Вслед за медсестрой в розовом Бо Шо спустился на цокольный этаж.
Воздух здесь дышал сыростью, а узкий арочный коридор уходил в такую глубь, что конца его было не разглядеть. В темных углах копошились невидимые твари — то ли крысы, то ли тараканы, выдававшие себя едва различимым шуршанием.
Кое-где на стенах виднелись блеклые фрески с багровыми крестами. Облупившаяся по краям краска свисала лохмотьями, напоминая полузастывшее, склизкое желе.
Стоило сделать шаг, как подошвы неприятно прилипли к полу. Бо Шо опустил взгляд. Под ногами расплывались лужи густой багровой жижи неизвестного происхождения, вызывая волну тошноты.
В конце концов они остановились перед дверью с табличкой «Кабинет директора».
Медсестра в розовом негромко постучала и мягко произнесла:
— Директор, я привела доктора Бо.
Изнутри донесся ровный, интеллигентный голос:
— Войдите.
Дверь медленно отворилась.
По сравнению с мрачным, удушливым коридором кабинет казался обителью живых людей. Приятный теплый свет заливал безупречно чистую рабочую зону, а в стороне устроились уютный диван и телевизор.
Этот контраст с подземной жутью поражал, но куда сильнее Бо Шо удивил облик самого директора. Наслушавшись россказней Хуан Юшэна, он ожидал увидеть очередное кошмарное отродье, способное до полусмерти запугать несчастных кандидатов.
Однако реальность оказалась обескураживающе будничной. Сидевший перед ним мужчина лет тридцати-сорока с легкой сединой на висках выглядел настолько заурядно, что запросто затерялся бы в уличной толпе. Выбивался из этого образа разве что его исполинский рост — мужчина был никак не меньше двух метров.
Директор проводил Бо Шо в небольшую приемную, собственноручно заварил чай и с мягкой улыбкой предложил присесть. То ли сказывалось внутреннее напряжение, то ли интуиция не лгала, но в этой радушной улыбке Бо Шо почудилось нечто глубоко зловещее.
Подавив минутное беспокойство, он без лишних церемоний сел прямо напротив него.
Человеческое обличье директора было проработано безупречно: даже тонкие морщинки в уголках глаз казались настоящими. Сквозь полупрозрачную дымку чайного пара хозяин кабинета выглядел на редкость благородным и умиротворенным. Не доводись Бо Шо лично видеть обрубки, оставшиеся от рук Хуан Юшэна, он и впрямь мог бы счесть этого монстра милосердным. Разумеется, исключительно в кавычках.
— Ну как, господин Бо, обжились у нас в больнице? — с мягкой вежливостью начал директор, завязывая светский разговор. Он плавно приподнял руку с чайником, и темный настой ровной струйкой полился в пиалы.
В воздухе тут же разлился густой, дурманящий аромат дорогого сорта. Цвет напитка был глубоким и насыщенным. Истинный знаток наверняка пришел бы в трепет от такого редкого подношения и смаковал бы напиток до последней капли. Но Бо Шо в чайном искусстве ничего не смыслил, да и пить здесь не собирался.
— Я всю жизнь так работаю, так что привыкать мне не к чему, — Бо Шо спокойно переплел пальцы и негромко вздохнул. — Но ведь вы пригласили меня не ради праздных вопросов, верно?
Он уже снял плащ, а верхняя пуговица его белой рубашки была расстегнута, приоткрывая четко очерченные, тонкие ключицы. В его бледно-сиреневых глазах сквозила холодная отстраненность, напоминающая безупречно ограненный нефрит. Он смотрел на директора спокойно и ровно, но в этом взгляде ощущалось тяжелое, почти осязаемое давление.
Его поза была расслабленной, а манера держаться — настолько естественной, словно именно он вел эту беседу. Гордый, властный человек.
Директор слегка прищурился. Ему еще не доводилось сталкиваться с подобным высокомерием, и это его даже позабавило. Проигнорировав вызов, он перевел взгляд на замерших у двери Сюй И и Гу Байюя, послушно застывших в позах из детской игры «Раз, два, три, замри», и легко перевел тему:
— А это кто такие?
Бо Шо ответил без тени смущения:
— Мои новые пациенты. Я как раз изучаю их случаи.
— Вот как? — вежливо, но с явным сомнением протянул директор. — И над какими же случаями вы сейчас работаете, господин Бо? Разве у этих двоих есть иные патологии, помимо тех, с которыми их к нам оформили?
