Готовый перевод The Fierce Husband God's Attack Rules / Как соблазнить божество: Инструкция по выживанию: Глава 8

Обнимая подушку: «……»

— Цзюньсы, Цзюньсы… — бормотал про себя Тан Мо, а затем с покрасневшим лицом думал о том, как же красиво звучит имя его любимого кумира. Сразу видно, что его придумал человек с высоким интеллектом, совсем не то что его собственное: Тан Мо, Тан Мо — сколько ни повторяй, а звучит донельзя заурядно.

В конце концов этот мастер фантазий, погруженный в бескрайние грезы о своем кумире и охваченный предвкушением завтрашнего дня, постепенно заснул.

На следующий день:

Желая продвинуть духовное общение с кумиром на новый уровень, Тан Мо решил ложиться спать пораньше и вставать поутру. На следующий день он собирался отправиться на пробежку, притворившись, будто они случайно столкнулись, а затем ненавязчиво пригласить кумира позавтракать, чтобы их отношения сдвинулись с мертвой точки.

Без десяти шесть утра, проявив железную силу воли, Тан Мо с трудом выкарабкался из постели, от души умыл лицо холодной водой и, немного взбодрившись, облачился в новенький белоснежный спортивный костюм. Этот наряд был куплен еще несколько лет назад, но его почти не носили, так что он выглядел совсем как новый.

Впрочем, стоило отдать должное тому, что за все эти годы он сохранил свою былую фигуру. Подумать только, спортивный костюм многолетней давности пришелся впору и сейчас! До чего же он худой!

Покрасовавшись перед зеркалом и приняв несколько культуристических поз, Тан Мо отправился в путь с преисполненным уверенности сердцем. Белоснежный спортивный костюм, молодое смазливое лицо — вылитый принц на белом коне, сладко мечтал Тан Мо.

Время приближалось. Тан Мо примерно рассчитал, в какой час Цинь Цзюньсы обычно выходил на утреннюю пробежку. Чтобы обстановка выглядела естественной и лишенной всякого умысла, он планировал выбежать из дома чуть раньше кумира — только так все выглядело бы правдоподобно.

Рядом с жилым комплексом находился парк, прекрасно подходивший для бега. Эту информацию Тан Мо вытянул из соседского сопляка за пять юаней, выяснив, что излюбленным местом утренних пробежек Цинь Цзюньсы был именно тот парк.

Поэтому, оказавшись в парке, Тан Мо не спешил бежать, а остановился на месте и принялся за разминку. Разве не было такой поговорки: Сян Чжуан исполняет танец с мечом, но метит в Пэй-гуна? Цель разминки Тан Мо на месте заключалась исключительно в том, чтобы дождаться кумира.

— Доброе утро! — издалека заметив облаченного в белое Тан Мо, Цинь Цзюньсы невольно прищурился, размышляя о чем-то своем.

— Доброе утро! — радостно отозвался Тан Мо, озаряя всё вокруг невероятно сияющей улыбкой. — Господин Цинь, вы тоже вышли размяться с утра пораньше?

— Мгм, — ответил Цинь Цзюньсы. — Вместе?

Не ожидав получить приглашение побегать вместе с кумиром, Тан Мо молча принял этот неожиданный подарок судьбы и произнес:

— Судя по всему, господин Цинь часто выходит сюда по утрам?

— Мгм.

— ……

Тан Мо изначально планировал болтать с кумиром на ходу, однако, поскольку он не занимался бегом уже целую вечность, стоило ему немного пробежаться, как у него жутко сбилось дыхание. Проявив благоразумие, он захлопнул рот и больше не смел произнести ни слова.

Тан Мо переоценил свою физическую форму и спортивные способности, а также недооценил выносливость Цинь Цзюньсы.

Спустя десять минут после начала пробежки: Тан Мо тяжело отдувался, а дыхание Цинь Цзюньсы оставалось ровным. Спустя полчаса: Тан Мо задыхался, как загнанный бык, а на лбу Цинь Цзюньсы выступили мелкие капельки пота, и он начал слегка дышать грудью.

