Готовый перевод Why Did You Provoke Him? / Зачем ты его провоцируешь?: Глава 25

— Мне пора возвращаться к сотворению формации, так что не будем тратить время на пустую болтовню.

Внедрив кровавый яд погибели, старик Чу Ша, похоже, окончательно избавился от подозрений. Он дал Инь Хуайчэню несколько кратких напутствий, велел в случае любых вопросов обращаться к Ху Тяньлу и сразу удалился.

Ху Тяньлу почтительно склонил голову, провожая старца взглядом, но стоило двери захлопнуться, как он резко повернулся и уставился на Инь Хуайчэня полным злобы взором.

Инь Хуайчэнь и бровью не повел.

— И чего ты так на меня вылупился?

— Сдается мне, ты крупно недоговариваешь, — процедил Ху Тяньлу.

Ведь Инь Хуайчэнь отобрал у него не только обломок жетона Кровавой погибели, но и летающий клинок таинственного закона. Будь этот сопляк действительно предан Чу Ша, как вешал лапшу на уши секунду назад, он бы без колебаний преподнес мастеру столь ценное сокровище.

Инь Хуайчэнь лишь усмехнулся:

— А сам-то? Будто у тебя у самого рыльце не в пуху.

Ху Тяньлу промолчал.

Хуайчэнь прекрасно видел его насквозь. Пусть Тяньлу и переметнулся под начало Чу Ша, в душе он затаил глубокую обиду и явно вел собственную двойную игру. Знай старик о существовании такого сокровища, как летающий клинок таинственного закона, он бы давно прибрал его к рукам — методы Альянса Ракшасов и уцелевших мастеров преисподней никогда не отличались деликатностью.

А значит, Ху Тяньлу скрыл это от своего нового хозяина.

Заметив, что Инь Хуайчэнь нагло прикарманил оружие и даже не думает возвращать его законному владельцу, Ху Тяньлу злобно прищурился:

— Не боишься, что я все ему расскажу?

— Валяй, ябедничай, — беззаботно пожал плечами Хуайчэнь. — Только учти: тогда клинок достанется ему. А тебе не перепадет вообще ничего.

У Ху Тяньлу перехватило дыхание.

Мальчишка бил в самую уязвимую точку — он действительно не посмеет пикнуть. Пока оружие оставалось у Хуайчэня, еще теплилась надежда вернуть его силой или хитростью. Но попади оно в цепкие лапы Чу Ша, о клинке можно было забыть навсегда.

Инь Хуайчэнь нагло пользовался этой слабостью, без зазрения совести пряча чужое сокровище прямо у него под носом.

— К тому же мы с молодым господином из одного гнезда, — вкрадчиво добавил Хуайчэнь. — Для старика ты чужак, а я свой. Даже если откроется, что я что-то утаил, меня он пощадит. А вот тебя...

Юноша красноречиво поиграл бровями.

Лицо Ху Тяньлу потемнело от злости, цвета сменяли друг друга, как на палитре.

— Смотри у меня, — наконец выдавил он сквозь зубы. — Только попадись мне на горячем — пощады не жди.

Инь Хуайчэнь проводил его насмешливой улыбкой. Когда Тяньлу уже переступал порог парадного зала, юноша внезапно бросил ему в спину:

— Ах да, почтенный третий глава! А того наглеца, что умыкнул ваш сундук, вы уже прикончили?

Он, разумеется, имел в виду Стихшего ливня.

Ху Тяньлу резко застыл на месте. Для мастера третьего ранга это был несмываемый позор: мало того, что его обвел вокруг пальца какой-то юнец, так еще и двое слабаков без ранга умудрились ускользнуть прямо из-под носа. Напоминание Хуайчэня прозвучало как звонкая пощечина.

Развернувшись, Тяньлу наградил обидчика испепеляющим взглядом и, более не задерживаясь ни на секунду, стремительно зашагал прочь.

В просторном зале остались лишь Инь Хуайчэнь и Ли Минжуй.

На лице Ли Минжуя все еще читался неподдельный ужас. Стоило Хуайчэню повернуться к нему, как он испуганно отшатнулся и, заикаясь, спросил:

— Младший брат Инь... или как тебя называть? Кто ты такой на самом деле? Неужели ты действительно...

Недавняя тирада Хуайчэня лишила дара речи не только старого монстра, но и самого Минжуя. Тот окончательно запутался и теперь не понимал, с кем имеет дело.

— Старший брат, неужели и ты туда же? — рассмеялся Хуайчэнь. — Конечно, я все выдумал на ходу! Будь я из Долины Призрачных Костей, зачем бы мне сейчас спасать твою шкуру?

