Готовый перевод My White Moonlight, Sweetheart Skeleton / Скелет, ставший божественным идеалом: Возрождение в мире магии: Глава 7

Лу Синхуа был погружен в тяжелые мысли и не обратил внимания на бормотание Грина, но затем снова спросил:

— А Глава Драконов — тоже дракон?

— Глава Драконов ушел слишком рано, и мы не знаем, каким существом он был. Но говорят, что он в совершенстве владел всеми видами магии в этом мире: не только светлой, которой пользуемся мы, но также темной и магией Расы Демонов, был невероятно силен. Несколько тысяч лет назад, когда Бог Драконов и Черный Дракон были еще детенышами, он прятал их то тут, то там, уводя от преследования со стороны кровопийц, Расы Демонов и оборотней.

Услышав это, Лу Синхуа дернул уголком рта.

Оуэн продолжил:

— Если Луис намерен поймать Драконьего Зверя, ему стоит отправиться в Храм Патриарха и попросить там красный плод. Драконьи Звери больше всего на свете любят фрукты, от которых исходит аура Храма Патриарха.

— Храм Патриарха?

Грин внезапно замялся и протянул:

— Скажи-ка... разве в Храм Патриарха может войти кто угодно?

— Разумеется, — улыбнувшись, кивнул Оуэн.

— А если этот человек зол, устраивает скандалы и является заклятым грешником... грешником, он тоже может туда пойти?

— Да. Бог Драконов говорил, что Патриарх добр и милосерден, он истинное божество, и какую бы ошибку ты ни совершил, ты всегда можешь прийти в храм и вымолить у него прощение. Только...

— Только что?..

Лу Синхуа слегка приподнял взгляд на Грина и заметил, что стоило зайти разговор о Патриархе, как Грин необычайно напрягся.

Оуэн понизил голос:

— Быть может, он ушел слишком давно и его благословения больше не действуют, поэтому в Храм Патриарха мало кто ходит.

— Вот и отлично, — Грин словно сбросил с груди тяжелый камень.

Он подергал Лу Синхуа за край одежды, но нарочно отвел взгляд в сторону и сдержанно произнес:

— Ты собираешься в храм? Я как раз свободен, составлю тебе компанию.

Услышав о Храме Патриарха, Лу Синхуа на мгновение растерялся, не зная, как именно две драконицы относятся к нему. Раз эти драконы построили для него храм, это значило... должно быть, они уже не держат зла на прошлое, а возможно, все еще помнят его доброту и заботу о них... В груди Лу Синхуа забрезчила крошечная надежда присесть кому-нибудь на шею.

Грин поторопил его:

— Идешь или нет?

Лу Синхуа тут же ответил:

— Иду!

Грин, казалось, с самого начала знал, где находится храм, быстро вышел из Белой Башни и целеустремленно зашагал к нему, а Лу Синхуа последовал по пятам.

Пятая глава: Фрески

Храм Патриарха, как выяснилось, располагался прямо по соседству с Храмом Бога Драконов. Судя по степени износа как внешнего вида здания, так и внутреннего убранства, Лу Синхуа предположил, что храм построили около ста лет назад. И хотя на нем лежали явные следы ветхости, Лу Синхуа был вынужден признать: дизайн храма, как снаружи, так и изнутри, отличался превосходным вкусом.

Потолочный светильник в центре был выполнен из белых алмазов, и солнечный свет, проникая сквозь окна, преломлялся разноцветными лучами.

Полы и мебель изготовили из теплой и мягкой дубовой древесины, а в укромных уголках красовались изящные, но не перегруженные деталями растительные узоры.

Купол храма возвышался высоко, и на нем, как и на окружающих стенах, красовались искусно выполненные фрески.

Величие храма сочеталось с теплой, почти домашней атмосферой.

Лу Синхуа поднял голову и устремил взгляд прямо на статую в центре храма: юноша с черными волосами и темными глазами бережно защищал прижимаемого к груди нежного белого детеныша дракона, а у его ног неотступно следовал крепкий черный дракончик.

Это действительно был он — в точности таким, каким он был семь лет назад, будучи наивным и простодушным студентом колледжа.

Что же до Грина, то стоило ему перешагнуть порог храма и впервые взглянуть на статую, как его зеленые зрачки резко расширились, а всё тело застыло в состоянии предельного напряжения и оцепенения.

