие-то тяжелые раздумья.

— Сяоцао, на тебя совсем не действуют феромоны?

Фань Сяоцао почувствовал себя не в своей тарелке, но в то же время испытал гордость:

— Я же бета.

Жун Му не понял, чему тот так радуется, и просто смягчил тон:

— Раз так, не мог бы ты учиться с Жун Шэнем в одном классе? Помоги дяде приглядывать за ним и следи, чтобы он вовремя принимал лекарства.

Фань Сяоцао помолчал немного:

— Ну ладно.

Заодно смогу присмотреть, чтобы два твоих сыночка не начали мутить друг с другом, — злорадно подумал про себя Фань Сяоцао.

***

Сладкая ли любовь на подходе?

Ночь прошла прекрасно, если не считать легкой тоски по дому после пробуждения.

На следующее утро Фань Сяоцао встал ни свет ни заря и облачился в школьную форму. Местная форма больше напоминала парадный мундир: сшита безупречно, пуговиц видимо-невидимо — он провозился с ними довольно долго.

Закинув на плечи собственный со вчерашнего вечера рюкзак, он торопливо застучал ногами, сбегая вниз.

Управляющий, заметив его, испуганно перевел взгляд с настенных часов на наручные:

— Почему молодой господин так рано встал? Сейчас же всего полшестого.

Разве рано? В такое время Фань Сяоцао обычно уже успевал покормить кур и сидел во дворе, зубря английские слова.

И правда, богачи привыкли жить в роскоши, даже проснуться рано не могут. Фань Сяоцао мысленно презрительно фыркнул.

— А во сколько обычно встают? — поинтересовался он.

— Занятия начинаются в девять тридцать, молодые господа выходят из дома примерно в семь тридцать, — ответил управляющий. — Приготовить для вас завтрак заранее, юный господин?

Управляющий думал, что юный господин, впервые попав в семью Жун, будет робеть и скажет, что подождет остальных, но тот с удивительной естественностью кивнул:

— Хорошо, а можно заказать еду?

— Конечно.

Управляющий поправил очки — юный господин и впрямь оказался необычным.

— Я бы хотел рисовую кашу на воде и соленые овощи, спасибо, управляющий.

Рисовая каша и соленья. Сколько лет управляющий уже не слышал о таком сочетании? Он помедлил и снова поправил очки:

— Хорошо, минутку, юный господин.

Повесив рюкзак на спинку стула, Фань Сяоцао вытащил тетрадь со словарем и принимался за зубрежку, пока ждал завтрак.

Мир в этой манге отличался от его родного мира — здесь действовала система образования шесть-три-три-один-четыре.

Фань Сяоцао не смел расслабляться: вчера он заставил систему проверить проходные баллы в высшее учебное заведение империи, и они оказались значительно выше тех, что были в его собственном мире.

Он-то думал, что главная сюжетная задача по разрушению парочки «голубков» — самая сложная, но оказалось, что и побочные задания не отстают.

Управляющий, принесший миску и палочки, при виде этой картины изумился еще сильнее: шагнуть одной ногой в семью Жун означало обеспечить себе безбедную жизнь до конца дней, но юный господин все равно усердно учился. Он и вправду совсем не похож на тех детей, которых господин Жун приводил раньше.

Управляющего охватило странное умиление — возникло ощущение, будто он смотрит на собственного старательного внука.

Фань Сяоцао увлеченно зубрил слова, как вдруг сверху на него упала тень. Окруженный бодрящим прохладным ароматом, он поднял голову и уперся взглядом в четко очерченный подбородок.

Жун Шэнь одной рукой оперся о стол, навис над Фань Сяоцао своей высокой тощей фигурой и с улыбкой произнес:

— Слова учишь, Сяоцао?

От этого обращения по спине Фань Сяоцао побежали мурашки, и он стал настойчиво ерзать на стуле, отодвигаясь как можно дальше от подбородка Жун Шэня.

— Боишься меня?

Жун Шэнь опустился рядом с Фань Сяоцао, откинулся на спинку стула. Под его глазами залегли темные тени, но вид при этом ничуть не казался уставшим.

http://bllate.org/book/38389/4816045