Готовый перевод Misty Meat Pies / Туманные сны: Охота за кошмарами (Завершено): Глава 3

Цзян Нин чувствовала, что если продолжить болтать, из этого может что-то выйти, и поспешно подалась вперёд:

— Что с твоей мамой? Ничего серьёзного?

Даже несмотря на включённый кондиционер, Цзян Нин всё равно было жарко. Она собрала волосы в высокий хвост, открыв чистое лицо, несколько выбившихся прядей тихонько лежали на щеках. С алеющими губами и ровными белыми зубами, она всё это время подпирала лицо рукой, а приблизившись, заглянула в глаза с ещё большей заботой под изогнутыми ивовыми бровями.

По идее, никто не смог бы устоять перед ее обаянием, но Пэй Цзин очень чётко осознавала причину своего нахождения здесь. Уйдя от ответа, она произнесла слово за словом:

— Цзян Нин, если не хочешь решать задачи, так и скажи.

Раз не хочешь учиться — превратишься в мусор. Похоже, все её слова были лишь пустой болтовней: ни малейшего намёка на стремление к учёбе разглядеть так и не удалось.

Цзян Нин вовсе не выглядела смущенной тем, что ее раскусили. Она лишь спокойно посмотрела на Пэй Цзин, пару секунд спустя тихо рассмеялась, слегка вздрагивая плечами, а ее изогнутые глаза превратились в полумесяцы.

Пэй Цзин была до боли знакома эта низкая, журчащая мелодия смеха, до одури напоминавшая перестук прозрачных жемчужных занавесок, в котором сквозило какое-то невыразимое одиночество. После смены мест она слышала ее часто.

— Да нет же, почему ты говоришь точь-в-точь как Ван Большая Башка?! И вообще, ты знаешь, до чего сейчас похожа на старого Вана?!

Старый Ван — учитель математики в их классе.

Пэй Цзин в знак поддержки фальшиво хихикнула пару раз и поторопила:

— Давай решай скорее. Как закончишь с этими тестовыми вопросами, я тебе всё объясню.

Когда Цзян Нин, изрядно поломав голову, наконец справилась с тестами, большая часть времени уже испарилась.

То ли пристальный взгляд отличницы оказался слишком обжигающим, то ли её собственный отец, вечно не обращавший на нее внимания, вдруг всерьёз озаботился её чудовищным перекосом в сторону математики, но так или иначе, Цзян Нин вела себя вполне послушно: ключевые слова в задачах подчёркивала кружочками и изо всех сил пыталась сообразить, как делать следующий шаг, опираясь на условие.

Сердце Пэй Цзин, до этого висевшее в воздухе, немного опустилось на место. Ошибок было множество, и после подробных разъяснений она уже собиралась предложить Цзян Нин продолжить решать задачки, как вдруг глянула на часы: полтора часа истекли.

Пэй Цзин отложила ручку, аккуратно собрала рюкзак и приготовилась уходить.

Выключив будильник, Цзян Нин уткнулась лицом в стол и принялась ковыряться в телефоне. Играла она рассеянно, то и дело бросая боковые взгляды на Пэй Цзин.

— Что такое? — спросила Пэй Цзин.

Добившись внимания, Цзян Нин тут же выпрямила спину:

— Ничего, иди домой, будь аккуратнее.

Пэй Цзин вышла из кабинета.

Обернись она хоть раз, то увидела бы, как Цзян Нин неотрывно смотрит ей вслед, а в её глазах мелькает капелька зависти.

Пэй Цзин всегда казалась одинокой.

Дверь затворилась, и только тогда Цзян Нин поднялась, подошла к обеденному столу и принялась ложка за ложкой есть остывшую еду. Скосив глаза на главную спальню, она заметила, что свет там не зажигался уже несколько дней.

С наступлением каждой ночи одиночество по крупицам съедало её изнутри, но сегодня, благодаря присутствию Пэй Цзин, эта тоска явилась явно позже обычного.

Она очень завидовала Пэй Цзин, которая всегда была сама по себе.

Проводить время в тишине и одиночестве, словно не замечая чужих пытливых взглядов и не слыша редких насмешек со стороны.

Цзян Нин всегда панически боялась оставаться одна.

Суаньнай, запертый в комнате, судя по всему, немного поспал, а теперь с недовольством скреб лапами дверь, просясь наружу. Он умел её открывать, но без команды никогда бы так не поступил.

— Выходи.

В пустой квартире не нужно было повышать голос, чтобы он долетел до комнаты.

Суаньнай тут же притопал на звуки, не отрывая глаз от еды на обеденном столе.

— Эй, ноу, нельзя.

