Готовый перевод The Whole Interstellar Knows He's My Ex-Boyfriend / Вся галактика в курсе, что главный инструктор — мой бывший: Глава 18

Сюй Цзинъянь вообще казался человеком странным.

Вчера вся «звёздная команда» опоздала на вечерние занятия, а он обошёлся простыми отжиманиями. Ни выговора, ни нотаций. Да и число отжиманий назначил вполне божеское — каждый справился без особых проблем. Так что заговорщическая присказка про «новую метлу, которая метёт по-новому», к нему словно и не липла: пламя его строгости едва теплилось.

Едва Гу Бэй закончил отжимания, Сюй Цзинъянь объявил о начале утренних упражнений.

Как и прежде, утро отводилось под физическую подготовку. Нагрузки соответствовали базовой норме, составленной ещё Ян Юем: никаких внеурочных упражнений, ни единого лишнего круга, даже перерывы соблюдались минуты в минуту. Линь Юань уже начал сомневаться, не судил ли он об инструкторе слишком предвзято. Сюй Цзинъянь, конечно, не располагал к себе так, как Ян Юй, но и морить их до полусмерти явно не собирался.

Подобные мысли зародились у большинства.

У всех, кроме Гу Бэя — у того тревожно сжалось сердце.

Они расстались три года назад. И в самый первый же день съёмок Сюй Цзинъянь не поленился подняться ни свет ни заря, чтобы притащить двухсоткилограммовый нагрузочный жилет — «старого знакомого» Гу Бэя. Разве такой человек упустит шанс выжать из него все соки?

Гу Бэй в это не верил ни на грош. Но делиться своими соображениями с остальными не рисковал — мысленно ворчал себе под нос.

***

Завершив физподготовку, Сюй Цзинъянь приказал рядовым раздать отряду снаряжение. Перед этим его взгляд вскользь скользнул по Гу Бэю.

У того внутри всё ухнуло. Гу Бэй скривился, уже готовый к очередному изощрённому истязанию и мысленно занося имя бывшего в «чёрный список», но когда перед ним возник солдат с подносом, парень замер. К нему пришло понимание.

В отличие от опешившего Гу Бэя, Цзян Тянь едва не подпрыгнул от восторга — глаза так и вспыхнули. Оружие! Персональное стрелковое вооружение!

Пока солдаты помогали новобранцам с экипировкой, Сюй Цзинъянь начал инструктаж:

— Стрелковое оружие — основная боевая единица солдата Федерации. Оно имеет сложную конструкцию и множество модификаций. Вам выдана самая простая и лёгкая модель, предназначенная для новобранцев.

Конструкция крепилась непосредственно к тыльной стороне ладони и приводилась в действие движениями пальцев. По предплечью до самого плеча тянулся металлический каркас, заканчивавшийся блокирующим модулем на плечевом суставе. Этот модуль стабилизировал положение системы на руке и отвечал за подачу боезапаса.

В своей базовой конфигурации оружие имело лишь один режим — одиночные дистанционные выстрелы. Однако по мере роста мастерства бойцу полагались более совершенные образцы, способные трансформироваться в боевые клинки, переключаться на автоматический или залповый огонь и даже вести стрельбу артиллерийскими зарядами.

С помощью бойца сопровождения Гу Бэй быстро закрепил устройство на руке. Металл отозвался матовым серебристым отливом и прохладой. Застыв на мгновение, Гу Бэй отстранённо коснулся корпуса пальцами другой руки. В этом жесте не было восхищения холодной сталью — скорее он погрузился в воспоминания, вызванные этим прикосновением.

Сюй Цзинъянь молча наблюдал за ним, и в его тёмных глазах читалась непроницаемая глубина.

Цзян Тянь тем временем с азартом ощупывал небольшой патронный отсек на плечевом модуле. На съёмках ему не раз приходилось держать реквизиторские макеты, но они не шли ни в какое сравнение с тяжестью и фактурой настоящего армейского вооружения.

— Инструктор! — скрыть волнение было невозможно.

— Слушаю, — отозвался Сюй Цзинъянь.

— Если контейнер такой компактный, не придётся ли на поле боя менять боеприпасы каждые несколько минут?

— Нет, — коротко отрезал тот.

Суть заключалась в том, что основным поражающим элементом служил обыкновенный сжатый воздух. Длинный каркас, закрывающий всю руку до плеча, вмещал компрессионную установку, преобразующую окружающую атмосферу в высококинетические заряды. Пока оружие исправно, боезапас практически бесконечен. В особых условиях опытные бойцы переключали трансформеры в альтернативные режимы.

А в компактном отсеке на плече хранились вовсе не патроны, а узкоспециализированный токсин, смертельный для тамуанцев.

