Готовый перевод The Tearful Crybaby and the Painless Tycoon's Marriage / Плакса и ледяной босс: брак, который изменил всё: Глава 14

Это было вовсе не из вежливости: Чу И как раз уплетал вторую баранью ребрышку. Мясо оказалось очень нежным, совсем без специфического запаха, зато с легким и чистым ароматом молодняка, и стоило только начать, как невозможно было остановиться.

От обилия баранины можно было быстро пресытиться, поэтому в противовес жирному блюду управляющий Вэнь приготовил еще и закуски.

Кислый редис нарезали тонкими ломтиками и мариновали несколько дней — на вкус он получался кисловатым, с легкой остринкой, невероятно хрустящим и пробуждающим аппетит.

Была там и ярко-красная пряная квашеная капуста — управляющий Вэнь заготовил ее в свободные дни на прошлой неделе, и сейчас она как раз подоспела к столу.

Кисловатый редис и острая капуста в сочетании с нежнейшей бараниной раскрывали вкус еще ярче, так что есть это можно было до бесконечности, ничуть не уставая.

Управляющий Вэнь с улыбкой смотрел на Чу И: тот ел с огромным удовольствием, в обеих руках зажав по ребрышку и усердно обгладывая их.

Баранину тушили очень долго, так что мясо легко отделялось от кости от малейшего укуса.

Управляющий Вэнь страшно любил смотреть, как ест Чу И — за какое бы блюдо тот ни брался, всё казалось безумно аппетитным.

Чу И немного смущенно произнес:

— Вообще-то, раньше я думал завести кулинарный блог и зарабатывать на этом.

Управляющий Вэнь удивился:

— А почему не стал?

Чу И с еще большим смущением назвал истинную причину:

— Денег не было, чтобы еду покупать.

Причина и впрямь звучала до боли грустно, и управляющий Вэнь проникся к нему еще большим сочувствием:

— Чу И, поешь еще, поправляйся. Посмотри на себя, ты ведь совсем худенький.

Глядя на соблазнительные ребрышки, Чу И невольно утянул еще одно и подумал про себя: как жаль, что Шэнь Цзиня сейчас нет рядом — ребрышки просто невероятно вкусные.

Жуя баранину и запивая ее горячим бульоном, Чу И чувствовал, как его желудок наполняется блаженным теплом.

Когда трапеза наконец подошла к концу, возле тарелки Чу И аккуратной стопкой лежали четыре голые косточки, на которых не осталось ни грамма мяса.

Управляющий Вэнь пообещал:

— В следующий раз мы приготовим бараньи ребрышки на гриле.

Хотя Чу И уже наелся до отвала, стоило ему услышать про ребрышки на гриле, как во рту сразу же скопилась слюна и вспыхнуло самое живое предвкушение.

Из-за такого количества баранины, съеденного за ужином, посреди ночи Чу И проснулся от жара.

Придя в себя, он ощутил, как по всему телу разливается сухость и зной. Поворочавшись с боку на бок и не найдя покоя в постели, он встал и принялся из стороны в сторону шагать по комнате, но бодрость никуда не исчезала.

Чу И с досадой подумал: с чего это вдруг с ним такое приключилось?

Обычно качеству его сна можно было только позавидовать — он всегда спал крепко до самого рассвета.

Поразмыслив, он решил: неужели всё дело в тех злосчастных ребрышках, что он умял в таком количестве перед сном?

От невыносимого жара заснуть не получалось, а в комнате по-прежнему казалось душно, и тогда Чу И вышел на улицу, чтобы немного побродить по двору и развеяться.

Прохладный ночной ветер, обдувавший лицо и тело, принес долгожданное облегчение. Чу И медленно расхаживал взад и вперед по двору.

В этот момент он вдруг подумал, что у унылого газона есть свои плюсы: он просматривается насквозь от края до края, и можно не опасаться, что из темноты кто-то неожиданно выскочит и до смерти его напугает.

Около двух часов ночи Чэнь Е привез Шэнь Цзиня обратно в особняк.

Было уже глубоко за полночь, и весь Ланьчэн погрузился в тишину.

Шэнь Цзинь, сидевший на заднем сиденье, хмурил брови, его лицо выглядело суровым. Впрочем, он и в обычные дни не отличался мягким выражением лица, а сейчас, нахмурившись, казался и вовсе грозным.

Если бы Чу И сейчас увидел его в таком виде, то наверняка испугался бы смотреть ему в глаза еще сильнее.

Шэнь Цзинь постукивал пальцами по колену, прикрыв глаза наполовину. Шэнь Чуньхань ухитрился исподтишка связаться с некоторыми акционерами, и сегодня на общем собрании те дружно пошли против него, требуя уступок. Стоило бы Шэнь Цзиню хоть в чем-то уступить, как он тут же оказался бы связан по рукам и ногам, а обстановка стала бы для него крайне неблагоприятной.

