Готовый перевод The Nice Guy Targeted by His Creepy Roommate / Тихоня под прицелом: Опасная одержимость соседа: Глава 3

Формальности при первом добавлении в друзья подошли к концу. Ши Няньань отложил телефон, собираясь в душ. Его рука только коснулась пижамы, как он замер и вежливо спросил:

— Вы собираетесь в ванную?

Фан Ичжэ, погруженный в бескрайний океан книг, даже не поднял головы:

— Я уже умылся, пользуйся.

Ши Няньань посмотрел на Цинь Юаня. Тот ответил:

— Я не буду, иди ты.

Успокоившись, Ши Няньань взял пижаму с банным полотенцем и направился в ванную. Она располагалась ближе к спальному месту Цинь Юаня, так что по пути ему неизбежно пришлось пройти мимо.

Цинь Юань перехватил Ши Няньаня, сунул ему в руку какую-то вещицу и негромко сказал:

— Водонепроницаемый.

Ши Няньань раскрыл ладонь и узнал пластырь. Перед глазами снова всплыла сцена сегодняшнего дня, щеки залил румянец, и он, едва ли не спасаясь бегством, вбежал в ванную.

На пластыре красовался милый мультяшный узор, совершенно не вяжущийся с привычным стилем Цинь Юаня. Наверное, он покупал его не глядя, или в аптеке остался только такой, подумал Ши Няньань.

Ши Няньань не придавал особого значения порезу на пальце, но все же распаковал пластырь и заклеил ранку.

Пластырь надежно защитил палец от струй воды. Закончив мыться и переодевшись в пижаму, Ши Няньань вышел из ванной.

Его пижама была куплена уже несколько лет назад и бессчетное количество раз стиралась: воротник выцвел и сильно растянулся. С кончиков его свежевымытых волос капала вода, стекая на ключицы и исчезая в глубине выреза. Обернувшись, Цинь Юань как раз застал эту картину, невольно сглотнул, ощутив легкую сухость во рту.

Кровь Ши Няньаня была сладкой... а как насчет всего остального? Неужели он весь такой же сладкий?

При этих мыслях взгляд Цинь Юаня сам собой наполнился хищным, агрессивным блеском — точно охотник, заприметивший добычу.

Почувствовав неладное, Ши Няньань обернулся, но увидел лишь то, как Цинь Юань склонил голову над телефоном. Его пальцы стремительно порхали по экрану — судя по всему, с кем-то переписывался.

Заподозрив у себя паранойю, Ши Няньань вернулся на свое место и сел. Ученик, с которым у него сегодня было занятие по репетиторству, прислал фотографию математической задачи. Ши Няньань написал на черновике подробное решение и отправил собеседнику. В ответ школьник прислал милый стикер со словом спасибо.

На стикере была изображена кошка с синим крестообразным узором на макушке — точь-в-точь как на пластыре, что был у него на пальце. Из любопытства Ши Няньань поинтересовался: [Что это за персонаж?]

Ученик ответил: [Его зовут Сяо Ба, это котик, персонаж из Тикавы, разве он не милашка?]

Ши Няньань отправил еще несколько стикеров подряд и сообщил: [Мама сказала, если по математике в этом полугодии будет выше 120 баллов, она отвезет меня в Страну Сакуры и разрешит накупить мерча сколько душе угодно, так что учителю придется постараться и вытянуть меня!]

Немного подумав, Ши Няньань напечатал: [Будем стараться вместе!]

Ученик радостно прислал стикер с подтверждением, пожелал учителю спокойной ночи и вышел из сети.

Пришло время ложиться спать. Ши Няньань поднялся, собираясь забраться по лестнице на свою кровать, но в этот момент Цинь Юань тоже встал и подошел к ступенькам.

Их спальные места находились вплотную друг к другу и делили одну лестницу на двоих. Ши Няньань отступил на полшага назад, жестом предлагая Цинь Юаню подняться первым.

— Лезь ты, — отрезал Цинь Юань голосом, не терпящим возражений.

Послушавшись, Ши Няньань босиком ступил на ступеньку. Когда он взялся руками за перила, пижама задралась вверх, обнажая полоску нежной, безупречно белой талии, от которой слепило глаза.

То ли от излишнего волнения, то ли по другой причине, но Ши Няньань оступился. В тот самый миг, когда он уже летел вниз, Цинь Юань поспешно подхватил его корпусом, и Ши Няньань с размаху плюхнулся прямо на плечо Цинь Юаню.