Однако Лу Синхуа чувствовал, что такое состояние Грина вызвано отнюдь не страхом, а радостью.

С его ракурса как раз было видно, как прекрасные зеленые глаза Грина ярко вспыхнули, и во взгляде читалось ровно то же самое выражение, которое Лу Синхуа раньше привык видеть у людей при виде денег.

Будь Грин котом, он наверняка тут же со всех ног бросился бы к статуе и принялся яростно тереться о нее всем телом. Впрочем, Грин, судя по всему, все еще чего-то опасался и не смел подходить ближе, лишь прижавшись к спине Лу Синхуа и зачарованно глядя на улыбающуюся белую статую.

Лу Синхуа с невозмутимым видом поинтересовался:

— Ты знаком с этим Патриархом?

— Конечно... — Грин запнулся и только потом ответил: — Конечно нет. Просто я преданный верующий и фанатичный поклонник Главы Драконов.

Взгляд Грина словно приклеился к статуе; он шаг за шагом подошел к изваянию, рухнул на колени и одновременно протянул левую руку, чтобы погладить собственный подбородок — точь-в-точь как нетерпеливая крупная собака, жаждущая ласки хозяина.

Увидев такого Грина, Лу Синхуа на мгновение остолбенел и пробормотал:

— Но молитвы к нему не доходят, верить в него нет никакого толку.

— Уважаемый господин, раз уж вы стоите здесь, будьте добры проявлять трепет и уважение к Главе Драконов! — раздался у Лу Синхуа за спиной низкий, торжественный голос.

Неизвестно откуда взявшийся старик уже стоял перед ним.

— Если бы Бог Драконов услышал подобные речи, боюсь, ваша жизнь оказалась бы под угрозой.

— О, прошу прощения, я и не думал, что Бог Драконов так дорожит Главой Драконов! — Лу Синхуа перевел взгляд с хитрецой, сообразив, что халява уже почти плывет ему в руки. — Но раз уж Бог Драконов так дорожит воспитавшим его Патриархом, как он мог позволить Храму Патриарха прийти в такое запустение?

Старик не стал отвечать с ходу. Он подошел к алтарю, достал из кармана красный плод, бережно протер его до блеска, с благоговением водрузил на жертвенник и только после этого медленно произнес:

— Этот храм проектировал лично Бог Драконов. Он отдал строгий приказ: никому, кроме него самого, не дозволено вмешиваться в устройство Храма Патриарха и даже касаться его ремонта. Бог Драконов спит уже целое столетие, поэтому Храм Патриарха и выглядит несколько обветшалым.

Услышав это, камень, лежавший на сердце Лу Синхуа, наконец упал, и на глаза от нахлынувшего облегчения даже навернулись слезы — по крайней мере, Белый Дракон не затаил на него обиды.

Если он раскроет свою истинную личность, неужели этот храм перейдет в его владение? Поселившись в таком огромном храме, он не только сэкономит целое состояние на покупке жилья и обойдется без какого-либо ремонта, но даже сможет сдавать пустующие помещения под банкеты, свадебные торжества и собрания, прекрасно собирая арендную плату.

Лу Синхуа с довольной улыбкой обошел владения вокруг, чувствуя себя здесь абсолютно как дома.

На белых стенах храма красовались изящные фрески, повествовавщие историю о том, как он сам выкармливал двух драконов: начиная с того, как он повсюду собирал магические кристаллы для высиживания яиц, и сбора диких лесных ягод для прокорма малышей, и вплоть до холодных ночей, когда он прижимал к себе обоих драконят в попытке согреться.

Лу Синхуа замер. На этой фреске была изображена его собственная смерть. На стене виднелись два человека и два дракона: расплывчатая фигура демона, маленький черный дракончик, белый дракончик и он сам, обессиленно прислонившийся к руинам из-за полного истощения магических сил.

Лу Синхуа вздохнул. Тогда смерть настигла его слишком внезапно, он даже не успел досказать то, что хотел, и оставалось только гадать, как отреагировали на это драконы.

Остальная часть стены была завешена белым шелком — судя по всему, показывать ее посторонним не желали.

Но ведь это его собственный храм! Поразмыслив немного, Лу Синхуа все же протянул руку и сорвал белую ткань.

Глаза Лу Синхуа широко раскрылись от изумления, и он инстинктивно прикрыл рот ладонью.

