Готовый перевод The Villain's Beloved Pet / Стать любимой игрушкой холодного тирана: Глава 3

Родители Ци Суя бодрствовали, когда начался пожар. Пламя стремительно распространялось, и из-за инстинкта самосохранения они вдохнули слишком много едкого дыма; когда подоспели пожарные, они были уже мертвы.

Сам Ци Суй спал на втором этаже и ничего об этом не знал. Поскольку он находился далеко от эпицентра возгорания, а двери и окна служили преградой, он дождался прибытия пожарных.

Правда, когда его вынесли, состояние его было тяжелым. Его отвезли в больницу, и в себя он пришел только на третий день.

После этого единственный наследник семьи Ци редко появлялся на публике в Юньчэне. Говорили, что его забрали к себе друзья семьи Ци, чтобы он поправлял здоровье.

И лишь в последние месяцы окружающие стали замечать, что Ци Суй понемногу появляется на некоторых некоммерческих мероприятиях.

Удивительно, но человеком, который повсюду сопровождал Ци Суя, оказался Цинь Чжисун.

В Юньчэне немало влиятельных и известных семей, но семья Цинь — это несомненно элита из элит.

Предки семьи Цинь сколотили состояние на грузоперевозках, а позже перебрались в Юньчэн, где их бизнес сменил профиль. Проведя решительные реформы, они сохранили логистику лишь как часть своей империи.

Пережив экономическую трансформацию и поймав удачный момент, они стремительно росли и развивались, и сегодня в Юньчэне семья Цинь, без сомнения, находится на вершине пирамиды.

Мать Цинь Чжисуна не могла похвастаться знатным происхождением, но была красива и окончила престижный университет.

По неизвестной причине вскоре после выпуска она вышла замуж за Цинь Биншэна, которому тогда было сорок три года, и в тот же год родила их единственного ребенка — Цинь Чжисуна.

В старшей школе, в результате объединенных усилий семей ее трех сводных братьев по материнской линии, Цинь Чжисуна отправили за границу, подальше от центра власти семьи Цинь.

Семь лет назад старик Цинь внезапно тяжело заболел, и все многочисленные родственники семьи Цинь бросились в фамильное поместье.

Цинь Чжисун не стал исключением.

Никто точно не знает, что произошло в тот период. Известно лишь одно: когда невидимая буря улеглась, старик Цинь пошел на поправку, а человеком рядом с ним вместо третьего молодого господина семьи Цинь стал Цинь Чжисун.

Сегодня Цинь Чжисун — самый молодой коммерческий магнат Юньчэна.

Все прекрасно понимали, что причины, по которым он приютил Ци Суя, были не до конца ясными, но никто не смел бросать ему вызов.

……

Цинь Чжисун поднял руку, намереваясь выключить прикроватный ночник, как вдруг прижавшийся к его плечу Ци Суй слегка шевельнулся. Он тут же замер и вместо этого протянул руку, чтобы проверить температуру его щеки.

— Господин Цинь, я скучаю.

Бормотание Ци Суя во сне смягчило выражение лица Цинь Чжисуна, и на его губах наконец промелькнула легкая улыбка.

Погладив подушечкой пальца его щеку, он выключил ночник.

— Спокойной ночи.

Глава 2

На следующее утро, когда Ци Суй проснулся, его сознание все еще было затуманено.

По привычке придвинувшись к той стороне, где должен был лежать Цинь Чжисун, он нащупал лишь простыню. Это мгновенно вернуло его в реальность, и он широко раскрытыми глазами принялся шарить взглядом по комнате в поисках Цинь Чжисуна.

Осмотревшись вокруг и никого не найдя, Ци Суй резко сел.

Он же помнил, что вчера вечером Цинь Чжисун вернулся. Неужели он снова ушел? Или ему всё это приснилось?

Когда его только забрали в семью Цинь, Цинь Чжисун точно так же исчезал без единого звука.

На сердце у Ци Суя защемило от горечи, словно он отведал желчи. Скинув одеяло, он босиком выскочил из постели и, не тратя времени на тапочки, с растрепанными волосами бросился из комнаты.