Шэнь Чуньхань именно этого и добивался — его целью было вернуть себе прежнее влияние в семье Шэнь, которого лишился Шэнь Цзинь.

Шэнь Цзинь, разумеется, не собирался потакать их желаниям. Он давным-давно просчитал, что эти люди примкнут к Шэнь Чуньханю, к тому же за каждым из тех акционеров тянулся шлейф темных делишек, и в руках Шэнь Цзиня уже давно хранились компрометирующие их материалы.

Разбираться со всеми этими делами весь сегодняшний день было поистине изнурительно для душевных сил Шэнь Цзиня.

Уже подъезжая к месту, Чэнь Е спросил:

— Господин Шэнь, мы едем в особняк или в отель?

Шэнь Цзинь бросил коротко:

— В отель.

Чэнь Е направил машину в сторону гостиницы.

Но Шэнь Цзинь передумал:

— Возвращаемся в особняк.

В отеле было слишком пустынно.

Чэнь Е крутанул руль, меняя направление.

Когда машина подъехала ближе, Чэнь Е вдруг заметил во дворе какую-то фигуру и тотчас насторожился: кто это вздумал околачиваться возле особняка посреди ночи?

Шэнь Цзинь, судя по всему, тоже разглядел этот силуэт, подозрительно фланировавший туда-сюда по лужайке.

Кроме газона, во дворе не было никакой растительности, так что вся территория просматривалась как на ладони.

Подъехав ближе, они с удивлением поняли, что блуждающей в ночи фигурой был Чу И.

Что кому-то делать одному во дворе в два часа ночи? Шэнь Цзинь нахмурился.

Чу И к тому моменту уже добрых полчаса наматывал круги по двору. Лишняя энергия в значительной мере испарилась, и хотя внутри все еще ощущался легкий зной, стало гораздо легче.

Он как раз собирался перевести дух, как вдруг его ослепил яркий луч фар, полоснувший по лицу, и Чу И инстинктивно заслонил глаза рукой.

Когда автомобиль плавно затормозил, Шэнь Цзинь вышел наружу.

Чу И замер. Так поздно Шэнь Цзинь вернулся домой... Неудивительно, что в первое время после переезда в дом семьи Шэнь он подолгу не мог застать его дома.

Шэнь Цзинь окинул его пристальным взглядом:

— Что ты здесь делаешь?

Чу И ответил:

— Бегаю.

— Бегаешь? Посреди ночи?

В глазах Шэнь Цзиня читалось явное недоверие.

Бегать во дворе глубокой ночью — в такое никто бы не поверил, тем более что за столь долгое время, пока Чу И жил здесь, никто ни разу не видел его за ночными пробежками, а тем более в столь поздний час.

Чу И закусил губу, понимая, что Шэнь Цзинь ему не верит. По правде говоря, окажись он на месте Шэнь Цзиня, он бы и сам себе не поверил.

Поколебавшись, стоит ли говорить правду, он бросил быстрый взгляд на суровые глаза Шэнь Цзиня.

Чу И тихо пробормотал:

— Потому что... мне было слишком жарко.

Шэнь Цзинь продолжал сверлить его взглядом, казалось, пытаясь заглянуть ему в душу. От этого холодного, пронизывающего взгляда становилось не по себе, и под таким прицелом Чу И чувствовал себя как на иголках.

Чу И был уже на грани слез, его глаза покраснели:

— Вечером я съел четыре ребрышка... объелся баранины, и посреди ночи меня пробрало от жары.

И тут Чу И заметил, как уголки губ Шэнь Цзиня чуть-чуть дрогнули.

Чу И широко распахнул глаза: неужели Шэнь Цзинь... улыбается?!

Во время завтрака Чу И снова столкнулся с Шэнь Цзинем.

Вчера тот вернулся так поздно, а сегодня все равно поднялся спозаранку.

Поздоровавшись с Шэнь Цзинем, Чу И принялся за еду, но на этот раз так и не осмелился поднять на него взгляд — вид у него был такой, будто он совершил какой-то грех.

Сам же Шэнь Цзинь оставался всё таким же холодным и отстраненным, как и всегда.

За столом царила тишина, нарушаемая лишь звуками еды.

Управляющий Вэнь, не зная причины, лишь недоумевал: с чего это вдруг между ними снова повисло такое странное напряжение? Еще пару дней назад отношения казались вполне теплыми, так почему же сегодня Чу И опять принялся бояться Шэнь Цзиня и даже носа поднять не смеет?

Он и не догадывался, что Чу И избегал смотреть на Шэнь Цзиня вовсе не из страха, а от банального смущения.

