Готовый перевод My Virtual Lover Is My Idol / Мой виртуальный возлюбленный — мой кумир: Глава 14

Внутри него что-то пустило побеги, разрослось, стало тесно, и эта буйная зелень вот-вот готова была вырваться прямо из груди.

В этот момент такой же юный и неопытный Цзи Юньтин сидел в своей розовой комнате за чуть тесноватым письменным столом и с трепетом нажал на кнопку первой подписки в своем новосозданном аккаунте в Вэйбо.

Сквозь стопки книг, через ограду и ворота поместья Цзи Юньтин ощутил дуновение ветра, прилетевшего с заснеженных равнин и просторов.

Возможно, кто-то не понимает смысла фанатизма.

Звезды сияют в ночном небе, и даже если приложить все усилия, подпрыгнуть изо всех сил, до них едва ли дотянешься; даже возведя лестницу из денег и власти, удастся лишь самую малость прочувствовать их сияние.

Поэтому любовь и одержимость считают чем-то иллюзорным и призрачным.

Но разве в каком-либо деле стоит дотошно выискивать смысл?

Способность отыскать среди бескрайней реки звезд ту единственную, чье сияние дарит тебе силы, следовать за ней, расти и сиять вместе.

Обрести мужество и стимул идти вперед.

Пожалуй, в этом и заключается так называемый смысл.

Когда Цзи Юньтин перевел взгляд на экран телефона, он с удивлением заметил, что показатель настроения виртуального человечка незаметно вырос на двадцать очков.

А человечек, до этого сидевший на диване, поднялся на ноги. Цзи Юньтин впервые увидел на его лице столь серьезное выражение.

В сочетании с этой чиби-мордашкой это выглядело... еще более мило.

Цзи Юньтин снова не удержался и потыкал Фань-Фань в щечку, но на этот раз Фань-Фань не стал, как раньше, брезгливо уворачиваться, а позволил генеральному директору Цзи резвиться.

Пара больших глаз пристально смотрела в сторону Цзи Юньтина, словно пытаясь разглядеть его лицо.

Неужели Фань-Фань и правда расслышал то, что он сказал до этого?

Цзи Юньтин, наслаждаясь редкой возможностью безнаказанно потыкать малыша, в шутку озвучил то, что у него на уме:

— Фань-Фань, если ты будешь так на меня смотреть, я действительно начну думать, будто понимаешь каждое мое слово.

Выражение лица человечка замерло, он с удрученным видом отвернулся.

Цзи Юньтин рассмеялся, наклонился и чмокнул вредного человечка в щеку.

Он подумал: как было бы здорово, если бы Фань-Фань в его телефоне был не сгенерированным искусственным интеллектом цифровым набором данных, а настоящим Гу Фанем.

Закрыв глаза для легкого поцелуя, он упустил момент, когда человечек едва заметно моргнул.

В этом взгляде таился сложный спектр эмоций, который никогда не смогли бы передать холодные цифры.

Глава 7

Гу Фань снова попал в это странное пространство.

Стоило ему в перерыве между съемками немного вздремнуть в кресле-качалке съемочной группы, как при открытии глаз вновь предстала знакомая розовая комната.

Незримый великан снова принялся распускать руки, пытаясь размягчить его всевозможными сладенькими речами.

То Фань-Фань у него самый милый, то он хочет проглотить Фань-Фань целиком, то норовит зацеловать его губки до опухания, то собирается облизать щечки Фань-Фань!

Просто... просто...

Даже видавший виды Гу Фань под таким натиском не мог не покраснеть, становясь все ярче, словно спелый томат.

Хотя на просторах интернета он давно привык к подобным непристойным высказываниям — в конце концов, фанаты в сети вовсю блистают талантами, фонтанируя изощренными словесными трюками.

Но только представьте: вас насильственно заперли в крошечном пространстве без возможности сбежать, невидимый исполин нашептывает вам прямо в уши о том, как хочет вас поцеловать, облизать и проглотить, да вдобавок еще и тискает со всех сторон.

