Готовый перевод My Younger Husband is a Cool Dog / Мой муж — дерзкий бунтарь: Глава 8

Прошло, пожалуй, секунды три-четыре, прежде чем Цзян Лин последовал словам собеседника:

— Хо дядя, я тут подумал, и вы правы: если не попробовать самому, то считай, зря приехал.

Хо Цзюньнянь с улыбкой произнес:

— Тогда ступай, попытай счастья.

Он проводил взглядом удаляющуюся фигуру юноши.

Вскоре Цзян Лин вышел, переодевшись в гоночный комбинезон.

Тогда раздался чистый голос юноши:

— Хо дядя, я готов.

Услышав его, Хо Цзюньнянь поднял голову, и в его глазах тут же мелькнуло искреннее восхищение.

Юноша снял с лица черные очки в оправе, явив миру свое изящное лицо. Красный гоночный костюм идеально подчеркивал его превосходное телосложение: широкие плечи, узкая талия и длинные ноги приковывали к себе все взгляды — совсем не тот образ, что он демонстрировал до этого.

По-настоящему крутой и дерзкий.

— А-Лин, этот гоночный костюм тебе очень к лицу. Выглядишь здорово.

Неожиданно услышав похвалю от Хо Цзюньняня, Цзян Лин невзначай встретился с ним взглядом — в тех глубоких, завораживающих персиковых глазах, — и его сердце на мгновение пропустило удар.

Он поспешно отвел глаза в сторону, чувствуя себя неуверенно, но тут же подумал, не слишком ли наигранно это выглядит, снова перевел взгляд и несколько секунд изучал собственные носки.

Как ни старался он скрыть смущение, зардевшийся румянец на щеках утаить не удалось.

Хо Цзюньнянь смотрел на опустившего голову юношу, чье лицо покраснело от одной лишь его фразы.

Всё-таки это был еще совсем застенчивый мальчишка.

Словно пытаясь укрыться от чужого взгляда, Цзян Лин бросился к машине и, почти спасаясь бегством, устроился на пассажирском сиденье вслед за инструктором.

Вскоре гоночный автомобиль сорвался с места, и мощная перегрузка мгновенно заставила его забыть о недавнем неловком смущении.

Обычно подобные перегрузки вызывают у новичков легкое головокружение, но Цзян Лин ничего подобного не испытывал — восторг полностью заглушил укачивание.

Быстро преодолев круг, они вернулись к финишу.

Хо Цзюньнянь всё это время ждал неподалеку. Однако юноша из машины всё не выходил, и он с легкой тревогой направился к нему.

Скорость и перегрузки на гоночной трассе велики, и тем, кто пробует впервые, бывает непросто адаптироваться; он боялся, как бы с Цзян Лином чего не случилось.

— А-Лин, ты в порядке?

В этот момент Цзян Лин еще не до конца отошел от послевкусия бешеной скорости и адреналина, а потому выпалил:

— Как же захватывающе!

Это было просто невероятно круто!

Настолько здорово, что ему хотелось повторить заезд.

Цзян Лин возбужденно повернулся и нос к носу столкнулся с мягким, улыбающимся взглядом. Он никак не ожидал застать Хо Цзюньняня здесь и в тот же миг окаменел.

!!!

Спохватившись, он тут же стер с лица улыбку, пару секунд судорожно подбирал слова, а затем выдавил из себя неловкое подобие улыбки:

— ...Меня немного испугало.

Хо Цзюньнянь успокоил его:

— Это нормально, в первый раз всегда немного тяжело.

Цзян Лин лишь слепо кивал, выражая полное согласие.

— А-Лин, а ты уже получил права?

Вообще-то Цзян Лин планировал сдать на них в этом году, но отец забрал его в Город А, так что пока никакой возможности не было.

— Еще нет.

— И когда же ты собираешься сдавать? После окончания старшей школы — самое время.

— На месте разберемся.

При этих словах Хо Цзюньнянь о чем-то задумался. Его взгляд упал на ноги юноши, и он поинтересовался:

— Раньше твой отец говорил, что ты повредил ногу. Как она сейчас, не осталось ли каких-то последствий? У меня есть знакомые специалисты, не хочешь пройти повторное обследование?

Услышав это, Цзян Лин замер, и на его лбу выступила испарина.

— Спасибо за заботу, не нужно. Врачи говорят, с ногой всё в абсолютном порядке, зажило прекрасно.

Заметив капельки пота на лбу юноши, Хо Цзюньнянь заботливо предложил:

— Устал? Не хочешь присесть где-нибудь поблизости?

— Давай.

Немного отдохнув, Хо Цзюньнянь предложил:

— А-Лин, проголодался?

Цзян Лин только сейчас заметил, как быстро летит время.

В мгновение ока наступил полдень.

— Хорошо, поехали пообедаем.

По дороге к ресторану Хо Цзюньнянь заговорил:

— Тебе понравилось то, что я придумал сегодня? Я помню, в детстве ты очень любил фильм Скорость и ветер и говорил, что, когда вырастешь, хочешь стать гонщиком, вот я и привез тебя на трек.

Услышав это, Цзян Лин остолбенел.

Он никак не ожидал, что тот до сих пор помнит его детские слова.

Не ожидал, что собеседник помнит фильм, который они когда-то смотрели вместе, и помнит его мимолетную детскую мечту.

Его приподнятое настроение вмиг улетучилось.

Он не мог подобрать слов, чтобы описать свое нынешнее состояние. Если попытаться выразить это образно, ощущения были такими, будто он выпил целую бутылку газировки, полной непрекращающихся пузырьков.

В груди одновременно кисло и щемило.

— Спасибо за организацию, вы вложили столько сил, всё прекрасно, я очень благодарен, но...