Ли Минжуй растерянно моргнул, признавая логику:

— Но откуда ты тогда знаешь все эти подробности?

— Слышал как-то краем уха у одного уличного сказителя. Терять-то нам все равно было нечего: что так смерть, что этак. Вот я и решил рискнуть, поставить все на кон. Кто же знал, что выгорит? Нам просто чертовски повезло.

Ли Минжуй еще несколько раз пытливо переспросил его, пытаясь поймать на лжи, но в конце концов поверил и с облегчением выдохнул.

— Ладно... А что ты там говорил Ху Тяньлу насчет украденного? Что ты у него умыкнул?

— Да пустяки, — усмехнулся Хуайчэнь, — немного облегчил его карманы.

— Понятно, — буркнул Минжуй, решив не лезть в чужие дела. — И что нам теперь делать?

— Будем действовать по обстоятельствам.

Хуайчэнь задумчиво посмотрел туда, куда ушел старик.

— Раз уж в нас обоих теперь сидит этот яд, сбежать не получится при всем желании. С другой стороны, мы ведь шли сюда ради разведки? Ну вот, теперь мы внедрились в самые верха вражеского лагеря. Идеальное прикрытие, пусть и получилось это случайно.

Ли Минжуй лишь молча покачал головой от такого запредельного оптимизма. Вздохнув, он обреченно признал:

— Твоя правда. Делать нечего, придется играть по их правилам...

Изначально Хуайчэнь планировал лишь выиграть время: усыпить бдительность старого монстра с помощью обломка жетона Кровавой погибели, а затем дать драла при первом удобном случае. Кто же мог предвидеть, что старик сразу пустит в ход столь мощное средство контроля? Будучи воспитанником Дворца Непостоянства, Хуайчэнь прекрасно знал, насколько ужасен в действии этот яд. Самым неприятным было то, что в условиях игровой реальности «Хэньюй» эффект отравления не спадал даже после смерти и последующего возрождения персонажа. Сбежать теперь действительно не представлялось возможным.

Впрочем, унывать он не собирался. Напротив, в сложившейся ситуации были свои неоспоримые плюсы: укрепившись в банде, он оказывался на шаг ближе к разгадке тайны наследия Сюаньцзи-цзы. Глядишь, в финале удастся разыграть карту чужими руками и забрать себе священную энергию Великого Сокровенного.

Более того... Хуайчэнь уже вовсю размышлял, как бы покрупнее поживиться за счет новообретенного покровителя.

Пользуясь именем Чу Гуанцяо, не выйдет ли выудить у старика «Запись семи змеиных ядов южного безмолвия»? Это было легендарное ментальное искусство Долины Призрачных Костей, передававшееся исключительно преемникам владыки. И пускай оно уступало по мощи абсолютным техникам вроде священной энергии Великого Сокровенного, статус золотого руководства по культивации искупал любые риски.

«Хотя нет, сейчас лезть к нему с расспросами — форменное безумие, — осадил он сам себя. — Для Долины это священный Грааль. Стоит заикнуться раньше времени, и старик одним ударом отправит меня на точку возрождения в город».

Лучше действовать тоньше, шаг за шагом.

Потерев подбородок, Хуайчэнь погрузился в составление хитроумного плана.

***

В последующие дни Инь Хуайчэнь с поразительной легкостью вжился в роль, целиком растворившись в придуманном образе.

Он окружил старого мастера заботой, ловил каждое его слово, расточал самую изощренную, сладкую лесть и при любом удобном случае бросался рьяно исполнять его поручения, словно всю жизнь только и мечтал служить Долине Призрачных Костей.

Поначалу подозрительный старик держал ухо востро. Однако с годами даже самые жестокие тираны начинают тосковать по семейному теплу. Чу Ша, в молодости разругавшийся в пух и прах со всей родней, в глубине души всегда мечтал о преданном преемнике.

Хуайчэнь с его смазливым, невинным личиком и подвешенным языком идеально подходил на эту роль. Под непрекращающимся шквалом заботы и сыновней преданности старик Чу Ша растаял как воск и незаметно для самого себя принял парня под свое крыло.

Благодаря общему «родственнику» они сблизились настолько быстро, что даже Ли Минжуй, наблюдая за ними со стороны, порой ловил себя на мысли: уж не верит ли его младший брат в собственное вранье?

Для того чтобы подмять под себя Усадьбу Сабельного Ветра, Чу Ша безжалостно избавился от ее прежнего великого главы Хэлянь Чжэна и его помощника, забрав всю полноту власти в свои руки.

