Готовый перевод My Afterlife of Forced Labor / Ошибочный приговор: Как я стал работником преисподней: Глава 5

Сунь Ланцю чуть приподнял уголки губ и лишь спустя секунду понял, что улыбается в голос.

Они шли чуть медленнее обычного, потому что, задрав головы от смеха, залюбовались ярко-алыми фонарями.

Фонари на дороге горели ослепительным светом, протянувшись цепочкой вдоль многоярусных зданий и огибая ровными кольцами оживленный торговый квартал Трех Жизней. А Башня Цяньси насчитывала целых тридцать этажей, и каждый из них сиял яркими огнями, киша шумной толпой. Ди Тяньцзэ и Сунь Ланцю долго петляли по Башне Цяньси, прежде чем добрались до банкетного зала на двадцать втором этаже.

В центре зала находилась круглая сцена радиусом около одного чжана. На ней какая-то женщина-призрак, одетая так, будто на ней ничего не было, исполняла причудливый танец. Ди Тяньцзэ заметил, что эта танцовщица двигается с закрытыми глазами, но ее изгибы и покачивания бедер все равно заставляли некоторых призраков заглядываться на нее. Внезапно его рассудок затуманился, и он, словно зачарованный, принялся внимательно следить за ее танцем, изучая в мельчайших деталях каждое движение. Однако она заходила все дальше и дальше, ее движения становились все более разнузданными, а из уст вырывались лишь томные, преисполненные блуда стоны.

Большинство присутствующих составляли призраки-мужчины, и разве могли они вынести такое зрелище? Некоторые подступили совсем близко к краю сцены, готовые ступить на нее всего в один шаг.

У Ди Тяньцзэ тоже не было такой выдержки, но он лишь покраснел, отводя взгляд в сторону, и с трудом и медленно зашагал к углу, выглядя так, будто собрался в любой момент сбежать, хотя сам прекрасно понимал, что на самом деле ему безумно хочется подойти ближе. Сунь Ланцю заметил его маневры и последовал за ним.

— Что с молодым господином Ди? Тебе нездоровится? — Сунь Ланцю задал этот вопрос лишь для вида, а в душе посмеивался над тем, что тот еще совсем зеленый малец.

Ди Тяньцзэ, будучи полным невеждой в самых разных смыслах, покраснел и честно кивнул, признавая это.

— Какого чёрта... да что со мной вообще не так! — Ди Тяньцзэ чувствовал, что с его телом творится что-то неладное: его бросало в жар изнутри, но при этом пот струился ледяной.

Сунь Ланцю посмотрел на такого Ди Тяньцзэ, лукаво перевел взгляд с места на место и произнес:

— Молодой господин Ди, у меня есть способ исправить текущее положение, но он может показаться несколько дерзким, поэтому я бы хотел получить твое разрешение.

Ди Тяньцзэ полуверно-полукритически кивнул.

Сунь Ланцю легко улыбнулся ему, затем бережно обхватил ладонями его лицо и, целясь прямо в губы, без малейших колебаний поцеловал.

Ди Тяньцзэ вытаращил глаза, но стоило ему только сжать кулаки, чтобы врезать наглецу, как Сунь Ланцю вовремя отстранился и ловко увернулся от удара.

— ...Прости, не удержался. — Ди Тяньцзэ усмирял бушующие внутри бурями чувства. В конце концов, он сам дал согласие, так что пытаться после этого покалечить товарища было и впрямь некрасиво.

Сунь Ланцю вовсе не возражал, ведь в выигрыше в итоге остался именно он.

Странное недомогание в теле Ди Тяньцзэ исчезло. Более того, когда он снова посмотрел на сцену, женщина-призрак превратилась в трясущийся скелет. Если вглядеться, к конечностям этого скелета были привязаны тонкие нити, напоминавшие устройство какого-то кукольного представления. Проследив за этими нитями вверх, можно было заметить, что они уходят сквозь потолочные перекрытия — судя по всему, кто-то этажом выше управлял скелетом, мороча головы новичкам.

— Откуда ты знаешь этот способ?

— Секрет. — Сунь Ланцю игриво улыбнулся. На самом деле он просто читал про себя заклинание, а поцелуй был всего лишь совершенно ненужной формальностью.

