Готовый перевод The Whole Interstellar Knows He's My Ex-Boyfriend / Вся галактика в курсе, что главный инструктор — мой бывший: Глава 8

Гу Бэй чувствовал себя злой насмешкой судьбы, запертой в тесной душевой кабинке. Воспоминания о случившемся вызывали в нём дикую смесь тоски и горячего стыда.

Больше всего на свете ему хотелось уподобиться полярной лисице: выбить головой трещину в кафельном полу, вкрутиться туда с головой и испариться прямо на глазах у публики.

Впрочем, засмотревшись на плитки и представив эту картину в деталях, Гу Бэй поморщился: «Ох, как же, должно быть, больно...»

Потерев лоб, он глубоко вдохнул, лихорадочно высчитывая шансы: распахнуть дверцу за долю секунды, вихрем выскочить наружу, с молниеносной скоростью переодеться и пулей умчаться в казарму.

Мозг выдал неутешительный вердикт: с вероятностью в девяносто девять процентов он по пути грохнется со всех ног и расшибёт себе физиономию.

Эх...

Гу Бэй с минуту созерцал потолок. В голове крутились слова Братца Ку. Наконец, сжав губы и помрачнев, он решительно толкнул дверцу и шагнул наружу.

Вид у него был непреклонный, шаги — подчёркнуто властные, но боковое зрение всё равно предательски скользнуло в сторону Сюй Цзинъяня. Оказалось, тот тоже укутался: помимо полотенца на бёдрах, второе прикрывало торс. Совсем не в его стиле. Перед Гу Бэем этот человек никогда не отличался скромностью — там эксгибиционизм был уже в терминальной стадии.

Незаметно отведя взгляд, Гу Бэй плотно сжал губы и прошёл в раздевалку, где принялся молча и спешно переодеваться. Но чем больше нервничаешь, тем чаще всё валится из рук: брюки дважды выскользнули из пальцев, прежде чем удалось их натянуть. Всё это время Сюй Цзинъянь оставался в душевой — без единого звука.

Гу Бэй сам не понимал, что чувствует. Движения становились всё суетливее, и в какой-то момент пальцы с размаху врезались в острый металлический край дверцы шкафчика. Кончики пальцев пронзила острая боль. Сморщившись, он на автомате сунул ушибленный палец в рот.

За спиной раздался тихий вздох.

Гу Бэй замер, спина мгновенно одеревянела.

Спустя мгновение мужчина бесшумно вырос рядом и протянул руку:

— Дай сперва посмотрю.

Гу Бэй ничего не ответил, лишь насупился и потянулся за вещами.

Сюй Цзинъянь едва заметно сжал губы.

Гу Бэй упорно молчал, пока Сюй Цзинъянь не перехватил его за запястье, заставив замереть. Углы шкафчика были металлическими и жёсткими — ушиб вышел сильным, на коже осталась глубокая вмятина. Крови не было, но выглядело больно.

Сюй Цзинъянь нахмурился и хотел потянуть его руку ближе к себе, но наткнулся на жёсткое сопротивление. Их взгляды скрестились. Наконец Сюй Цзинъянь разжал пальцы.

Гу Бэй силой заставил себя отвернуться и, подхватив ворох сменной одежды, практически выбежал из раздевалки.

В комнате воцарилась тишина. Лицо Сюй Цзинъяня оставалось бесстрастным. Он небрежно скинул полотенце с плеч. В зеркале отразился страшный, изуродованный сквозным шрамом грудной отдел. Помимо этой раны, всё его тело покрывали многочисленные отметины — большие и малые.

Воины класса 5S обладали колоссальной регенерацией: даже после тяжелейших увечий вроде тех, что некогда получил Гу Бэй, поверхностные ткани полностью восстанавливались, стоило лишь высвободиться скрытому потенциалу. Что уж говорить о Сюй Цзинъяне. А значит, все эти шрамы были свежими.

Именно из-за них врачи Первого лагерного округа отправили его в принудительный отпуск. За последние три года Сюй Цзинъянь не отдыхал ни дня. И не согласился бы сейчас, если бы случайно не наткнулся на имя Гу Бэя в отчёте о подготовке нового телешоу.

Он помнил, как просидел над этой бумагой всю ночь, снова и снова проводя подушечкой пальца по двум иероглифам. А на следующее утро уже числился старшим инструктором проекта.

Не смог сдержаться. Да и не хотел.

