Готовый перевод The Whole World Wants Me to Study / Весь мир хочет, чтобы я учился, а я хочу встречаться: Глава 2

Госпожа Фан Ваньчжоу держалась невозмутимо: с каменным лицом вытащила с полки полотенце для лица, вытерла руки и, ни слова не говоря, подошла к дивану и взяла на руки свою драгоценную дочурку.

— Малышка, идём купаться.

На самом деле Фан Ваньчжоу была очень мягкой. Когда она говорила тихо, её голос звучал как аккордеон — каждая нота ласкала слух.

Но Се Цзин услышал лишь эту одну фразу.

И тут же госпожа Фан Ваньчжоу с сестрёнкой Се Цзина на руках скрылась в ванной и решительно захлопнула дверь.

Се Цзину стало немного смешно.

Фан Ваньчжоу и впрямь оказалась точно такой, как в его памяти.

В прошлой жизни, чтобы заслужить расположение Фан Ваньчжоу, Се Цзин учился до изнеможения. Он выбивался из сил, а когда преподнёс ей на ладони тяжеленную золотую медаль с соревнований по программированию, Фан Ваньчжоу не удостоила его даже лишним взглядом.

Родная мать оказалась холоднее отчима.

Право, незачем, совершенно не стоит.

Се Цзин получил шанс прожить жизнь заново и не собирался наступать на те же грабли, подставляя горячее лицо холодному заду.

Се Цзин две секунды посмотрел на матовую дверь, а затем с непроницаемым лицом ушёл.

Площадь Сия, где он договорился встретиться с Нин Хаоюанем, была на самом деле огромным торговым комплексом, окружённым со всех сторон жилыми домами. Народу там всегда было битком, и этот огромный людской поток породил несметное множество беспорядочных уличных лотков с закусками.

Поскольку площадь лежала ровно посередине между домами Се Цзина и Нин Хаоюаня, она давно стала местом их встреч.

В новом районе было много зелени и просторная застройка; когда подувал вечерний ветерок, становилось не так жарко, как днём.

Дом Се Цзина находился меньше чем в километре от Площади Сия — рукой подать. Выйдя за ворота жилого комплекса, Се Цзин без колебаний поймал такси.

Се Цзин ничуть не церемонился — снял рюкзак и швырнул его приятелю.

Руки Нин Хаоюаня оттянуло так, что он едва его удержал, и он изумлённо воскликнул:

— Что это за штуковина?

— Смертный приговор.

Нин Хаоюань, придя в себя, взвесил рюкзак на руке и тут же понял, что внутри, после чего обхватил Се Цзина за плечи:

— Цзин, ты мне прямо родной брат. Пошли-пошли, сначала поедим.

Прямо на площади был ресторанчик с шашлыками. Се Цзин помнил, что там вполне вкусно и недорого. Но посетителей было мало — всех переманили лотки с закусками напротив, пестревшие разнообразием.

Се Цзин распахнул дверь и внезапно наткнулся на едкий запах, от которого едва не задохнулся насмерть во второй раз.

Четыре стола были перевёрнуты, стулья валялись вкривь и вкось — ножки торчали во все стороны, а несколько ножек были перепачканы кровью. На полу валялись готовые шашлыки, растоптанные в жирную кашу, перемешанные с осколками пивных бутылок и разлитой по полу разноцветной жижей.

Запах стоял невыносимый, зрелище было удручающим, вплоть до тошноты.

Се Цзин впервые видел такое, и они с Нин Хаоюанем переглянулись.

— Батюшки, что тут стряслось, ураган двенадцатого балла пронёсся? — не удержался от восклицания Нин Хаоюань.

Услышав шум, из-за кухонной двери высунулась чья-то голова:

— Парни, сегодня уже не работаем, приходите завтра.

Разве это было похоже на заведение, готовое принимать посетителей? Словно по нему и правда пронёсся ураган — невооружённым глазом было видно, какая яростная схватка здесь разыгралась.

— Кто же это, такой лихой? — спросил Нин Хаоюань.

Се Цзин развёл руками с невинным видом.