— ... — Ди Тяньцзэ не стал допытываться ответа на этот отговорщик, но про себя все же взял на заметку. В конце концов, это был второй мужчина, с которым он целовался; раз уж первому насолить не удалось, можно отыграться на этом! Хм, он, Ди Тяньцзэ, человек на редкость злопамятный.

Опомнившись, Ди Тяньцзэ огляделся и заметил, что остальные призраки уже окончательно потеряли волю и бредут в сторону сцены. Пока он лихорадочно соображал, как убраться подальше от этих странных созданий, он случайно шаркнул ногой на месте и задел ножку стола. Хлипкий деревянный столик тут же сломался, а стоявшая на нем посуда с грохотом полетела вниз — лавинообразный и оглушительный грохот не оставил Ди Тяньцзэ ни шанса всё исправить.

Услышав этот оглушительный звон разбитой посуды, скелет вздрогнул и выпрямился во весь рост, обходясь уже без всяких поддерживающих нитей, и с невероятной скоростью бросился вперед.

Ди Тяньцзэ и Сунь Ланцю разбежались в разные стороны, но скелет целенаправленно преследовал только Ди Тяньцзэ.

Заметив это, Сунь Ланцю небрежно схватил тарелку и швырнул ее на пол. Скелет снова замер, резко развернулся и атаковал Сунь Ланцю.

— Молодой господин Ди, я подозреваю, что это может быть испытанием! — Сунь Ланцю запустил в скелета еще одну тарелку, но промахнулся, и посуда со звоном разлетелась на осколки.

У Ди Тяньцзэ выдалась свободная секунда, чтобы заметить: остальные призраки застыли на месте, словно на них наложили параличующее заклятие. Он осторожно приблизился и принялся разглядывать их поочередно: все они закрыли глаза, ноги их перекрутились в неестественных позах, а руки замерли в нелепых и чуждых танцевальных жестах. В его голове мелькнула искра догадки: увертаясь влево и вправо, он взбежал на сцену, встал в самом центре и сделал полный оборот, но позы призраков ничуть не изменились. Он покружился слева направо, а затем обратно справа налево, однако ничего особенного не почувствовал.

Этот глуповатый маневр вывел из себя Сунь Ланцю, который в одиночку сдерживал скелет, и он сорвался на крик:

— Ты же танцевать не умеешь, какого чёрта ты вообще дёргаешься!

При этом тарелки он швырял с такой яростью, будто собрался разнести всю таверну.

— Кто сказал, что не умею! — рявкнул Ди Тяньцзэ в ответ по чимоу инстинкту.

Стоило ему сдвинуться с места и переступить ногой, как он задел ту самую тонкую нить, что секунду назад управляла скелетом. Нити ожили, словно откликнувшись на зов, и мгновенно оплели все четыре конечности Ди Тяньцзэ. И пока в его воображении проносились картины того, как он превращается в марионетку и начинает калечить собственных товарищей, эти нити неожиданно подхватили его и понесли в изящном танце — честно говоря, танцевал он сейчас намного лучше, чем этот проклятый скелет минуту назад.

В тот же миг и скелет, и остальные призраки рассыпались лепестками цветов, растворяясь в воздухе вместе со всей обстановкой комнаты.

Стоило Ди Тяньцзэ невольно зажмуриться и завернуться в пируэте, как перед ним открылась совершенно иная картина.

Вовсю вращая глазами, Ди Тяньцзэ с удивлением обнаружил, что его грудь почему-то округлилась, причем весьма заметно. На нем было лунно-белое танцевальное платье, а сам он кружился на сцене, выложенной из лотосов. При этом Ди Тяньцзэ даже не подозревал, что его движения на сцене были исполнены нежной прелести и соблазнительного очарования, а нарисованный на лбу цветок персика ярко пламенел, придавая ему чарующий, но отнюдь не распутный вид.

Позади сцены стоял изящный ширмовый экран с узором из журавлей и плывущих облаков. Стоявший за ширмой Сунь Ланцю всматривался в смутные очертания фигуры впереди, и на сердце у него скребли кошки — он никак не ожидал, что узнает этот силуэт.

С самого момента появления на двадцать втором этаже Башни Цяньси, видя этот нарочно устроенный танец и тщательно спланированную обстановку, Сунь Ланцю сразу понял: это испытание заготовлено специально против него. В конце концов, Му Цзюнь лишь с виду казался благородным мужем, а на деле больше всего на свете обожал сводить личные счёты под прикрытием служебного долга.

http://bllate.org/book/37860/4737959