— Тамуанцев?.. — Цзян Тянь на секунду замешкался.

Остальные тоже замерли: само это слово звучало непривычно, отзываясь далёким эхом из школьных учебников.

Девять столетий назад Федерация была вынуждена открыть Звёздную эру под давлением внешней угрозы. На орбиту их домашней планеты неожиданно вышла чужеродная малая планета, чьи обитатели развязали беспощадную войну за жизненные ресурсы. Федерация крестила этот небесный объект Таму, а его агрессивных жителей — тамуанцами.

Тамуанцы отличались невероятной свирепостью и врождёнными воинскими навыками. В какой-то момент человечество оказалось на грани полного уничтожения: остатки населения были вытеснены под землю, где целое столетие боролись за выживание в тёмных бункерах.

Лишь сокрушив захватчиков и отбросив их обратно на Таму, люди вновь поднялись на поверхность. После этого враг затих на долгие века. Вплоть до 888 года Звёздной эры, когда сформировалось единое Правительство Федерации, человечество сотрясали внутренние междоусобицы.

За прошедшие столетия образ тамуанцев стирался из коллективной памяти. Общество привыкло считать эту угрозу делами давно минувших дней, древним преданием, имеющим мало общего с современными реалиями.

Однако из слов Сюй Цзинъяня артисты с изумлением узнали: большинство современных локальных конфликтов на пограничных рубежах — вовсе не бунты мятежников, а возобновившиеся атаки тамуанцев.

Причиной их экспансии девять веков назад стало истощение собственной планеты, тогда как ресурсы Федерации идеально подходили для их биологии. За прошедшее время кризис на планете Таму достиг катастрофических масштабов, и они с новой силой ринулись на захват чужого дома. Более того, эти существа эволюционировали: если раньше они напоминали диких чудовищ, то за последние тридцать лет их внешность изменилась настолько, что за исключением отдельных деталей они стали почти неотличимы от обычных людей.

Артисты онемели от неожиданности.

— Тамуанцы... похожи на нас?

В иллюстрациях учебников они изображались гротескными, гигантскими монстрами.

— Совпадает лишь внешняя оболочка. Внутреннее анатомическое строение осталось прежним, — уточнил Сюй Цзинъянь.

— А их регенерация? — подал голос Ху Кэ.

— Без изменений.

О феноменальной способности тамуанцев к самовосстановлению знали все. На заре противостояния, когда враги ещё сохраняли свой устрашающий вид, целой группе элитных бойцов с трудом удалось обезглавить одного из них. Однако менее чем через тридцать секунд оторванная голова отросла заново.

Именно поэтому армию Таму называли Легионом Бессмертных. У них отсутствовали традиционные уязвимые зоны и органы, а тяжелейшие ранения затягивались в считаные мгновения, так что раньше солдаты Федерации не могли рассчитывать даже на ничью ценой собственной жизни.

Перелом в затяжной войне наступил шестьсот лет назад, когда Научно-исследовательский институт после многочисленных экспериментов синтезировал химический состав, блокирующий регенеративные процессы. На его основе разработали смертоносный токсин, которым оснащается современное стрелковое оружие.

Препарат подаётся из плечевого отсека в систему и насыщает каждую воздушную пулю. Даже одиночного попадания достаточно, чтобы нанести биологическому организму тамуанца невосполнимый урон.

Гу Бэй опустил взгляд на зафиксированное на предплечье оружие и впервые за всё время пребывания в лагере задал вопрос. Он спросил тихо:

— Как гарантированно уничтожить тамуанца?

Сюй Цзинъянь пристально посмотрел на него и произнёс ровным, чеканным голосом:

— Ввести токсин напрямую в головной мозг. С помощью пули или клинка.

Гу Бэй лишь тихо отозвался и снова уставился в землю.

Се Цинхэ осторожно потрогала каркас. Конструкция казалась слишком громоздкой и непривычной.

— Тяжёлая... — пробормотала она, пытаясь поправить сбрую. — И давит ужасно.

Металлические крепления впивались в руку, причиняя дискомфорт. Мужчины переносили это спокойно, но обеим девушкам, привыкшим к совершенно иному уходу за собой, жёсткий металл доставлял ощутимые неудобства.

— Получается, за пределами базы снимать оружие категорически запрещено? — уточнила Се Цинхэ.

— Верно. Настройка и снятие системы проводятся исключительно в пределах лагеря. За его воротами боец и оружие представляют собой единое целое.

На соединительном замке предплечья располагался предохранительный фиксатор. Когда его извлекали, стальной зажим мёртвой хваткой смыкался на конечности. Освободить руку можно было только вернув фиксатор на место, а все эти ключи-фиксаторы хранились строго в расположении части.