С этими словами он слегка нахмурился и принялся медленно, оценивающе разглядывать ребят с головы до ног, будто пытаясь насквозь просветить их тела взглядом. Медицинские изыскания были для него величайшей страстью — именно из-за этого фанатичного интереса он так выделял Бо Шо на фоне остальных.
Однако каково было тем двоим под этим оценивающим взором! Директор смотрел на них так леденяще-холодно, словно перед ним стояли не живые люди, а бездушные учебные манекены.
Гу Байюй похолодел от ужаса, отчетливо понимая: не будь рядом Бо Шо, этот монстр прямо сейчас препарировал бы их ради науки. От жуткой догадки парня пробрала крупная дрожь.
— Именно так, — Бо Шо лгал настолько вдохновенно и убедительно, что его актерскому мастерству позавидовал бы любой профессионал. С невозмутимым видом он дал ребятам едва заметный знак глазами. — Это крайне редкая патология. Периодическое нарушение нейронных связей головного мозга. Под воздействием сильного стресса они мгновенно впадают в безумие.
Те сообразили мгновенно.
Сюй И только успела ущипнуть себя за руку, настраиваясь на нужный лад, как тишину кабинета разорвал истошный вопль Гу Байюя:
— Ы-ы-ы-ы-а-а-а!
С глухим стуком он рухнул навзничь, забился в припадке и пополз по полу, извиваясь всем телом, завывая и брызгая слюной. Парень яростно рвал на себе волосы, всем своим существом являя картину абсолютного, беспросветного безумия. Его истошный визг эхом метался под потолком приемной.
Сюй И замерла с каменным лицом.
«Кажется, он даже не притворяется».
Понимая, что столь экспрессивный перформанс ей ни за что не затмить, она решила пойти по пути наименьшего сопротивления: расслабила лицо, расфокусировала взгляд и уставилась в пустоту с выражением глубокого, беспросветного идиотизма.
Увиденное окончательно развеяло все подозрения директора, сменив их неподдельным восхищением перед талантом молодого специалиста.
— Воистину, господин Бо, вашему чутью можно только позавидовать! Распознать столь тонкую патологию... Признаю, мои скромные познания здесь пасуют.
Бо Шо на мгновение замолчал, чувствуя, как его собственная психика содрогается под тяжестью актерского шедевра Гу Байюя, после чего хладнокровно отвел взгляд:
— Заболевание действительно редкое, так что нет ничего удивительного в том, что вы о нем не слышали.
Директор прекрасно расслышал сквозящее в голосе равнодушие, но счел это вполне естественной манерой поведения. Истинные гении всегда надменны, это их неотъемлемое право. На фоне прочих одаренных безумцев этот молодой врач казался всего лишь слегка высокомерным, что вряд ли можно назвать серьезным недостатком. Особенно учитывая, что перед ним сидел редчайший самородок.
Если заносчивость подкреплена реальным мастерством, директор готов был мириться с любым сложным характером. Придя к этой мысли, он улыбнулся еще приветливее, собираясь обсудить с Бо Шо условия работы и перспективы его продвижения. Ради того, чтобы удержать такого специалиста в штате, он без колебаний уступил бы ему даже кресло директора — в конце концов, эта конкретная больница была лишь одним из множества подконтрольных ему филиалов.
Но едва он собрался заговорить, как заметил, что взгляд молодого человека переместился на стопку исписанных листов, лежавших на краю стола.
На этих бумагах были зафиксированы расчеты его личного эксперимента, находившегося сейчас в самой критической фазе. Малейшая ошибка могла пустить прахом все приложенные усилия. Собственно, именно из-за непредвиденных трудностей в лаборатории директору и пришлось спешно отлучиться сегодня утром.
И по той же причине он не успел до конца разделаться с парой обнаглевших вредителей, пробравшихся в его кабинет. При этой мысли в глазах директора на мгновение промелькнула холодная ярость.
Ничего страшного. Рано или поздно они объявятся снова, и тогда он сотрет этих дерзких букашек в порошок.
— Эксперимент по хаотизации T981?
Юноша подошел к столу и опустил взгляд на бумаги, с первого же просмотра безошибочно определив суть проекта.
Директор от удивления слегка опешил, но быстро справился с эмоциями и улыбнулся:
— О, господин Бо тоже знаком с этой темой?
— Приходилось слышать, — Бо Шо кончиками пальцев прижал край исписанного листа и безучастно обронил: — Фантазии безумца, не имеющие ничего общего с реальной наукой.
http://bllate.org/book/37801/4882073
Сказали спасибо 0 читателей