Готовый перевод The Whole World Is Begging Us to Reunite / Весь мир умоляет нас воссоединиться: Глава 11

Режиссер Ся оторопел. Что вообще титулованный киноактер нашел в их шоу? Неужели решил, что они затянули с предложением?

Разумеется, бредовая мысль.

Лишь спустя добрую пару минут до него окончательно дошел смысл происходящего. Поразившись такой невиданной удаче, режиссер твердо вознамерился выложиться на все сто и снять настоящую конфетку.

***

Ночь мягко опустилась на жилой комплекс, пропитанный сладким ароматом османтуса. Белый минивэн плавно замер в подземном паркинге.

Едва шофер распахнул дверцу, Цзян Ли ступил на бетонный пол. Е Чэн, семенивший следом, продолжал бессмысленно тараторить:

— Сяо Ли, до чего же здорово, что ты согласился на съемки!

Робот Цзян с невозмутимым видом зажал уши. Интересно, какими словами объяснить этому человеку, что Дуань Чжихань ни за какие коврижки не пойдет на шоу?

Задача казалась неразрешимой.

Сбежав с ярмарки человеческого абсурда, Цзян Ли шагнул в лифт: сейчас ему требовалась срочная подзарядка — хотя бы стакан лимонной воды.

У самой двери он пару секунд пошарил в поисках ключей. Но едва собрался вставить ключ в замок, как замер.

За спиной снова гулко загудел лишний раз поднявшийся лифт.

В этом доме на этаже располагалась лишь одна квартира, а кабина вызывалась исключительно по индивидуальной карте. Кто, черт возьми, мог сюда приехать?

Цзян Ли сжал в кулаке миниатюрный нож на брелоке и развернулся.

Лифт уже замер. Цзян Ли едва не отключил дыхательный модуль, приковав взгляд к стальным створкам.

Двери плавно распахнулись. В приглушенном свете холла показалось скульптурное, безупречно высеченное лицо.

Дуань Чжихань держал в руке пакет:

— Какая встреча.

— Какая, к черту, встреча, это моя квартира! — Цзян Ли наконец перевел дыхание. — Проваливай отсюда.

— Мелкий, не сквернословь, — бархатным, чуть заниженным голосом отозвался Дуань Чжихань. — Я кое-что забыл.

— Другим можно, а мне нельзя? — заворчал Цзян Ли, отпирая замок. — Надеюсь, ты правда за вещью, иначе сегодня...

Договорить он не успел. Мужчина спокойно переступил порог и направился к письменному столу. Там красовалась вожделенная для половины киноиндустрии награда — вовсе не захудалая «Золотая малина», какими мог похвастаться сам Цзян Ли.

Забыть такую ценность... До чего же дырявая память у этих человечишек.

Завистливо вздохнув, Цзян Ли несколько ослабил бдительность. Вспомнив утренний конфуз, он с неохотой приблизился к гостю.

Пошарив в кармане, выудил две сотни юаней и неловко протянул их к ладони Дуань Чжиханя.

Тот лишь вопросительно вскинул бровь.

Маленькому роботу пришлось переступить через гордость и снизойти до объяснений:

— Это за утренний завтрак. Был неправ, перегнул палку.

Он уже приготовился к мелочным придиркам, но господин Дуань лишь изящно изогнул брови:

— Я стою всего две сотни?

Цзян Ли поперхнулся. Этот человек, оказывается, печется о ценнике куда больше, чем об утреннем инциденте! Совершенно напрасно он вообще пошел на попятную.

Да и две сотни уплачены чисто за еду, курьерская доставка в счет не входила. Выходит, сам Дуань Чжихань тут вообще бесплатен.

Цзян Ли развернулся, намеренный уйти.

Однако, поворачиваясь, он случайно уловил взгляд на белоснежном манжете мужчины. Из-под ткани проглядывал след от укуса — к вечеру он так и не сошел, оставаясь воспаленно-алым.

Утреннее чувство вины вновь крошечными иголками закололо где-то внутри. Застыв на месте, юноша едва слышно пробормотал:

— Все еще болит?

Дуань Чжихань неспешно забрал статуэтку и лишь секунду спустя понял, о чем речь.