Суаньнай сделал вид, что ничего не понимает, и принялся самостоятельно выполнять команду для кормления: сел и подвинул своё массивное тело на полшага вперед.

— Ты меня не понимаешь, а я не понимаю, что ты творишь. — Подобная выходка Суаньнай, который так умильно клянчил вкусняшку, изрядно подняла Цзян Нин настроение.

Когда Пэй Цзин подошла к воротам жилого комплекса, её телефон звякнул, оповещая о новом сообщении.

[Суаньнай: Перевод xxxx юаней]

Пэй Цзин отправила в ответ вопросительный знак.

Разве она отзанималась всего один день?

[Суаньнай: Принимай. Мой папа до смерти боится, что ты сбежишь.]

[Суаньнай: Но, соседка спереди, по-моему, я сегодня отлично справилась, как считаешь?]

Пэй Цзин погладила гладкий уголок телефона и ответила лаконичным угу.

Она погасила экран и убрала гаджет. Краем глаза заметив яркую тень от собственных ног, она подняла голову и посмотрела на луну. В этот же самый момент Цзян Нин, увидев ответ Пэй Цзин, тихонько улыбнулась уголками губ.

Она подошла к окну, уперевшись в него руками — одна и та же полная луна отражалась в их глазах.

Осенний ветер зашуршал листвой, прохлада забралась под кожу, и гладкая, как кипяченая вода, жизнь начала покрываться рябью.

Глава 3. Избавилась

— Неужели кто-то додумался до такой гадости — выбросить твои учебники в мусорку?

— Хорошо ещё, что утром, когда выносила мусор, я проявила бдительность, иначе твои книги точно бы пропали.

—…

Толпа галдящих учеников загородила проход, шумно обсуждая неизвестно что.

— Пропустите, — бросила Цзян Нин, подтягивая лямки рюкзака.

Несколько ребят, услышав её голос, поспешно расступились. Проходя мимо, она из чистого любопытства вытянула шею: какой-то парень сидел, уткнувшись лицом в парту с совершенно убитым видом.

— Что случилось? — спросила она.

Кто-то заметил её и, словно опасаясь заново ранить парня, тихо ответил:

— Да он весь вчерашний день искал учебник по физике, а сегодня утром дежурный нашёл его в мусорном баке.

Цзян Нин переспросила:

— В мусорном баке?

Тот человек сменил тон на презрительный:

— Ага. И пойди разбери, какой урод это сделал.

В учебниках каждого были личные пометки, понятные только их владельцу. Это всё равно что ребёнок, выращенный с пелёнок, вдруг выбросился бы из окна, а убийцу так и не нашли.

Ситуация и правда выглядела паршиво, и Цзян Нин сочувственно глянула на парня. Судя по толпе вокруг, пользовался он определенной популярностью, и расходиться никто не собирался. Цзян Нин оставалось лишь встать на цыпочки и протиснуться сквозь толпу.

— Ты что, кому-то перешёл дорогу?

Парень, до этого безучастно лежавший на парте, услышав эти слова, словно получил дозу адреналина. Он резко выпрямился и уставился назад.

Остальные ребята тоже проследили за его взглядом.

Приближалась утренняя самоподготовка, и почти все уже были на местах: за исключением еще не пришедшей Цзян Нин, весь задний ряд был занят.

— Да ну… Пэй Цзин? С каких пор у неё хватает наглости устраивать пакости?

— Эй, ты смотри, лучше с ней не связывайся.

—…

Эта компания снова принялась болтать без умолку.

Цзян Нин в полном недоумении склонила голову набок: сзади сидело столько народу, почему все сразу подумали именно на Пэй Цзин?

— Эй, у вас есть доказательства, чего вы мелете языком? — Цзян Нин пресекла их злорадные домыслы, и сплоченная группа тут же уставилась на неё.

Она уже собиралась добавить что-то ещё, как вдруг кто-то у передней парты истошно завопил, глядя на выход:

— Ван Большая Башка! Ван Большая Башка идет!

Шумная стайка разлетелась в мгновение ока, словно испуганные птицы. Цзян Нин видела, как тот парень намеренно перевел стрелки на Пэй Цзин — ни имён не назвал, ни возразить толком не дал, и от этого на душе у неё заскребли кошки, будто туда вогнали занозу.

Взгляды, устремлённые на задний ряд, стали предвестниками новых неприятностей. Незаметно подножки, от которых Пэй Цзин роняла книги, исчезающие ручки, аккуратно оставленные на парте — все эти «случайности» происходили в один и тот же день.