Распахнув дверь, он в несколько шагов добежал до лестничной площадки и заглянул на первый этаж — там виднелась лишь тетя Чжан, убирающая со стола. Ци Суй впал в панику.

Ушел.

И снова то же самое: молча, не оставив даже записки.

Побледнев, он стоял у лестницы, судорожно вцепившись тонкими белыми пальцами в перила с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

— Твоя болезнь еще не прошла, и ты вот так выбегаешь — захотел в больницу?

Позади раздался голос, в котором сквозило недовольство. Ци Суй с недоверием обернулся: Цинь Чжисун был в домашней одежде и совсем не походил на человека, собирающегося уходить.

Его тело против воли порывалось сделать шаг навстречу, но разум остановил его.

Ци Суй отвел взгляд, плотно сжав губы и храня молчание.

— Я не болен, ни в какую больницу я не пойду.

Услышав это тихое бормотание, Цинь Чжисун нахмурился, медленно подошел к Ци Сую и строгим тоном спросил:

— Разве жар — это не болезнь?

Они стояли очень близко — настолько близко, что, когда Цинь Чжисун говорил, Ци Суй чувствовал его дыхание на своем лице.

Упрямый Ци Суй поднял голову и машинально возразил:

— Я не о жаре говорю, я...

Цинь Чжисун перебил его:

— О чем же?

Встретившись с испытующим взглядом Цинь Чжисуна, Ци Суй приоткрыл рот, забыв, что хотел сказать, и лишь жалобно скривил губы:

— Ни о чем.

В любом случае, он не болен и в больницу не поедет.

Попросту застыв на несколько секунд, Цинь Чжисун с досадой вздохнул, наклонился и подхватил Ци Суя на руки. Поддержав его под колени, он бросил взгляд на поджатые ступни и невольно улыбнулся.

— Знаешь, что стыдно, и всё равно так выбегаешь. В следующий раз, если в доме будут гости, ты тоже так сделаешь?

При слове «дом» настроение Ци Суя мгновенно прояснилось. Он издал звук, похожий на кошачье мурлыканье — то ли сдаваясь, то ли капризничая, — положил руки на плечи Цинь Чжисуна и слегка качнул ногами:

— Если будут гости, я ни за что не выйду из комнаты.

— Почему?

— Они же твои гости, они пришли к тебе, а не ко мне.

Ци Суй отвечал с полным на то основанием, пальцами легонько теребя плечевой шов одежды, после чего осторожно поинтересовался:

— Ты сегодня уходишь?

Цинь Чжисун толком не закрыл дверь спальни, бросил взгляд на виднеющиеся из-под кровати тапочки и опустил Ци Суя обратно на постель:

— Нужно в офис. Я уеду в командировку на неделю, там есть дела, требующие моего вмешательства.

Он всё-таки уходит? Глаза Ци Суя, только что было загоревшиеся, вновь потускнели от разочарования.

Он уже целую неделю не ел вместе с Цинь Чжисуном, да и до отъезда тот был ужасно занят.

Скрестив ноги на постели, Ци Суй принялся теребить простыню:

— Тогда счастливого пути, господин Цинь. Не забывай вовремя есть, иначе заработаешь гастрит.

В его голосе больше не было привычной звонкости, и любой бы заметил, как сильно он расстроен.

Цинь Чжисун стоял у кровати, прижав ладонь к его макушке и слегка надавливая:

— Если дела не столь важны, я могу взять тебя с собой.

Разумеется, в следующую же секунду Ци Суй поднял голову и широко раскрыл глаза.

— Можно?

— Можно. — Цинь Чжисун взглянул на будильник у изголовья. Сегодня утром, проснувшись, он специально перевел стрелки, чтобы дать Ци Сую поспать подольше.

Качество сна у Ци Суя было отнюдь не идеальным: поначалу он часто просыпался среди ночи, и даже после десяти часов сна его лицо выглядело бледным и измученным.

http://bllate.org/book/38068/4766080