Сначала думал — взглянет хотя бы раз, окончательно похоронит надежду и уйдёт. Но он слишком переоценил свою выдержку. Одного взгляда хватило, чтобы потребовать второго, а затем — желать большего, страстно желая наверстать всё, что упустил за эти три года.

Сюй Цзинъянь достал из шкафчика пачку сигарет. Вспомнив смущённый вид Гу Бэя, он закурил. За клубами сизого дыма черты его лица размылись.

***

В ту ночь, забравшись в спальный отсек, Гу Бэй долго не мог уснуть. Мысли неслись калейдоскопом, накладываясь друг на друга. Около часа ночи сосед завёл рулады: его храп переходил из тональности в тональность, со сложнейшими перепадами высоты. Гу Бэй пролежал с распахнутыми глазами до самого утра.

Едва прозвучал утренний сигнал подъёма, он вылез из капсулы с синяками под глазами, точно панда.

— Ох, мамочки, вообще встать не могу, — послышался страдальческий стон из отсека Линь Юаня. — Всё тело будто на куски разваливается. Гу Бэй, подсоби, а... Мать честная! Гу Бэй, тебя ночью кто-то избил, что ли?

Гу Бэй посмотрел на главного виновника своей бессонницы с глубокой обидой:

— Брат Юань, твой храп звучит ничуть не хуже твоего пения.

— Подтверждаю, — с невозмутимой миной подал голос Ху Кэ.

— Да-да, я тоже слышал! Линь Юань, ну ты даёшь, — прищёлкнул языком Цзян Тянь, протягивая Линь Юаню руку. — Обычно это я всех поднимаю среди ночи, а тут сам впервые прочувствовал.

Линь Юань смущённо взъерошил затылок:

— Неужели так громко было? Н-ну, наверное, от усталости...

Он сел на краю спального отсека, и мышцы тут же отозвались такой дикой болью, что даже просто спустить ноги на пол оказалось задачей не из лёгких.

— Это... это вообще моё тело?! — поразился он.

— Подвигаешься немного, и всё пройдёт, — отмахнулся Цзян Тянь.

Едва он закончил фразу, как дверь распахнулась. На пороге появился инструктор Ян Юй в сопровождении Сюй Цзинъяня.

Гу Бэй, едва завидев последнего, мгновенно вспомнил вчерашний инцидент и поспешно отвёл взгляд. На сей раз Сюй Цзинъянь не стал долго задерживать на нём взор.

За ними шёл солдат с внушительной стопкой чёрной одежды в руках. Глаза Цзян Тяня тут же азартно блеснули.

— Построиться в шеренгу! — скомандовал Ян Юй.

Все мгновенно пришли в движение. Гу Бэй выскочил из капсулы и успел подхватить Линь Юаня. Но у того подкосились затекшие ноги, он чуть не рухнул, и из-за этой заминки они оба оказались в строю последними.

Ян Юй смерил их тяжёлым взглядом.

Оба синхронно сглотнули.

— Чтобы в последний раз, — ледяным тоном отчеканил инструктор.

— Есть!

Ян Юй сменил гнев на милость:

— Смирно!

Новобранцы вытянулись в струнку. Ян Юй хлопнул по стопке одежды:

— Это полевая форма спецназа Третьего лагерного округа. С той минуты, как вы её наденете, вы становитесь солдатами. Любое ваше действие, каждое слово отныне подчиняются армейскому уставу! Я давал вам шанс уйти, вы им не воспользовались. Так что теперь извольте терпеть — сколько бы грязи и пота ни пришлось пролить! В спецназе дезертиров нет! Понятно?!

— Понятно!

— Вместе с формой сдаёте личные оптические компьютеры. Получите их обратно только после завершения сборов. До тех пор пользуетесь исключительно военными оптическими компьютерами!

Об этом требовании никто из артистов заранее не знал, поэтому они переглянулись.

— Всё понятно?! — ещё громче гаркнул Ян Юй.

— Понятно!

— Громче! Не слышу!

— Так точно!!

Ян Юй кивнул, и солдат начал раздавать комплекты формы и армейские оптические компьютеры. Выдав последний, он глянул на хронометр:

— Три минуты! Сдать личные компьютеры, переодеться в полевую форму! Время пошло!

Все тут же засуетились.