А ваше сопротивление выглядит не более чем попыткой одинокой букашки остановить колесницу.

Кто тут сможет оставаться спокойным?!

Стерпев уже бессчетное количество поцелуев, Гу Фань почти смирился со своей участью, мысленно махнув на все рукой и закрыв глаза в безмятежном отчаянии.

Ему казалось, что его буквально всего с ног до головы обслюнявили поцелуями, и он действительно превратился в тот самый лаконичный чизкейк из фантазий великана, который сейчас проглотят за один присест.

Но сколь бы крепкой ни была выдержка Гу Фань, его броня слегка треснула, когда он собственными ушами услышал, как этот изнеженный, манерно растягивающий слова мужской голос сюсюкаясь заявил, что Гу Фань — его жена.

Гу Фань задумался: неужели психическое состояние его поклонников действительно настолько запущено?

Неужели его судьба — вечно быть вот так мнимым образом тискаемым в пустой комнате?

Если бы только ему посчастливилось узнать, кто этот злоумышленник, он непременно... он обязательно...

Крошечное миловидное личико было не способно в полной мере передать бурю, бушевавшую в душе Гу Фаня, однако из обрывков фраз невидимого великана он все же выудил парочку крупиц полезной информации.

А именно: сейчас он находится в так называемом игровом приложении, вселился в цифрового человечка и стал виртуальным питомцем этого господина великана.

Он еще не до конца разобрался в природе своей связи с этим приложением, но в последнее время он стабильно оказывался в данном пространстве всякий раз, стоило ему уснуть, и неизменно это совпадало с моментом, когда господин великан запускал игру.

Что касается этого господина великана: во-первых, он является поклонником самого Гу Фаня; во-вторых, он задействован на съемках этого развлекательного шоу; в-третьих, у них уже были прямые контакты в реальной жизни.

И в-четвертых, господин великан знал о нем уже давным-давно.

Звездный путь Гу Фаня никогда не был устлан лепестками роз.

Он учился за границей, вовсе не в Хуася.

Его отец — влиятельный воротила бизнеса, а мать — артистка балета в зарубежной театральной труппе.

Союз их выдающихся кровей и смешение национальностей подарили Гу Фаню глубокую, утонченную внешность в сочетании с редким природным талантом.

С самых юных лет он проявлял жгучий интерес к танцам и прочим видам искусства, однако отец вовсе не считал искусство сферой, заслуживающей серьезного внимания, и куда больше хотел, чтобы Гу Фань занялся бизнесом.

К тому моменту его родители уже развелись: мать уехала за границу, а бразды правления жизнью Гу Фаня взял в свои руки непреклонный отец.

Мнимое спокойствие после яростного протеста юноши заставило отца Гу Фаня поверить, что сын наконец-то сдался, но не успел он вздохнуть с облегчением, как Гу Фань тут же сел на самолет и улетел к матери за рубежом.

Больше никто не смел его ограничивать.

То самое варьете Гу Фань решил сниматься после возвращения в Хуася в восемнадцатилетнем возрасте — к тому моменту он уже завоевал множество международных наград и благодаря жесткому отбору наконец пробился на экраны шоу.

Но даже обладая выдающимся мастерством, режиссерская группа выделила ему лишь незаметную роль в массовке, хотя прежде он привык исполнять исключительно главные партии, к тому же потребовав непременно надеть маску, скрывающую лицо.

Исключительно из страха, что он затмит остальных звездных гостей.

Это был первый выход Гу Фаня на экраны в шоу-индустрии Хуася, и сразу по окончании съемок он улетел обратно за границу.

После выхода программы в эфир она прошла совершенно незамеченной — в конце концов, кому интересны второстепенные персонажи, чье имя даже не удосужились указать в титрах.

http://bllate.org/book/37851/4736661