Сделав шаг к юноше, он чуть наклонился и демонстративно показал пострадавшее запястье:

— Ужасно болит.

«Дрожащие человечишки, такие нежные...» Маленький робот помешкал, но все же сходил за мазью и сухо велел:

— Руку.

Цзян Ли опустил голову. Его длинные пушистые ресницы, похожие на хлопья свежего снега, слегка подрагивали, пока он аккуратно втирал лекарство в поврежденную кожу.

Закончив процедуру, он поднял глаза и наткнулся на пристальный, немигающий взгляд. Юноша тут же дернул головой, отворачиваясь:

— Чего застыл? Проваливай!

— Уже ухожу, — Дуань Чжихань выпрямился. — В пакете кое-что для тебя.

Цзян Ли коснулся взглядом оставленного на столе свертка — тот оказался доверху набит аппетитными снеками для ночного перекуса.

И хотя человеческая стряпня не вызывала у него особого восторга, сам знак внимания был очевиден. По его логике, никто не станет делать подарки тому, кого терпеть не может. Значит, этот человек относится к нему куда лучше, чем казалось.

Поразмыслив, Цзян Ли отправился к холодильнику, достал свои драгоценные сушеные дольки лимона и из чувства вежливости аккуратно упаковал их в маленький пакетик.

***

Дуань Чжихань вышел за дверь и нажал кнопку вызова лифта. В этот момент зазвонил телефон — звонил Сун Хан:

— Сроки старта съемок утвердили. Ты чего трубу не берешь?

— Жена мазью рану обрабатывает, неудобно говорить.

— Рану? Да там царапина, словно котенок лапкой задел! — Сун Хан тяжело вздохнул. — Может, мне приехать, тебе обработать?

— Не стоит, — легко усмехнулся Дуань Чжихань. — Когда переходят границы, меня это жутко напрягает.

Сун Хану страстно захотелось разорвать контракт прямо сейчас: когда жена мажет царапину — счастья полные штаны, а стоит другу предложить помощь — сразу «переход границ»!

Цзян Ли, стоявший у самой двери с пакетиком лимонов, услышал только последнюю фразу.

«Даже если я ему не отвратителен... поддерживать связь после развода — это ведь и есть переход границ? Пусть он не говорит вслух, но про себя явно чувствует неловкость».

Он мельком взмахнул ресницами, совершенно не понимая, отчего в груди вдруг стало так тяжело и сперло дыхание, а пальцы, сжимавшие пакетик, потеряли всякую силу.

Цзян Ли резко захлопнул дверь и с размаху швырнул заготовленный подарок в мусорное ведро. С него хватит! Он тоже терпеть не может, когда кто-то не знает меры.

Дуань Чжихань обернулся на громкий стук. Уходил ведь — все было нормально, кто опять успел докучать этому маленькому тирану?

Цзян Ли вернулся в комнату, вот только выбросить ночной перекус рука так и не поднялась.

Поедая угощения, он увлеченно срубался в мобильную игру, мысленно строя планы: завтра же сменить дверные замки, аннулировать карту от лифта — и больше никаких встреч. Никогда.

В этот момент на экране всплыло уведомление о горячем тренде Вэйбо. Перейдя по ссылке, маленький робот выронил испачканную в пудинге ложку прямо на пол.

[Шоу Центрального телевидения] С радостью приветствуем новых участников нашей программы! @Дуань Чжихань @Цзян Ли

Тело Цзян Ли окоченело. Пусть хоть кто-нибудь объяснит, какого черта Дуань Чжихань забыл на этом проекте?!

Секция комментариев под постом замерла лишь на пару мгновений, после чего взлетела на воздух:

«Это про какое такое новое шоу?!»

«Из свежих анонсов сейчас только то самое реалити про разводы!»

«Я же буквально вчера писала им в комментах! Ни на что не рассчитывала, а оно сбылось?!»

«А-а-а-а-а-а, я поверить не могу!»

«Вот это мощь!»

***

В руководстве телеканала всю ночь кипели жаркие споры.

Режиссер Ся настаивал, что шоу нужно довести до идеала и тщательнее отбирать остальных участников, однако начальники требовали пустить проект в эфир как можно скорее. В итоге режиссеру пришлось уступить.