На скрытой за белым шелком фреске изображалась узкая горная долина: сгорбленная фигура человека в лохмотьях, прикованного тяжелыми цепями к каменной стене, а позади него виднелся огромный глаз с золотым вертикальным зрачком.

Этот глаз неотрывно следил за скованным по рукам и ногам человеком в глубине долины. У человека на фреске были черные волосы и темные глаза — точь-в-точь лицо Лу Синхуа.

— На что ты смотришь?

Лу Синхуа вздрогнул от неожиданности и резко обернулся: оказалось, Грин неизвестно когда подошел сзади, уставившись тем же взглядом на жуткую фреску.

В изумрудных глазах Грина полыхали два мрачных огонька, и он глухим голосом произнес:

— Кто это нарисовал?

Да и кто еще мог это нарисовать? Старик ведь ясно дал понять: весь храм целиком создан руками Бога Драконов.

Про себя Лу Синхуа подумал, что Белый Дракон все же затаил на него лютую злобу, раз придумал столь изощренную пытку для мести. Все эти разговоры о строительстве Храма Патриарха были лишь ловушкой, чтобы заманить его в сети.

— Эту мазню... он не имеет права здесь держать, — снова выдал странную фразу Грин.

— Что? — страх в сердце Лу Синхуа еще не до конца улетучился, поэтому он лишь расслышал бормотание Грина, но не разобрал слов.

Однако Грин больше ничего не ответил. Он прижался ладонью к стене с фреской, и в тишине раздался шуршащий звук.

Глаза Лу Синхуа снова полезли на лоб.

Фрески в храме создавались с помощью магических пигментов, проникающих вглубь стены на целых три фута, и вывести их считалось практически невозможным. Тем не менее Грин, не используя никаких заклинаний или формаций, одной лишь собственной силой стер трехфутовый слой камня — фреска была уничтожена без следа.

Лу Синхуа был настолько шокирован, что даже не заметил, как уши Грина покраснели до самых кончиков, стоило тому коснуться фрески.

— Это же Храм Патриарха, как ты мог... — Лу Синхуа схватил Грина за руку и испуганно зашептал: — Если кто-нибудь обнаружит пропажу, сколько мы за это должны будем выплатить?

Торопливо подхватив с пола кусок белого шелка, Лу Синхуа вернул его на прежнее место, прикрывая стену, и потащил Грина к выходу, спасаясь бегством.

— Ты чего меня хватаешь? Я еще на Патриарха не нагляделся! — Грин, одурманенный увиденным на фреске и погруженный в собственные мысли, лишь по чистой случайности позволил Лу Синхуа вытащить себя из храма, а теперь порывался вернуться обратно.

В голове Лу Синхуа промелькнуло воспоминание о том, с какой жуткой легкостью Грин стер фреску. Лихорадочно соображая, он тут же сменил тон на мягкий и угодливый:

— У меня есть дело, в котором мне нужна твоя помощь.

Грин остановился, слегка повернулся и демонстративно фыркнул:

— Что, просишь дать тебе еще один шанс побыть рабом?

— Нет, — с достоинством ответил Лу Синхуа. — Если быть точным, это взаимовыгодное сотрудничество. Патриарх в храме — всего лишь глиняная кукла, но ходят слухи, что Драконьим Зверям во сне являлся сам Патриарх. Как насчет того, чтобы вместе отправиться в Лес Бибо на поиски Драконьего Зверя?

Грин нахмурился:

— Сотрудничать? С каких пор ты мне ровня? Ты же магический отброс. К тому же кони — вовсе не Драконьи Звери.

— Ровня или нет, время покажет, — произнес Лу Синхуа.

Когда-то он точно так же наставлял двух драконов: «Люди — существа очень умные, и при первой встрече с ними не стоит слепо верить их сладким речам, нужно держать ухо востро. Лишь со временем можно разглядеть, каково на самом деле человеческое сердце».

Грин замер, словно его ужалило насекомое, его глаза резко вспыхнули, и он впился в Лу Синхуа таким тяжелым взглядом, что прошло не меньше четверти часа, прежде чем он заговорил.

— Время покажет человеческие сердца, — смакуя каждое слово, повторил Грин.

Лишь спустя долгое время он чуть приподнял свой изящный подбородок, жестом предлагая Лу Синхуа продолжать.

— Награда пополам, идет?

http://bllate.org/book/38176/4783723