На вид Ши Няньань казался очень худым, но на ягодицах нашлось немало мягких тканей. Цинь Юань крепко обхватил его за талию, не давая соскользнуть вниз.

Лицо Ши Няньаня мгновенно залило краской, он чувствовал, как пылает всё тело. Торопливо взбравшись наверх, он опустился на колени в ногах кровати и пробормотал Цинь Юаню:

— Прости.

Мягкое и гладкое ощущение под пальцами исчезло, а промелькнувший в мгновение ока нежный аромат развеялся без следа. Цинь Юань дважды шумно втянул воздух носом, но уловить хоть какой-нибудь запах уже не смог.

Подавшись инстинкту, он спросил:

— Ты пользовался духами?

Влажные после душа глаза Ши Няньаня выглядели невероятно наивными. Он помотал головой и ответил:

— Нет.

Выдержав секундную паузу, он робко переспросил:

— От меня чем-то пахнет?

Цинь Юань наотрез отрезал:

— Нет.

В голосе послышался легкий холодок.

Мгновение назад возникшая пикантная двусмысленность показалась лишь игрой воображения, и Ши Няньань с облегчением забился под одеяло.

Как только Цинь Юань тоже улегся, Фан Ичжэ выключил свет.

В целом режим дня в этой комнате оказался на редкость здоровым, а отношения между соседями — вполне гармоничными. Ши Няньань остался очень доволен.

А вот Цинь Юань не был доволен ни капли. Кровать оказалась слишком тесной, ворочаться — и то целое испытание, а хуже всего то, что с его ростом в метр восемьдесят восемь вытянуться на двухметровой койке не получалось от слова совсем.

Если бы не Ши Няньань, Цинь Юань ни за что не переехал бы в общежитие.

Фан Ичжэ был образцом железобетонной дисциплины: были пары или нет, он неизменно отправлялся на учебу или в библиотеку, к тому же вставал спозаранку.

Когда Ши Няньань проснулся, Фан Ичжэ уже собирался уходить, а Цинь Юань все еще спал.

Поскольку Фан Ичжэ отсутствовал, Ши Няньань бросил взгляд наверх и, убедившись, что Цинь Юань действительно еще не проснулся, переоделся прямо у себя внизу.

Стоило Цинь Юаню открыть глаза, как его взору предстала огромная площадь безупречно белой кожи. В голове Цинь Юаня сам собой всплыл чэньюй — краше инея, белее снега.

Не заметив, что Цинь Юань уже проснулся, Ши Няньань переоделся и выскользнул за дверь. Цинь Юань спустился с кровати и, глядя на место Ши Няньаня, вспомнил вчерашнюю сладость на губах и ночной аромат, заполнивший его носовые ходунки. Словно зачарованный, он, подобно щенку, проследовал по следамзапахов от стола на первом ярусе до самого постельного белья.

На столе, помимо необходимых для учебы вещей, не было ни лишнего хлама, ни каких-либо запахов. Зато постель впитала в себя куда больше ауры Ши Няньаня — в воздухе чудился еле уловимый сладковатый шлейф.

Подняв пижаму Ши Няньаня, Цинь Юань поднес ее к самому носу и слегка повел носом. Одурманивающий аромат заставил его невольно уткнуться лицом в ткань и сделать глубокий вдох.

Спустившись на первый этаж, Ши Няньань вдруг вспомнил, что забыл кружку, и торопливо побежал обратно. Дверь комнаты не была заперта, и едва Ши Няньань распахнул ее, как предстал перед зрелищем: Цинь Юань прижимал к лицу его пижаму и внюхивался в нее.

Испугавшись до полусмерти, Ши Няньань почувствовал, как сердце пропустило удар, и запинаясь выдавил:

— Что ты делаешь?

Цинь Юань никак не ожидал, что Ши Няньань вернется так быстро, однако сохранил железобетонное самообладание. Нервы у него оказались отменными, и он невозмутимо пояснил:

— Твоя пижама упала, я поднял ее.

Правда ли это? Ши Няньань вспоминал добрых полминуты, но так и не припомнил, чтобы его пижама хоть как-то угрожала упасть.

Положив вещь на место, Цинь Юань перевел тему, перехватив инициативу:

— Забыл что-то?

— Кружку.

Увидев чашку на столе, Ши Няньань переключил внимание, схватил ее и сунул в рюкзак.

В этот самый момент в дверь постучали, и раздался голос Лин Юньчжи:

— Цинь Юань, ты собрался? О, дверь не заперта, я вхожу.