Уже на этой неделе стартовала серия внезапных предэфирных интервью.

Ажиотаж в сети зашкаливал, поэтому, дабы утолить жажду публики, беседы решено было транслировать в прямом эфире.

Одним из героев стал Жуань Янь — двадцатиоднолетний начинающий артист, проработавший в индустрии от силы года два и оформивший развод буквально на днях.

Во время общения он выкладывался на полную, охотно отвечая на любые расспросы. На камеру юноша с воодушевлением заявлял, что пришел на проект ради работы над собой и собственного роста. А когда оператор поинтересовался, возможен ли реюнион с бывшим супругом, Жуань Янь лишь смущенно опустил взгляд и улыбнулся, сразу завоевав симпатии зрителей.

«Ах, эта улыбка — прямо в сердце!»

«Отлично понимает, чего ждет публика».

«И характером, похоже, милашка».

«Правда, дата развода какая-то уж слишком удачная... Он что, специально отвел мужа в загс ради участия в шоу?»

Добравшись до квартиры Цзян Ли, оператор с тяжелой камерой на плече несколько раз постучал в дверь, однако ответа не последовало.

Он уже вознамерился отправиться к следующему участнику, как вдруг запертая дверь раздраженно распахнулась, и на пороге показался слегка растерянный сонный юноша с синими волосами.

Белоснежная кожа, пушистая белая пижама с капюшоном, украшенным остроухими зверушками... Выглядел он невероятно домашним и трогательным.

«Боже, что за милый малый?!»

«Дайте мне его контакты! Срочно!»

«Постойте, это же Цзян Ли?!»

«Он что, спросонья такой тискательный?»

«Не верю своим глазам, Цзян Ли меня умилил!»

В следующую секунду дверь с оглушительным треском захлопнулась прямо перед носом съемочной группы. Оператор замер в замешательстве, не понимая, стоит ли стучать снова.

Спустя пять минут Цзян Ли переоделся и открыл дверь вновь.

Только тогда оператор решился переступить порог. Разумеется, вольностей он себе не позволял и навел объектив строго на юношу, на чьем лице четко читалось недовольство от раннего подъема.

Цзян Ли сменил пижаму на серо-голубую куртку, металлический замок которой был расстегнут до середины груди. От недавней сонливости не осталось и следа — теперь его резкие, безупречные черты излучали холодную, отстраненную красоту.

Зрители в чате моментально узнали своего героя:

«Вот! Узнаю старину Цзян Ли!»

«Я уж было подумала, у него появился милый младший брат».

«Да будь у него хоть десяток братьев, они априори не могли бы быть милыми!»

«Эй, комментатор выше, смотри, как бы тебя фанаты топового айдола не прикончили за такие слова!»

Оператор, едва дыша от волнения, задал первый вопрос:

— Скажите, пожалуйста, с какой целью вы решили участвовать в шоу?

— Агент слишком задолбал своей болтовней.

— А чего вы ждете от проекта?

— Чтобы он поскорее закончился.

«Оператор в этот момент переживает внутренний апокалипсис...»

«У всех топ-айдолов такой скверный характер? На контрасте с предыдущим парнем — просто небо и земля!»

«Да пофиг на характер, я жажду увидеть их в одном кадре с господином Дуанем!»

«А я все еще надеюсь на воссоединение!»

Кое-как добравшись до финального вопроса, оператор с облегчением перевел дух:

— Есть ли вероятность, что в процессе съемок вы сойдетесь снова?

Юноша смерил его ледяным взглядом:

— Если надеешься увидеть, как я кусаю локти, расслабься. Я скорее эту камеру целиком проглочу, чем вернусь к нему.

«Эх, похоже, на сойтись шансов ноль...»

«Ни единого лучика надежды не оставил!»

«Каноничный бэд-енд, без вариантов».

«Цзян Ли, до чего же ты жестокий!»

Оператор застыл с камерой в руках, совершенно не ведая, как реагировать на подобный выпад. В чате трансляции царило глубокое уныние.

Кто бы мог подумать, что спустя время этот фрагмент станет главным мемом года под кодовым названием «Слова, о которых пожалели все».

http://bllate.org/book/37773/4869862