Голос Цзян Лина дрогнул, длинные ресницы слегка затрепетали.

— Но люди ведь меняются. Мне это уже не так интересно.

Хо Цзюньнянь удивленно приподнял бровь.

Его взгляд скользнул по фигуре Цзян Лина, но больше он ничего не сказал.

Вскоре они прибыли в ресторан — известное в этих краях заведение.

Устроившись в отдельном кабинете, Хо Цзюньнянь заглянул в меню и заметил:

— Помню, в детстве ты любил острое?

Тело Цзян Лина напряглось, он почувствовал на себе пристальный взгляд мужчины.

— В детстве действительно любил, но сейчас ем меньше. Вкусы человека не могут оставаться неизменными навсегда, ведь так, Хо дядя?

Да и он сам уже не тот, что в детстве.

Услышав это, Хо Цзюньнянь на секунду замер, а затем его губы тронула улыбка. Глядя на Цзян Лина, он мягко спросил:

— А какие вкусы у А-Лина теперь?

Цзян Лин потер кончик пальца и, опустив глаза, ответил:

— Наверное, сладкое...

Хо Цзюньнянь кивнул и небрежно захлопнул меню.

Посмотрев на сидевшего перед ним юношу, он задумчиво произнес:

— Похоже, за эти годы А-Лин и правда сильно изменился. Ты прав, то, что нравится в детстве, вовсе не обязательно будет нравиться в зрелом возрасте. Мне не следовало примерять твои детские привычки на повзрослевшего тебя.

— Чуть позже мы сможем поговорить о том, что тебе нравится сейчас. Мне очень интересны твои нынешние предпочтения.

От этих слов сердце Цзян Лина забилось быстрее.

Он почти не смел поднять глаза и встретиться с ним взглядом.

Спустя какое-то время он тихо кашлянул и, слегка покраснев, произнес:

— На самом деле... тут особо не о чем говорить, просто кое-какие вкусы отличаются от детских.

— Так что же тебе нравится теперь? Чтобы в следующий раз, когда мы куда-нибудь соберемся, я мог всё заранее спланировать.

— В следующий раз?

Дыхание Цзян Лина перехватило. Разве они собираются куда-то выбираться вместе и в будущем?

Под внимательным взглядом Хо Цзюньняня ему пришлось скрипя сердцем на ходу выдумать пару вещей.

Наконец, день прогулок подошел к концу, и когда они вернулись к Сеемье Бай, уже стояла глубокая ночь.

Машина Хо Цзюньняня остановилась у ворот дома.

Цзян Лин мысленно перевел дыхание.

Строго говоря, сегодняшняя поездка не была утомительной — почти всё планировалось с учетом его собственных интересов. И все же притворяться весь день — занятие не из легких.

Из-за того, что маску пришлось носить так долго, у него, казалось, даже онемели мышцы лица.

— Спасибо Хо дяде за сегодняшний день, я отлично провел время.

Произнеся это вежливую фразу, Цзян Лин собирался попрощаться.

Сидевший за рулем Хо Цзюньнянь молчал. Он тихо сидел в салоне, наполовину скрытый тенью, и в полумраке его красивые черты лица казались чуточку демоническими.

Однако Цзян Лин отчетливо чувствовал, что тот смотрит на него. На этот раз взгляд был совсем другим — в нем явно ощущалось давление.

Он занервничал и невольно сглотнул слюну.

Это заставило Цзян Лина поддаться внезапному порыву просто сбежать.

— Дядя, пока!

Бросив это, он тут же ухватился за ручку двери, намереваясь выскочить наружу.

Заметив это, Хо Цзюньнянь прищурился, а уголки его губ изогнулись в подобии усмешки.

В следующее мгновение чья-то сильная рука перехватила запястье Цзян Лина. Тепло чужой ладони, коснувшейся кожи, заставило его затылок онеметь, а тело — вмиг замереть на месте.

А у самого уха раздался низкий, чувственный голос мужчины:

— Раз уж сегодня было весело, неужели А-Лин все еще меня ненавидят?

Цзян Лин оцепенел.

В конце концов, эти слова он когда-то выпалил собственными ртом:

— Хо Цзюньнянь, я ненавижу тебя!

— Давай прекратим все отношения, я больше никогда не хочу тебя видеть!

Неизвестно, сколько прошло времени.

Цзян Лин наконец шевельнулся.

Он вернулся на сиденье, отпустил дверную ручку и захлопнул дверь обратно.

В машине остались только они двое, образовав замкнутое пространство.

Повернув голову, он посмотрел на красивое и мягкое лицо мужчины. В этот момент он сбросил маску, которую носил весь день, и на его лице почти не отражалось эмоций.

Тусклый свет в салоне размывал большую часть его черт, скрывая истинные чувства.

— Больше не ненавижу, — произнес он.

Если быть точным, ненавидеть он перестал уже давно, скорее даже успел пожалеть.

Встретившись с глубоким и нежным взглядом Хо Цзюньняня, Цзян Лин принес извинения за свое прежнее безрассудство:

— Хо дядя, тогда я был маленьким, неразумным и говорил не подумав, поэтому наговорил столько обидных слов.

— Прости меня.

Закончив эту фразу, он почувствовал, как с плеч словно свалился тяжелый груз.

В салоне снова воцарилась тишина.

— А я думал, ты назовешь меня братом?

Хо Цзюньнянь легко усмехнулся.

— Братом?

Услышав это обращение, Цзян Лин вздрогнул.

Брат.

Это прозвище...

Было их тайным уговором из далекого детств.

Одно это слово мгновенно перенесло воспоминания Цзян Лина на восемь лет назад.

http://bllate.org/book/37934/4748023