Во время очередной перемены Цзян Нин дремала, уткнувшись лицом в парту. Стоило ей только задремать, как раздался звук падающих вещей. С досадой поморщившись, она зажала уши руками и, повернувшись в другую сторону, продолжила спать.

Цзян Нин ужасно клонило в сон, сознание быстро затуманивалось, но ровно за секунду до того, как провалиться в царство Морфея, её резко вырвало из дремоты громким и отчетливым хрустом ломающегося сустава.

Спящий человек острее всего реагирует на подобные резкие и звонкие звуки.

Она мгновенно распахнула глаза, и в тот же миг чьё-то лицо, раскрасневшееся от боли до багрового цвета печени, с глухим стуком впечаталось в её стопку учебников. Уши несчастного пылали неестественным багрянцем, а искаженное злобой лицо выражало готовность разорвать обидчика на куски.

Цзян Нин испуганно отпрянула назад, совершенно не понимая, что происходит. Переведя взгляд выше, она в ту же секунду замерла: её глазам предстала Пэй Цзин, удерживающая парня в жестком и безупречном заломе. В её взгляде по-прежнему не было ни капли мягкости, а на фоне искаженного болью лица юноши её собственное выражение казалось пугающе невозмутимым.

— Ван Шэн, пропажа твоих учебников не имеет ко мне никакого отношения, — голос звучал холодно и отчётливо, казалось, она даже не прикладывала усилий. Впрочем, чуть напрягшиеся мышцы на руках из-под короткого рукава выдавали её — в конце концов, если судить по одной лишь комплекции, парень по имени Ван Шэн был почти вдвое крупнее самой Пэй Цзин.

— Ты… ты отпусти меня! Украл мои книги да еще и права качаешь?! Да во всей школе знают, что ты воровка! Вы остальные тоже будьте поосторожнее! — Ван Шэн никак не ожидал, что стоило ему лишь налгать ради мести, как он окажется в столь жалком положении. Даже будучи прижатым к полу мертвой хваткой, он продолжал упорствовать.

Утренние зеваки, толпившиеся вокруг Ван Шэна, видя такую картину, не выдержали — протиснувшись сквозь толпу зевак, они бросились на помощь.

— Ты совсем рехнулась? А ну убери руки! Тебе мало прошлых дисциплинарных взысканий?

— Послушай, Ван Шэн ведь просто подозревал тебя! Зачем так усердствовать?

Когда тебя травят, полагается покорно сносить удары, а сталкиваясь с коллективной травлей, следует молча оставаться мальчиком для битья.

Но только не Пэй Цзин.

Она слегка приподняла бровь и, опередив группу поддержки, отпустила Ван Шэна. Выпрямившись во весь рост, она стояла прямо, как сосна, ничуть не страшась летевших в её сторону стрел. Повернув голову, она насмешливо бросила Ван Шэну:

— Твои трюки слишком убоги. Дай-ка угадаю, почему ты это затеял… Неужели ты влюблен в Шэнь Юйхань? Решил прислужиться ей как пёсик?

Половина класса с интересом наблюдала за представлением. От этих слов по рядам прокатился шёпот, а краешек чьей-то одежды, до этого робко выглядывавший из-за двери, мгновенно исчез.

На сей раз Ван Шэна задели за живое. Не успел он вымолвить и слова возражения, как его запястье пронзила острая боль, заставившая согнуться пополам и вхлипнуть, прижимая руку к груди. Лицо по-прежнему оставалось одеревенелым, губы беззвучно шевелились, но мысли никак не хотели складываться в кучу. В этот момент громогласный, зычный голос старика Хуана ворвался в класс подобно бушующему пламени.

— Вы что творите?! Я за вами по камерам уже давно наблюдаю! Устроили тут кавардак?!

Атмосфера знойного полудня в классе остыла в одно мгновение, словно стайку разгоряченных цыплят разом отравили банановым ядом.

Старик Хуан быстрыми шагами приблизился к парочке.

Пэй Цзин уже успела сбросить воинственный вид, заложила руки за спину и с самым невинным видом пояснила:

— Только что одноклассник Ван пожаловался на боль в запястье. А я немного смыслю в костоправстве, вот и решила помочь.

Старик Хуан явно не поверил ни единому слову и прикрикнул:

— В костоправстве? Какое еще костоправство?! Ван Шэн, говори, всё так и было?!

Ван Шэн прекрасно понимал, что рыльце у него в пушку. Вся эта басня с воровством книг родилась лишь потому, что он слишком спешил выслужиться — ему хотелось порадовать Шэнь Юйхань, испортить репутацию Пэй Цзин, сделать так, чтобы её вечно обсуждали и травили всем классом.

http://bllate.org/book/37830/4734110