—

Зачинщик побоища тоже был неподалёку — сидел на бетонной тумбе у входа в ресторанчик и бинтовал руку.

На жилистом предплечье красовалась десятисантиметровая ссадина — след от тупого предмета, потому неглубокая, сочившаяся кровью. Уже наложенный бинт набух красным и выглядел довольно жутко.

Зачинщик побоища, похоже, боли не чувствовал и сноровисто орудовал пальцами.

— Брат Шэнь!

Зачинщик побоища лениво поднял голову.

С противоположной стороны улицы шёл человек — рыжие волосы, сплошная татуировка на руке да ещё красная футболка, ну вылитый скачущий огонёк. Вот только за спиной у него болтался огромный рюкзак, готовый вот-вот достать до пят, что изрядно мешало ему скакать.

Огонёк ещё издалека завопил:

— Брат Шэнь, чего это ты расселся, разве не собирались шашлыки есть?

Шэнь Яньцин, не поднимая головы, завязал на конце аккуратный бантик:

— Сегодня закрыто, не поедим.

— Обалдеть, круто. — Огонёк подошёл к Шэнь Яньцину. — Брат Шэнь есть брат Шэнь, в первый же день по возвращении в Янчэн уже с боевым ранением. Ресторанчик дядюшки Ци закрылся не из-за тебя случайно? Насколько я помню, они закрываются в два часа ночи, в любую погоду.

Шэнь Яньцин размял запястье:

— Я в ресторанчике наткнулся на Жэнь Сяо и заодно проучил его.

— Жэнь Сяо? Вот бедолага, только вернулся и сразу угодил тебе под руку. Погоди-ка, — до огонька дошло не сразу, — проучил — и ресторанчик закрылся? Ты что, разнёс их заведение?

— Разбил два стола.

— И хозяин тебя отпустил?

— Хлопотно. Я просто перевёл ему деньги.

— Сколько ты заплатил?

— Пятьдесят тысяч.

Огонёк мгновенно потускнел вдвое и едва не повалился на колени:

— Обалдеть, ты мне теперь отец родной. Деньги — не повод так сорить. Совсем не знаешь, как тяжко людям живётся. За два разбитых стола вытрясти пятьдесят тысяч! Раз уж я зову тебя отцом, вытряси из меня немного — всего пятьсот юаней.

Шэнь Яньцин:

— Драться-убивать — ни к чему. Ты принёс то, что я просил?

Огонёк хлопнул по раздутому рюкзаку:

— Всё до последнего, всё внутри.

— Раз закрыто, сходим в другое место. — Огонёк вскочил. — Брат Шэнь, глянь, там драка! Это Жэнь Сяо!

Шэнь Яньцин убрал оставшийся бинт и небрежно обронил:

— Жэнь Сяо? Я его только что отходил, а он уже скачет, полон сил.

— Не он один, этот гаденыш кого-то позвал.

— Се Цзин? — Огонёк словно обезумел. — Обалдеть, обалдеть, это же Се Цзин!

Шэнь Яньцин:

— ?

— У меня что, глаза обманывают? Я, что ли, вижу, как Се Цзин дерётся? Луна, что ли, с востока взошла?

Шэнь Яньцин:

— ???

— И ещё с Жэнь Сяо, обалдеть, надо посмотреть. — Гу Хао уже припустил в ту сторону.

Шэнь Яньцин, ничего не понимая, с рюкзаком в руке двинулся за ним.

Кто такой Се Цзин? Что с этим Се Цзином? Чего так возбудился?

Место происшествия было недалеко — пара шагов. Впереди было всего два человека, которых Шэнь Яньцин совершенно не знал; схватка шла ожесточённая, хотя, можно сказать, это был односторонний разгром.

Жэнь Сяо и впрямь был никчёмным — с кем бы ни дрался, всё равно проигрывал.

Рюкзак был слишком тяжёлым, и Шэнь Яньцин небрежно бросил его на землю.

Внезапно ударил яркий свет.

— Полиция, не двигаться.

Шэнь Яньцин:

— …

Чёрт побери, не надо было мне поддаваться любопытству.

http://bllate.org/book/38177/4783773