Уткнувшись носом в тарелку с рисовой кашей на свинине с яйцом пашот, Чу И украдкой скосил глаза на Шэнь Цзиня.

Шэнь Цзинь посмотрел на него, и его губы снова едва заметно шевельнулись.

На этот раз Чу И рассмотрел все отчетливо: выражение лица Шэнь Цзиня было точно таким же, как вчера. Ему не показалось — Шэнь Цзинь действительно улыбался.

Уши Чу И мгновенно залились яркой краской, взгляд заметался. Он снова уткнулся в кашу, потеряв всякую смелость даже взглянуть на другие угощения на столе.

Брови Шэнь Цзиня чуть приподнялись.

Сегодня на завтрак дядя Вэнь приготовил шэнцзяньбао — круглые, пухлые жареные пирожки с хрустящей корочкой снаружи и нежной начинкой внутри.

Они источали невероятный аромат, и стоило Чу И съесть один, как во рту осталось долгое послевкусие. Чу И украдкой сглотнул слюну, назло которому блюдо с пирожками стояло ближе всего к Шэнь Цзиню — прямо перед ним. Если бы он вздумал потянуться за пирожком, ему неизбежно пришлось бы махать руками перед самым носом Шэнь Цзиня, а сейчас Чу И больше всего на свете хотел стать невидимкой в его присутствии.

Потерпев немного, Чу И заставил себя сделать пару глотков каши. Рыбный суп с кашей тоже был неплох, но шэнцзяньбао буквально манили его к себе.

Периферическим зрением Чу И заметил, как Шэнь Цзинь подцепил палочками один из пирожков, и подумал про себя: раз Шэнь Цзинь сейчас занят едой, он ведь наверняка не обращает на него внимания?

Как ни было стыдно, но соблазн свежих пирожков оказался слишком силен.

Успокоив нервы, Чу И взял палочки и, стараясь придать лицу невозмутимый вид, быстро протянул руку к тарелке перед Шэнь Цзинем, подцепил пирожок и мгновенно утащил его к себе.

В этот момент Шэнь Цзинь негромко произнес:

— Тебе всё еще жарко?

От неожиданности палочки дрогнули, и аппетитный пирожок сочным шлепком плюхнулся обратно в миску.

Управляющий Вэнь никак не мог взять в толк, с чего это Шэнь Цзинь вдруг выдал такую фразу. Не успел он раскрыть рот, как услышал голос Чу И:

— Н-нет, уже не жарко.

Шэнь Цзинь кивнул:

— Вот и хорошо.

Управляющий Вэнь перевел озадаченный взгляд с Шэнь Цзиня на Чу И: неужели между ними произошло что-то, о чем он ни сном ни духом?

Шэнь Цзинь ел быстро и вскоре вышел из-за стола, и только тогда Чу И смог нормально поесть.

Иначе в присутствии Шэнь Цзиня кусок не лез ему в горло.

Чу И подцепил еще один шэнцзяньбао — до чего же они были вкусными! — но не успел он сделать и первого куска, как Шэнь Цзинь снова вернулся.

Чу И замер с набитыми щеками, хлопая ресницами и вперив взгляд в одну точку, точь-в-точь как перепуганный хомяк.

Уголки губ Шэнь Цзиня вновь едва заметно дрогнули, и он спокойно произнес:

— Скоро я отвезу тебя в колледж.

Сказав это, он развернулся и ушел. Управляющий Вэнь расплылся в довольной улыбке: похоже, он зря накручивал себя, отношения у них вполне хорошие, раз уж Шэнь Цзинь сам вызвался подвезти Чу И на учебу. Как он и говорил, Шэнь Цзиню наверняка нравится Чу И.

Однако вид у самого Чу И был вовсе не таким безмятежным, как у управляющего Вэня. Он понятия не имел, с какой стати Шэнь Цзинь вдруг решил отвезти его в колледж — уж не из-за ли вчерашнего происшествия?

Неужели он разозлил Шэнь Цзиня прошлым вечером? Вспомнив тот момент, он содрогнулся: тогда он так перепугался, что у него даже глаза покраснели.

Чу И тоскливо подумал: зря он все-таки пошел бегать во двор, не столкнулся бы с Шэнь Цзинем — и не навлек бы на себя его гнев. Вдруг Шэнь Цзинь собирается отчитывать его прямо в машине?

С поникшим видом Чу И забрался в машину, устроился рядом с Шэнь Цзинем и послушно стал ждать разноса.

Шэнь Цзинь отложил в сторону планшет и бросил взгляд на притихшего Чу И: тот сидел, послушно хлопая ресницами, сжав губы в тонкую ниточку, и казалось, еще секунда — и из его глаз брызнут слезы.

http://bllate.org/book/37989/4754721