— А если... — Се Цинхэ заколебалась, — если попытаться снять его силой, без этого фиксатора?

— В крепление встроена ампула с ядом. При попытке несанкционированного демонтажа игла автоматически впрыскивает яд в артерию.

Се Цинхэ побледнела:

— То есть человек...

— Погибнет.

— Но зачем такие крайности? — с недоумением спросил Цзян Тянь. — Чтобы оружие не досталось врагу?

— Нет, — Сюй Цзинъянь вскользь посмотрел на побледневшего Гу Бэя. — Чтобы бойцы Федерации не попадали в плен.

В его сухом голосе прозвучала такая ледяная решимость, что Се Цинхэ вздрогнула. Вся группа без слов поняла: плен у тамуанцев хуже любой смерти.

Вдаваться в подробности Сюй Цзинъянь не стал. Дав новичкам пару минут на осмысление, он перешёл к практическим занятиям.

Гу Бэй отрабатывал движения молча. В глубине души ему хотелось просто подержать оружие и отставить его в сторону, но под прицелом съёмочных камер перебирать не приходилось.

Спуск находился под большим пальцем. Нажатие активировало выстрел, а наведение осуществлялось смещением всей кисти, предплечья и корпуса. Такой способ управления требовал филигранной координации и полного понимания механики устройства.

Патронные блоки оставались пустыми, поэтому группа тренировалась с пневматическими зарядами. Завершив вводный инструктаж, Сюй Цзинъянь отвёл их в стрельбище, оснащённое мишенями.

В зале их ждали мишени, воспроизводящие древний, наиболее массивный облик тамуанцев.

По команде оружейные блоки активировались: силовой механизм с тихим шипением вытолкнул струйку хладагента, вспыхнул голубоватый индикатор, и детали конструкции плотно прилегли к предплечьям, принимая боевое положение.

Цзян Тянь первым выпустил серийную очередь. Впрочем, точность оставляла желать лучшего: из пяти выстрелов лишь один зацепил край мишени в виде таму в районе живота.

Ху Кэ действовал размереннее и уложил две пули, одна из которых попала в грудную клетку.

Линь Си и Линь Юань вообще не попали в цель, а лучшая попытка Се Цинхэ пришлась по «стопе» ростового макета.

Очередь дошла до Гу Бэя.

Он медленно поднял руку. Привычная смешинка в его глазах уступила место предельной, почти суровой сосредоточенности. Тёмный омут его взгляда захлестнула тяжёлая волна эмоций. Гу Бэй смотрел на ростовой макет, но казалось, будто он видит сквозь него нечто иное.

Цзян Тянь, увлечённый собственными успехами, ничего не заметил, но стоявшая под боком Се Цинхэ сразу уловила эту перемену. Она увидела, как у Гу Бэя желваки заходили на скулах.

Они были знакомы по съёмкам и раньше не раз пересекались за общим столом. В её памяти Гу Бэй всегда оставался мягким, уживчивым человеком. Чтобы он так остро на что-то реагировал — такое Се Цинхэ видела впервые.

Присмотревшись, она заметила, что палец на спуске едва ощутимо дрожит, спина натянулась, а взгляд на мгновение потерял фокус.

Пауза затягивалась, и даже Цзян Тянь начал недоумённо поглядывать на товарища. Но прежде чем тот успел что-либо сказать, их обзор перекрыла широкая фигура.

Сюй Цзинъянь неторопливо подошёл сзади и, почти обняв Гу Бэя со спины, подхватил его кисть. Горячая, подёрнутая мозолями ладонь накрыла запястье парня, передавая своё уверенное тепло.

Для Цзян Тяня и Ху Кэ этот жест выглядел привычной корректировкой стойки. Но Се Цинхэ подметила то, что скрылось от остальных: Сюй Цзинъянь не просто поправил руку. Прижавшись к плечу Гу Бэя, он свободной ладонью едва ощутимо провёл вдоль его натянутой спины. Раз, другой — медленно, успокаивающе, словно снимая нервный спазм.

Пелена перед глазами Гу Бэя рассеялась. Выпрямив осанку, он сфокусировал взгляд, и одеревеневший палец плавно вдавил спуск.

Хлопок сжатого воздуха отозвался эхом.

Пуля пробила точно центр головы мишени в виде таму.

Гу Бэй заворожённо смотрел на аккуратное отверстие в силуэте. Дыхание его на миг сбилось.

Сюй Цзинъянь глянул на побледневшее лицо парня и тихо спросил:

— Понял принцип?

Грудь Гу Бэя тяжело вздымалась.

— Понял... — едва слышно прошептал он.

http://bllate.org/book/38170/5096915

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь