Готовый перевод The Cultivation World Is Waiting for Me to Feed Them Today / Мир культивации и сегодня ждёт, пока я его покормлю: Глава 19

Пэй Хуайчжи замолчал и приковал к собеседнику внимательный взгляд. Он не желал упустить ни малейшей перемены в лице Чу Цинлиня.

С этим новым учеником явно было что-то не так.

Ещё в тайном царстве Пэй Хуайчжи ощутил нечто странное. И угощение деликатесами, чтобы усыпить бдительность, и осторожный уход подальше от остальных учеников Пика Поглощения Пищи — всё делалось ради того, чтобы в подходящий момент задать главный вопрос.

Впрочем, злодеем этот парень не выглядел.

Пэй Хуайчжи чувствовал: тот не замышляет против их пика ничего дурного. Более того, он успел немало помочь.

Однако и мрачная, давящая аура, которую юноша едва удерживал, и мельком блеснувшие в уголках его глаз золотистые узоры, и филигранный контроль духовной энергии — всё это заставляло держать ухо востро.

А уж когда Пэй Хуайчжи всматривался в это чертовски привлекательное лицо, выделявшееся красотой даже по меркам мира заклинателей...

«Такой статус, такой характер, такая внешность... Неужели он главный герой какой-нибудь кровавой драмы о мести?»

Улыбка на губах Чу Цинлиня замерла. Он чуть прищурился, с откровенным любопытством разглядывая стоящего перед ним юного заклинателя.

А это любопытно.

Чу Цинлинь и впрямь особо не старался маскироваться — при его уровне культивации любой, кто проведает правду и попытается шантажировать, просто отправится на тот свет. Без лишних разговоров.

Но он никак не ожидал, что этот парень с Пика Поглощения Пищи спросит всё прямо в лоб.

Раньше Чу Цинлинь уже бывал среди людей. И все, кто начинал что-то подозревать, плели интриги, тайком собирали сведения и пытались выторговать выгоду. Он впервые встречал человека, который выложил всё напрямую.

Чу Цинлинь слегка склонил голову набок. На его губах заиграла лукавая усмешка. Взгляд с явным одобрением прошлся по фигуре Пэй Хуайчжи.

Тот действительно обладал бесполезным духовным корнем. Правда, небольшую часть этого корня кто-то заботливо исцелил — она едва заметно мерцала мягким светом. Но поскольку большая часть оставалась хаотичной и зашлакованной, это свечение глушилось. Без высокой культивации или особо пристального взгляда и не заметишь.

«До чего же необычный заклинатель. Во всём интереснее прочих».

Мысли Чу Цинлиня стремительно сменяли друг друга. В конце концов он вспомнил, что Пэй Хуайчжи недавно кормил его с рук. Алхимики славятся чутким обонянием — возможно, подойдя слишком близко, тот просто уловил знакомый запах?

Не понимая до конца подоплёки вопроса, Чу Цинлинь решил не отвечать. Он вальяжно оперся о ствол дерева у пруда и, удерживая инициативу, с усмешкой спросил:

— И на кого же, по-твоему, я похож?

«На главного героя, — мысленно ответил Пэй Хуайчжи. — На того самого героя, что пришёл разрушить мою тихую и сытную жизнь на Пике Поглощения Пищи».

Заметив, как изменились осанка и аура собеседника, Пэй Хуайчжи насторожился и без лишних экивоков выпалил:

— Твоё настоящее имя — Инь Чжан?

Чу Цинлинь замер:

—... Кто?

Услышав совершенно неожиданное имя, он на мгновение опешил. Насмешливая полуулыбка мгновенно застыла. Он перебрал десятки вариантов, но никак не ожидал столь нелепого вопроса.

Что за Инь Чжан?

И этот никчёмыш смеет сравнивать его с каким-то неизвестным?

Чу Цинлинь уставился на Пэй Хуайчжи. На его породистом лице смешались недоумение, гнев и остатки замешательства — выглядел он в этот миг почти обиженным.

Увидев эту гамму эмоций, Пэй Хуайчжи мысленно перевёл дух.

«Отлично. Точно не главный герой».

Поначалу он опасался, что парень окажется безумным антагонистом — уж больно тяжела его аура. Но, вспомнив описание настоящего злодея из книги — дикого демона, который не понимает человеческого языка, никогда не бывал в мире заклинателей и мечтает лишь устраивать кровавую резню, — Пэй Хуайчжи окончательно успокоился.

Тот злодей был невероятно горделив. С какой стати ему становиться рядовым учеником на их скромном пике, да ещё и прислуживать на кухне? Встреть они настоящего кровожадного монстра, от них бы и костей не осталось.

К тому же... Пэй Хуайчжи чувствовал, что юноша не питает к нему или к Пику Поглощения Пищи никакой вражды. А уж когда тот помогал готовить блюдо «Ложный краб», он и вовсе проявил себя с лучшей стороны.

Да он даже обещал принести свежих креветок!

Разве может такой человек быть бездумной машиной для убийств?

И всё же для верности Пэй Хуайчжи уточнил:

— А может... тебя зовут Янь Минчжу?

Память у Пэй Хуайчжи была хорошая, а имя главного злодея оригинального романа звучало слишком поэтично и мрачно.

Янь Минчжу — «угасающая свеча». Когда свеча догорит, наступит тьма. Идеальное имя для владыки тёмного Царства Демонов.

— А это ещё кто?! — Чу Цинлинь насупился. Два странных вопроса и два невиданных имени подряд окончательно испортили ему настроение. Он со сдержанным раздражением чеканно произнёс: — Меня зовут Чу Цинлинь.

Цинлинь — «нисходящий на мир».

Выделив каждое слово, он поморщился и добавил:

— И это всё? Больше тебе спросить не о чем?

Он-то ждал подробного допроса. А ведь раньше он никому не давал шанса задать хотя бы пару вопросов!

Однако, пока Чу Цинлинь ждал продолжения, карие глаза Пэй Хуайчжи вновь засияли привычной теплотой. Он с улыбкой качнул головой:

— Больше ничего важного.

У кого в наше время нет пары-тройки тайн?

Пэй Хуайчжи, конечно, хотелось узнать, что за золотые вспышки мелькали у парня в глазах и почему сильный заклинатель согласился стать новичком на их скромном пике. Но лезть в чужую душу против правил.

К тому же этот Чу Цинлинь не только помогает у очага, но и достаёт редкие ингредиенты! Какая разница, какие у него секреты, если качество жизни на пике стремительно растёт?

Пэй Хуайчжи понимающе кивнул.

Чу Цинлинь: —...?!

Не успел Чу Цинлинь вставить слово, как Пэй Хуайчжи пододвинул к нему тарелку с только что приготовленным блюдом:

— Ладно, пора есть.

— У каждого свои секреты, — тихо проговорил Пэй Хуайчжи, чуть приподняв подбородок. — Я уважаю чужие границы. Если захочешь рассказать — сам скажешь.

Его миндалевидные глаза блеснули, отражая мягкий свет:

— Ешь, а то остынет.

Чтобы добиться вкуса и текстуры настоящего крабового мяса и желтка, Пэй Хуайчжи скрепя сердце израсходовал солёное утиное яйцо, которое заготовил ещё до похода в тайное царство.

Глядя на юношу, чьё привлекательное лицо дымкой окутывал пахучий пар от пилюли «Ложного краба», Чу Цинлинь на мгновение потерял дар речи. На душе у него впервые за долгое время стало удивительно тихо и спокойно.

— До чего же пахнет! А ты замер, как истукан? — Пользуясь замешательством Чу Цинлиня, к блюду боком подполз Грязевой краб-монстр. Вытаращив глаза-бусины, он ошеломлённо пробормотал: — И как только удерживаешься?

Краб-оборотень принюхался и с удивлением признал:

— А ведь и правда... пахнет точь-и-точь как тот панцирь, что я только что сгрыз!

Он уже смирился с тем, что из великого монстра превратился в банального «краба». Со страхом взглянув на давящую ауру Чу Цинлиня, дух всё же набрался дерзости и спросил:

—... Эй, ты есть-то будешь? Брат, если не хочешь, я могу помочь...

— Буду, — отрезал Чу Цинлинь, не дав тому договорить.

Он по-собственнически притянул тарелку к себе и мгновенно отправил первую порцию в рот.

Чу Цинлинь прекрасно знал, что блюдо приготовлено из обычных яиц, но в первое мгновение замер от неожиданности.

Вкус невероятно походил на настоящую крабовую мякоть! Насыщенный, свежий аромат мгновенно заполнил всё нутро, а тонкие нотки имбиря и зелёного лука давали лёгкую пикантную остроту, полностью перебивая яичный запах.

И всё же текстура отличалась.

В отличие от упругого, волокнистого крабового мяса, белок таял на языке невесомой, нежной негой. А золотистый желток, плотный, сочный и слегка крупитчатый, давал густой, обволакивающий вкус, очень близкий к настоящему крабовому жиру. Но без излишней тяжести — скорее сдержанный, глубокий и согревающий.

Невероятное лакомство, какого он никогда не пробовал.

Силы Владыки полностью восстановились, а благодаря этой пилюле, соперничающей с крабом, в душевном состоянии воцарилась редкая гармония.

Сидя у пруда и смакуя угощение под взглядом Пэй Хуайчжи, Чу Цинлинь неожиданно почувствовал порыв поделиться этой умиротворённостью.

Поскольку сил у него теперь было в избытке, требовалось лишь крошечное усилие воли, чтобы сформировать духовного двойника. Чу Цинлинь едва заметно повеёл пальцем, направив каплю духовной энергии, и в нескольких шагах от них из воздуха соткался маленький серый щенок.

— Помнишь его? Это... — начал было Чу Цинлинь, намереваясь признаться, что щенок — его воплощение.

Но не успел он договорить, как глаза Пэй Хуайчжи вспыхнули радостным блеском. Выдав восхищённый возглас, заклинатель тут же принялся ласково трепать щенка за ушами.

Чу Цинлинь, ощутивший эти прикосновения одновременно и телом, и разумом двойника, обомлел.

— Мы ушли в тайное царство и не виделись целых несколько дней, — ласково прошептал Пэй Хуайчжи, почесывая пёсика. — Скучал по мне?

И Чу Цинлинь, и щенок одновременно впали в ступор.

Глядя на блестящие глаза-бусины щенка, Пэй Хуайчжи чувствовал, как тает его сердце.

— Кажется, ты немного подрос!

Он порылся в пространственном мешочке и достал отложенное мясо из крабовых клешней:

— Осталось немного, но в следующий раз приберегу побольше. Ешь скорее, пока не остыло.

Чу Цинлинь уставился на Пэй Хуайчжи, округлив глаза.

«У тебя же... больше ничего не оставалось?!»

Опасаясь, что щенок испугается незнакомца, Пэй Хуайчжи, нагладившись вдоволь, тихим голосом представил его:

— Не бойся, это наш новый ученик.

Затем, вспомнив, что отвлёкся, Пэй Хуайчжи виновато посмотрел на Чу Цинлиня:

— Прости, я перебил. Что ты хотел сказать? Ты тоже знаешь Сяо Хуэя?

—... Можно и так сказать, — с трудом выдавил Чу Цинлинь, качнув головой.

Пэй Хуайчжи мысленно окончательно утвердился в мысли: плохого человека собаки любить не будут!

— Я хотел назвать его Ванцаем, но, кажется, кличка ему не особо понравилась, — добавил Пэй Хуайчжи. — А ты не знаешь, как его зовут?

Чу Цинлинь едва заметно качнул головой.

Всё желание признаться испарилось без остатка под звуками этих нелепых кличек: «Сяо Хуэй», «Ванцай»...

Стыд. Какой несказанный стыд!

Великий Владыка Демонов впервые в жизни решил отступить.

Пэй Хуайчжи с открытой улыбкой поманил его рукой:

— Хочешь покормить его вместе со мной?

Чу Цинлинь: —...

А наблюдавший за этой историей от начала и до конца Краб-оборотень пребывал в глубочайшем шоке. Выпучив свои глаза-бусины, он ошарашенно шептал:

— Неужели... так вообще можно было?!

Добродушный заклинатель ничего не понял, зато он, демонический краб, раскусил всё сразу!

Какой ещё щенок?! Это же воплощение духовного двойника стоящего рядом монстра!

Краб жалел лишь о том, что его собственной культивации хватало максимум на превращение в крошечного крабика. Попробуй он показаться в таком виде перед заклинателем — его бы тут же сварили на пилюли!

С завистью глядя, как щенок уплетает крабовые клешни за обе щеки, грязевой краб мысленно взвыл:

«Вот уж воистину: сравнить демона с демоном — только душу растравить! Я тоже хочу двойную порцию!»

***

Спустя несколько дней в ордене вывесили результаты первого тура Великого состязания пиков.

— Второй пик! Мы сохранили статус Второго пика!

Поскольку результат был предсказуем, к доске объявлений отправились только любители суеты — Е Гуаньюй и старший ученик Пэй Хуайчжи. Остальные ученики Пика Поглощения Пищи остались дома: кто ухаживал за посевами, кто обрабатывал рисовые чеки, размеренно готовясь к следующему походу в тайное царство.

— Старший брат Пэй, это потрясающе! — возбуждённо воскликнул Е Гуаньюй, изучив списки. — Пик Поглощения Пищи отстоял своё место!

Он гордо вскинул подбородок. Хотя к ордену в целом Е Гуаньюй особых чувств не питал, к родной обители привязался всей душой. С вызовом оглядев адептов с других пиков, юноша просиял.