Цзян Тянь, уже имевший подобный опыт, действовал быстрее всех: не прошло и десяти секунд, как вещи аккуратными стопками лежали перед ним. Ху Кэ не отставал. А вот Линь Юань застрял: от боли в мышцах пальцы не слушались, а когда он всё же натянул штаны, выяснилось, что задом наперёд, и суета началась по новому кругу.

Гу Бэй из-за бессонной ночи соображал туго. К тому же необходимость раздеваться при всех вызывала у него дикий дискомфорт. Опомнившись, он сгрёб форму в охапку и юркнул в угол, рассчитывая переодеться без лишних глаз. И только прибежав туда, обнаружил, что именно там стоит Сюй Цзинъянь.

Их взгляды перекрестились. Гу Бэй вздрогнул, в горле встал ком. Он уже собрался дать дёру, как над ухом громыхнул голос Ян Юя:

— Гу Бэй! Ты что тут, по проспекту прогуливаешься?!

Гу Бэй замер.

— Осталось две минуты! Все, кто не успеет, будут отжиматься! Гу Бэй, ты отжимаешься с грузом в двести килограммов!

Гу Бэй с трудом сдержал стон. За что-о-о?!

Поджав губы, он бросил взгляд на невозмутимого Сюй Цзинъяня, повернулся к нему спиной и, стиснув зубы, принялся сбрасывать одежду.

Сюй Цзинъянь помедлил несколько секунд, затем тихо вздохнул и сделал шаг в сторону. Со стороны казалось, будто он просто прогуливается, наблюдая за суетой новобранцев, но на самом деле его широкая спина надёжно закрыла полностью обнажённого Гу Бэя от чужих глаз.

Время истекло. Зазвучал резкий свисток Ян Юя, вынудив всех замереть.

Ян Юй окинул строй быстрым взглядом и ядовито усмехнулся, принимаясь за разбор:

— Цзян Тянь! Воротник не заправлен, шнурки болтаются! Двадцать отжиманий! Марш!

— Есть!

— Ху Кэ! Ботинки где?! На войну босиком пойдёшь?! Тридцать отжиманий! Пошёл!

— Есть!

Затем его взор упал на дрожащего Линь Юаня. Ян Юй прищурился:

— Куртка наизнанку, брюки задом наперёд, правый ботинок на левую ногу, носки разного цвета! Ты сам-то почему ещё не задом наперёд вывернулся?! Пятьдесят отжиманий! Вниз!

— Есть... — едва не плача, отозвался Линь Юань.

Наконец инструктор повернулся к Гу Бэю.

Тот гордо выпятил грудь. К моменту свистка он успел застегнуть последнюю пуговицу и даже аккуратно завязать шнурки. Он уже приготовился слушать похвалу, но Ян Юй, смерив его взглядом, странно усмехнулся.

Гу Бэй недоумённо моргнул.

— Гу Бэй, сам скажи: что у тебя не так?

«А?»

Гу Бэй озадаченно осмотрел себя. Пуговицы на месте, погоны в порядке, ворот застёгнут, шнурки завязаны... Никаких же проблем?

— А ты у инструктора Сюя спроси, — Ян Юй кивнул в сторону Сюй Цзинъяня.

Гу Бэй перевёл взгляд. Сюй Цзинъянь несколько секунд молча смотрел на него, а затем двинулся прямо к нему — всё с тем же непроницаемым лицом. Гу Бэй струсил и сделал шаг назад, но от Сюй Цзинъяня было не уйти.

Широкая спина мужчины вновь скрыла его от окружающих. Заметив испуг и желание сбежать, Сюй Цзинъянь тихо вздохнул и протянул руку.

Ззз-з-жик! — раздался громкий звук ширинки.

Лицо Гу Бэя мгновенно вспыхнуло огнём.

— Ворота за тебя кто закрывать будет? — строго проговорил Сюй Цзинъянь.

Голос его звучал подчёркнуто официально, но в глазах застыло знакомое глубокое сожаление. Точно так же он смотрел раньше, когда потакал любым капризам Гу Бэя.

Гу Бэй сглотнул, не в силах вымолвить ни слова.

Трое остальных уже вовсю пыхтели, выполняя отжимания. За спиной Сюй Цзинъяня раздался командный бас Ян Юя:

— Смотрите на него! Инструктору Сюю за тобой доделывать приходится! Не стыдно?! Двести килограммов! Десять раз! Марш!

http://bllate.org/book/38170/5002588