Створка отворилась. Поняв, что в комнате кто-то есть, Лин Юньчжи чуть посерьезнел:

— А, твой сосед тоже здесь.

Ши Няньань не слишком умел общаться с малознакомыми людьми. Бубнив короткое «угу», он молча выскользнул из комнаты.

Шагая по дороге, он не мог выбросить Цинь Юаня из головы. Вчера тот сначала посасывал его палец, а сегодня тайком нюхал его пижаму — как ни посмотри, а Цинь Юань смахивал на извращенца.

Но кто такой Цинь Юань? Любимец всей школы, всеобщий кумир, к тому же с богатейшим папашей за спиной — с чего бы ему зариться на такого серого и незаметного человека, как он?

Ши Няньань решил, что у него просто разыгралось воображение, и помотал головой, пытаясь выгнать из головы абсурдные домыслы.

Однако у головы были свои планы. На утренней лекции Ши Няньань то и дело выпадал из реальности, пока сосед по парте не ткнул его локтем, возвращая к действительности.

Однокурсник попросил слайд презентации, которую тот только что показывал, и Ши Няньань переслал ему сделанные на телефон снимки.

Поскольку всё свободное время Ши Няньань тратил на подработки, он всегда держался особняком. Сидевший рядом Чжуан Шэн был едва ли не единственным человеком, с которым у него сохранялись относительно близкие отношения. Услышав о вчерашнем переселении Ши Няньаня в другую комнату, он поинтересовался, в чем дело.

Нахмурившись и не желая вдаваться в подробности, Ши Няньань отделался дежурной отговоркой. Чжуан Шэн понял намек и допытываться не стал.

Утренние занятия подошли к концу, и Чжуан Шэня позвала обедать девушка. Перед уходом он достал бутылочку овощного сока и сунул ее Ши Няньаню:

— Вторая по акции за полцены, подруга купила, а я такую гадость не люблю, выручай, допей за меня.

Ши Няньань знал, что Чжуан Шэн предпочитает газировку. Пока тот был холостяком, они часто обедали вместе, но теперь, когда Чжуан Шэн завел девушку, Ши Няньань снова ел в одиночестве.

В столовой в обед было не протолкнуться. Взяв порцию маленьких вонтонов, Ши Няньань отыскал свободный столик и сел.

Цинь Юань и Лин Юньчжи направлялись к столовой. Не желая толкаться в толпе впереди, они не спеша плелись позади, свернув по пути в мини-маркет за напитками.

В разгар обеденного часа в магазинчике тоже толпился народ. Лин Юньчжи наугад схватил две бутылки фруктово-овощного смузи, расплатился на кассе самообслуживания, сунул одну Цинь Юаню и предложил:

— Пойдем на первый этаж в буфет со свободной раздачей, в других окнах сейчас не протолкнуться.

Цинь Юань не возражал: что бы ни ел Лин Юньчжи, он ел то же самое. В конце концов, любая еда казалась ему абсолютно безвкусной — он даже лишен был возможности прочувствовать всю унылость процесса, похожего на жевание опилок.

Они с Лин Юньчжи были знакомы еще со старшей школы. Сошлись они не сразу, но благодаря крепкой дружбе и общим приятелям Лин Юньчжи знал о жизни Цинь Юаня практически всё.

Хлеб всему голова, и для Лин Юньчжи еда стояла на первом месте в жизни, а вот Цинь Юань, наз зло, не обладал ни вкусом, ни обонянием — ходячий баг природы.

Поначалу Лин Юньчжи не верил, но, заметив, что Цинь Юань поглощает любую пищу с совершенно непроницаемым, каменным лицом, словно робот, был вынужден смириться с этим фактом.

Поскольку у Цинь Юаня не было никаких пищевых предпочтений, Лин Юньчжи никогда не спрашивал его мнения по поводу меню — всё равно тот неизменно отвечал, что будет то же самое, что и у него.

Просидев всю первую половину дня на профильных лекциях, Лин Юньчжи проголодался так, что кишки сводило. В столовой как раз ввели новое фирменное блюдо: жареная горная дыня с питайей — ярко-красная и ядовито-зеленая палитра выглядела шокирующе вычурно. Одержимый тягой ко всему странному, Лин Юньчжи ради эксперимента заказал себе порцию.

И конечно же, Цинь Юань, даже не взглянув на поднос, бросил тетке-раздатчице:

— Мне то же самое, что и ему.

http://bllate.org/book/37941/4748918