— Больше не могу… Фух, мне нужно сначала пере… передохнуть… — Тан Мо плюхнулся на стоявшую рядом каменную скамью, сгорая от жары и заливаясь потом, имея совершенно изможденный вид.

— ……

Цинь Цзюньсы ничего не оставалось, как молча подойти. Достав из кармана салфетку, он протянул ее Тан Мо и спросил:

— Еще побежишь?

Приняв салфетку и утирая лицо, Тан Мо проговорил:

— Всё, не могу, мне нужно передохнуть, слишком устал.

Затем, глядя на кумира, он добавил:

— Может, ты продолжай, а я посижу еще немного.

Цинь Цзюньсы какое-то время стоял перед Тан Мо, наблюдая за ним, и, видя, что тот решительно не намерен бегать дальше, был вынужден удалиться в одиночку.

— Ох, мамочки мои, эта штука просто убийственна! — с кислым выражением лица Тан Мо вытирал лицо, продолжая шумно дышать. — Помнится, в средненькой школе на восьмисотметровке я занял второе место, всего каких-то пару секунд уступив чемпиону. А теперь и правда постарел, не прошло и двух минут, как выдохся!

Впрочем, если подумать, после устройства на работу он вовсе забросил тренировки, немудрено, что спустя пару минут бега он едва не отдал концы. Ну всё, пропало, опозорился перед кумиром! При этой мысли лицо Тан Мо исказилось от досады, и он невольно воззрился на небеса с тяжелым вздохом: знал бы он, что его физическая форма уже не та, стал бы он позориться перед кумиром?

Это просто душераздирающе!

Пока Тан Мо предавался самобичеванию, Цинь Цзюньсы явился перед ним, словно сошедшее с небес божество.

— Будешь? — Цинь Цзюньсы поставил на каменный стол пакет с принесенным завтраком.

— Ты разве не продолжил бегать? — Тан Мо извлек два стакана соевого молока, один протянул кумиру, а второй оставил себе. Сделав глоток горячего напитка и запихнув в рот кусок парового пирожка, он почувствовал себя на седьмом небе от счастья.

— Нет, — ответил Цинь Цзюньсы, откусил пирожок и только потом запил соевым молоком.

Подумать только, до чего же изящно его любимый кумир ел! — думал Тан Мо, жуя пирожок.

Выступившие на лбу капли пота приклеили челку кумира ко лбу, а одна из них скатилась по его красивому лицу. Если бы не последние крохи разума, подсказывавшие, что перед кумиром нельзя терять лицо, Тан Мо вполне мог бы пустить слюни прямо у него на глазах.

До чего же невероятно притягателен этот красавец-кумир! А-а-а-а-а!

Глядя на сидевшего напротив Тан Мо, Цинь Цзюньсы заметил, что тот снова витает в облаках. На сердце у него тяжело скребнули кошки: неужели находиться рядом с ним настолько скучно? Почему тот каждый раз отвлекается? Ощутив легкое раздражение, он бросил:

— Больше не хочешь?

Тан Мо суетливо опомнился и, понурив голову, принялся запихивать в рот пирожок, мыслями все еще находясь во власти только что прозвучавшего бархатного голоса кумира. О-о-ой, кажется, он окончательно и бесповоротно увяз в очаровании своего кумира.

Во все времена красивые мужчины приносили лишь несчастья, но теперь он был готов добровольно утонуть в пучине этой мужской красоты.

Пока Тан Мо увлеченно предавался бурным фантазиям, он и не заметил, как выражение лица сидевшего напротив мужчины становилось все мрачнее.

— У меня еще есть дела, я пойду, — произнес Цинь Цзюньсы, поднимаясь на ноги. Бросив на Тан Мо долгий взгляд, он развернулся и зашагал прочь.

— Эй, а как же эти пирожки? Ты разве не будешь доедать? — Тан Мо посмотрел вслед удаляющемуся кумиру, затем перевел взгляд на оставшуюся на столе еду и бормонул себе под нос: — Столько всего осталось…

http://bllate.org/book/38377/4813833