Что касается Ху Тяньлу, то тот сохранил жизнь лишь благодаря своевременной капитуляции и принятому яду. Он лелеял надежду занять вакантное место лидера разбойников под крылом нового хозяина, однако с появлением Хуайчэня его мечты пошли прахом. Наблюдая, как старик день ото дня становится все благосклоннее к выскочке, чье влияние росло не по дням, а по часам, третий глава окончательно потерял покой.

Спустя всего несколько дней Инь Хуайчэнь окончательно вошел в доверие к предводителю. Его авторитет в Усадьбе взлетел до небес: под его командование передали всех людей покойного второго лидера, превратив его в одного из самых могущественных лиц в лагере.

Разбойники, привыкшие держать нос по ветру, мигом поменяли отношение к недавнему пленнику. Те самые люди, что еще вчера прочесывали окрестности в поисках его головы, теперь при встрече заискивающе кланялись и хором величали его «боссом Инем».

Жизнь определенно налаживалась.

***

В просторном внутреннем дворе усадьбы, некогда принадлежавшей второму главарю, Ли Минжуй растерянно топтался у порога.

Он бросал косые взгляды на Хуайчэня, который с самым блаженным видом грелся на солнышке, и никак не решался заговорить.

Юноша вольготно развалился в резном кресле из дорогого красного дерева. На изящном столике перед ним выстроилось несколько блюд со спелыми фруктами. Лениво потянувшись, Хуайчэнь сорвал крупную виноградину и отправил ее в рот.

М-м, сладкая.

— Братец, прекрати маячить туда-сюда, у меня уже в глазах рябит, — невнятно пробормотал он, жуя. — Полно тебе, за столько дней пора бы уже и пообвыкнуть.

— Тебе-то легко говорить, — обреченно вздохнул Ли Минжуй.

Этот парень прижился здесь слишком быстро.

Разглядывая Хуайчэня, который закинул ногу на ногу и с самым наглым видом уплетал фрукты, Минжуй с трудом узнавал в нем прежнего скромного послушника. В его облике проступили небрежные разбойничьи ухватки. Поневоле закрадывалось подозрение, не промышлял ли он грабежом на большой дороге в реальной жизни.

Поколебавшись, Минжуй все же не выдержал:

— Младший брат, но ведь так продолжаться не может. Прошла неделя, а мы ни на йоту не приблизились к цели. Мы ведь не нанимались в разбойники насовсем...

Хуайчэнь лениво перекинул ногу на другое колено, устраиваясь поудобнее:

— В нашем деле спешка — плохой союзник, старший брат. Чтобы провернуть крупное дельце, нужно уметь ждать. К тому же, с чего ты взял, что я сижу сложа руки?

— И что же ты делаешь? — Минжуй вытаращил глаза. — Виноград уничтожаешь? Или бока на солнце греешь?

Юноша изящно выплюнул косточку и назидательно покачал указательным пальцем:

— Не угадал. Напомни-ка, какова наша главная задача?

— Разведать обстановку, собрать улики, передать весть в орден и подготовить засаду на Чу Ша...

— Вот именно. И разве я этим не занимаюсь? — Хуайчэнь приподнял бровь. — Погляди на меня: теперь я здесь один из вожаков. Мне открыты любые двери в этой усадьбе. Под моим началом ходит целая свора головорезов. Случись где хоть малейший шорох — мне доложат первому. Разве это плохой источник сведений?

Возразить на это было нечего, но Ли Минжуй не унимался:

— Но мы до сих пор не выяснили, где находится ритуальная формация!

— Всему свое время, — мягко осадил его Хуайчэнь. — Мое нынешнее положение обманчиво. Чу Ша все еще настороже. Стоит мне проявить излишнее любопытство к его тайным ритуалам — и наше перемирие мгновенно закончится.

И это была чистая правда. Наследие Сюаньцзи-цзы имело колоссальную ценность, и старый монстр шел к этой цели долгие годы. С какой стати ему доверяться первому встречному мальчишке?

Да, старик осыпал Хуайчэня милостями и властью, но стоило зайти речи о сотворении формации, как юношу вежливо выставляли за дверь. Любые попытки выведать подробности натыкались на глухую стену молчания. До сих пор Хуайчэнь не имел представления ни о том, где скрыты реликвии в Городе Тысячи Механизмов, ни для чего именно затевался весь этот сложный ритуал.

К тому же, отравленный ядом Кровавой погибели Хуайчэнь фактически находился под домашним арестом в границах Усадьбы Сабельного Ветра. Ему был заказан путь наружу, а значит, он не мог лично разузнать, что замышляют великие кланы в Городе Тысячи Механизмов.