В ордене хватало злопыхателей, предрекавших им крах. Учитель пропал, прежние ученики разбежались, а новых набрали прямо перед состязанием — без сплочённости и сыгранности. Все были уверены, что Пик Поглощения Пищи вылетит в Третий эшелон. Многие пики уже точили зубы на освобождающиеся привилегии.

Но кто же мог подумать, что им выпадет небывалая удача? В тайном царстве на них напал грязевой краб-монстр, разрушивший весь иллюзорный мир!

Случай один на тысячу лет!

К счастью, старейшина своевременно вмешался, и ученики всех четырёх пиков не просто уцелели, но и автоматически прошмыгнули во второй тур.

В глазах остальных это выглядело как халява невиданных масштабов. Оставалось лишь поражаться нечеловеческому везению адептов Пика Поглощения Пищи.

— И чему вы радуетесь? — недовольно буркнул ученик с соседнего пика, заметив сияющее лицо Е Гуаньюя. — Вам просто повезло.

Это был адепт с Пика Утренней Зари. В отсутствие старейшин он не стеснялся в выражениях:

— Будто ваш пик и впрямь тянет на Второй эшелон! Если бы ученики с Пика Величественного Страха и Пика Слоистого Леса не вытащили вас на горбу, вы бы вылетели ещё в первые минуты!

Разница в ресурсах между Вторым и Третьим пиками была огромной. Адепты Утренней Зари выбивали свою победу потом и кровью, выбивая соперников из испытания. Не случись обвала царства, боевые пики быстро разделались бы с бесполезным Пиком Поглощения Пищи.

«Видать, Чжао Линфэн пожалел красивого, но бесполезного старшего брата, вот и дал им поболтаться под ногами», — с завистью подумали некоторые.

Заметив подошедшего Чжао Линфэна с Пика Величественного Страха, адепт с Утренней Зари радостно замахал рукой:

— Скажите же, брат Чжао! Я ведь прав?

Чжао Линфэн молча закатил глаза.

«Прав твой дедушка», — читалось в его холодном взгляде.

И не только у него. Ученики Величественного Страха и Слоистого Леса посмотрели на хвастуна со сложной смесью жалости и снисхождения.

Наивные. Какая темнота!

Раньше они и сами думали точно так же, но теперь смотрели на этих заносчивых глупцов с сочувствием. Впрочем, чем меньше народу знает правду, тем больше шансов выпросить у Пэй Хуайчжи ещё хоть кусочек тех божественных яств!

— Брат Пэй, — шагнул вперёд ученик с Пика Слоистого Леса, заискивающе улыбаясь, — вы не берите в голову. На Пике Утренней Зари вечно сплошные невоспитанные хамы.

— Вот именно! — тут же подхватил адепт с заносчивого Пика Величественного Страха. — Не знаешь — молчи! Какой ещё «вытащили»? У нас с Пиком Поглощения Пищи давняя дружба!

— Да! У них отличная боевая подготовка!

— А даже если и удача, так удача — это тоже часть силы!

Адепты с Пика Сотни Барж, толпившиеся неподалёку, немедленно присоединились к хору похвал. Вокруг со всех сторон зазвучали восторженные отзывы в адрес Пика Поглощения Пищи.

Ученик с Пика Утренней Зари обомлел:

—???

Такой отпор лишь разожёг его спортивный азарт.

— По правилам второй стадии пики Второго эшелона могут сами выбирать себе соперников для совместного похода в тайное царство! — с вызовом закричал он, глядя на Пэй Хуайчжи и Е Гуаньюя. — Ну что, Пик Поглощения Пищи, слабо пойти в одно царство вместе с нами и помериться силами?!

— Сюаньмин, не горячись, — подоспевший старший ученик Пика Утренней Зари нахмурился, качая головой. — Не стоит открыто издеваться над слабыми.

— Да ладно тебе, брат, а то ещё побегут жаловаться совету старейшин, будто мы их обижаем... — со смешком отмахнулся другой.

Однако вокруг уже нарастали подстрекательские крики:

— А что такого? Мы бросили вызов, пусть попробуют принять!

— Или этот красивый старший брат умеет только лицом торговать?

Среди шумных выкриков Пэй Хуайчжи лишь мягко улыбнулся. Поправив белоснежный широкий рукав своей мантии, он ответил ровным, бархатным голосом:

— Отчего же?

— Наш Пик Поглощения Пищи принимает вызов.

***

В то же самое время в далёкой обители.

Дзэ-э-нь!

Со звонким грохотом фарфоровую пиалу разнесло вдребезги. Раздался сиплый, полный невиданного изумления голос:

— Что ты сказал?!

—... Грязевого краба-монстра поймали?!

http://bllate.org/book/37883/5025900