Но для бессмертного игрока это не было непреодолимой преградой. Пускай тело заперто в лагере — его связи в игровом мире никуда не делись.

Легок на помине: едва Хуайчэнь расправился с сочным яблоком, как в интерфейсе замигал значок входящего вызова.

Юноша принял звонок:

— Привет, Му Юй.

На том конце провода раздался знакомый голос:

— Здорово, Учан. Насчет того дела, о котором ты просил разузнать... Я все выяснил.

В ту ночь, едва закончив свои дела в Усадьбе, Му Юй со своей группой поспешили вернуться в безопасные районы Города Тысячи Механизмов. Эта локация все еще была для них слишком высокоуровневой и опасной.

Все эти дни Хуайчэнь держал с ними связь, попросив приглядывать за действиями местных сект и прогрессом обычных игроков.

— Твои предчувствия оправдались, — продолжил Му Юй. — Все больше народу сейчас получают задания, связанные с Усадьбой Сабельного Ветра. В самом Городе Тысячи Механизмов тоже творится неладное: численность стражи на улицах разом увеличилась чуть ли не вдвое, да и старейшины крупных орденов явно что-то замышляют...

События развивались в строгом соответствии с его расчетами.

«Кто бы сомневался», — довольно хмыкнул Хуайчэнь.

Усадьба Сабельного Ветра — а точнее, укрывшийся в ней старый монстр Чу Ша — явно была ключевым боссом региональной сюжетной арки Города Тысячи Механизмов. Раз уж в письме Гу Синсю содержались прямые указания на активность разбойников, великие ордена не могли долго игнорировать эту угрозу. Даже без доклада Ли Минжуя шестеренки глобального сценария неумолимо пришли бы в движение.

В воздухе отчетливо пахло грозой. Очень скоро локальное противостояние перерастет в полномасштабную войну между силами Города Тысячи Механизмов и разбойничьим гнездом, открывая следующую главу масштабного ивента.

— Ты все еще в лагере разбойников? — поинтересовался Му Юй.

— Угу, здесь, — кивнул юноша.

— Тогда держи ухо востро.

Му Юй не мог не восхищаться выдержкой друга, способного так долго выживать в самом сердце вражеской территории. С его боевыми навыками это было объяснимо, но осторожность все равно не мешала.

— Чего мне опасаться? — спросил Хуайчэнь.

— В Усадьбе Сабельного Ветра сейчас творится какая-то чертовщина. Понимаешь, заданий туда выдают все больше, да и пробраться туда стало проще. Помнишь, когда мы шли туда впервые, все прошло сравнительно гладко? Но за последние пару дней охрана лагеря словно с цепи сорвалась. Весь форум забит жалобами на то, что сложность прохождения взлетела до небес.

Раньше барьер пропускал лишь единицы — требовалось выбить редкий пропуск из элитных монстров, чтобы преодолеть скрывающую формацию на входе.

Однако после того, как первая волна первопроходцев во главе с Му Юем выполнила стартовую цепочку квестов, защитный барьер по сюжету дал трещину. Путь в Усадьбу Сабельного Ветра открылся для широких масс. Высокоуровневый контент для избранных стремительно превращался в общедоступный рейд.

Только за последние дни к воротам стянулись десятки новых отрядов. Вот только легче от этого никому не стало. Напротив, большинство игроков гибли на самых подступах, даже не успев разглядеть внутренний двор.

Хуайчэнь довольно сощурился:

— Я в курсе.

— Откуда? — удивился собеседник.

— Ну так это ведь я руковожу всей обороной лагеря.

Му Юй завис на пару секунд:

— Чего?..

Будучи опытным геймером, Инь Хуайчэнь прекрасно понимал логику и повадки штурмующих. Первым же делом, получив власть, он велел своим новым подчиненным намертво перекрыть все тайные лазейки и уязвимости в патрулях, а также выставил отдельные заслоны, заточенные против невидимости заклинателей и маскировочных трюков механиков.

Против такого изощренного «саботажника» из числа своих же собратьев у обычных штурмовиков попросту не оставалось шансов.

На том конце канала связи повисло озадаченное молчание.

— Погоди, я не понял... Что значит «ты руководишь обороной»?

— Ах да, забыл упомянуть, — лениво протянул Хуайчэнь, отправляя в рот очередную сочную виноградину. — Теперь я официально правая рука здешнего главаря.

Му Юй лишился дара речи.

Что, черт возьми, происходит в этой игре?!

http://bllate.org/book/38141/5092111