Готовый перевод To Save the World, I Took Earth and Ran / Чтобы спасти мир, я сбежал вместе с Землей: Глава 45

Глава 45

— А как же Эря? — Маньмань, развивая мысль Цзинь Гуйцзюань, слегка нахмурилась. — Её сила противоположна Аду кипящего котла. Зачем ей мешает Сыя?

Цзинь Гуйцзюань не ответила. Она лишь горько усмехнулась:

— На самом деле я прекрасно понимаю, что чувствовала Сыя. В детстве я тоже думала о смерти... Но, должно быть, сработал инстинкт самосохранения. Всё ограничилось мыслями, и в итоге я как-то выкарабкалась.

— Но тебе ведь не приходило в голову расправиться с собственными родителями, верно? — неожиданно спросил Янь Хун.

Цзинь Гуйцзюань растерялась:

— Д-да, верно... Когда я была маленькой, больше всего на свете я хотела поскорее вырасти и сбежать оттуда подальше...

— Твоё желание сбежать вполне естественно, — кивнул Янь Хун. — Как и попытки Эря достучаться до родителей, вымолить их любовь. Если подумать, у вас троих было очень похожее детство, но мыслили вы совершенно по-разному. И если я не ошибаюсь, позиция Гуйцзюань как раз находится где-то посередине между Эрей и Сыей.

Слушая рассуждения Янь Хуна, в которых поступки Гуйцзюань и Эря назывались естественными, несложно было прийти к выводу: поведение младшей сестры, Сыи, он считал отклонением от нормы.

— В каком смысле? — нерешительно переспросила Цзинь Гуйцзюань.

— Как правило, обычные люди обладают сильной эмпатией, — пояснил Янь Хун. — В пылу ссоры или драки под воздействием сильных эмоций человек вполне способен на жестокость. Такое случается сплошь и рядом. Но хладнокровно, методично планировать и готовить причинение вреда другим — на это большинство обывателей просто не способны.

Цзин Цичжэнь удивлённо сморгнул. В этой зоне эрозии Янь Хун снова вырядился как типичный браток — с массивной золотой цепью на шее, из-за чего юноша то и дело забывал, с кем имеет дело. Только теперь, когда мужчина заговорил о криминальной психологии, Цзин Цичжэнь вспомнил: их грозный, похожий на мафиозного босса спутник вообще-то служит в полиции и изучал эти дисциплины профессионально.

— В «Криминальной психологии» это классический случай, — продолжал Янь Хун. — У любого преступника в сознании происходит определённый надлом, сдвиг. Психически здоровому человеку чертовски трудно примерить на себя логику и мотивы убийцы или садиста.

— Ты имеешь в виду Сюй Сыю? — спросил Цзин Цичжэнь.

— Да, — кивнул Янь Хун. — Из-за постоянного домашнего насилия и жестокого обращения её психика была глубоко травмирована. Хотя... Если верить старосте деревни, пока Эря была жива, она постоянно заботилась о младшей сестре. Эря была доброй и нежной, а значит, изначально Сыя всё же получала хоть каплю семейного тепла, пусть даже только от сестры, которая сама была ещё ребёнком. Но затем Эря трагически погибла. Жизнь маленькой Сыи перевернулась в одночасье. Ведь их родители всегда были законченными ничтожествами...

— К тому же, — добавила Маньмань, — хоть Эре тогда исполнилось всего пятнадцать, у неё уже появился возлюбленный из соседней деревни. В начале девяностых годов в этих глухих, отрезанных от мира горных краях музыкальная шкатулка наверняка была невиданной роскошью.

— Вот именно, — согласилась Цзинь Гуйцзюань. — В моих родных местах даже сейчас изящная музыкальная шкатулка — редкость. Большинство деревенских считают такие вещи бесполезной тратой денег. Купишь подобную безделушку — и тебя сразу запишут в транжиры.

— Староста деревни упоминал, что парень, в которого была влюблена Эря, происходил из весьма зажиточной семьи по местным меркам, — подхватил Цзин Цичжэнь. — Именно поэтому он смог подарить ей столь дорогой по тем временам подарок. И родители Эри, скорее всего, спали и видели, как выдадут дочь за богача. Конечно, если бы в семье жениха позже не стряслась беда.

Цзинь Гуйцзюань язвительно усмехнулась:

— Ну еще бы! В такой ситуации Эря сразу стала для родителей чуть ли не сокровищем. Раз уж дочь вот-вот выйдет замуж за состоятельного человека, к ней и относиться начали с уважением. Правда, исключительно ради выгоды, которую надеялись тянуть из её новой семьи годами.

— Вот за ней и тянулись, — продолжил Янь Хун. — Время перед замужеством сестры наверняка было самым счастливым периодом в жизни обеих девочек. Окружённая заботой Сыя жила припеваючи. Из всех сестёр Сюй она оказалась самой везучей. Но когда в доме того парня случилось несчастье, а следом ушла из жизни и сама Эря, суровая реальность в один миг разбила все её иллюзии. Внезапная, радикальная смена обстановки и условий жизни — колоссальный стресс даже для взрослого человека с хрупкой психикой, что уж говорить о маленьком ребёнке. Потеря единственного близкого человека и обрушившаяся на неё следом родительская жестокость ударили по ней одновременно. Такой двойной удар попросту сломал неокрепшую детскую психику.

— Чем невиннее дитя, тем изощрённее его жестокость? — тихо произнёс Цзин Цичжэнь. — Даже если родители и впрямь были главными виновниками всех её несчастий.

— К сожалению, да, — вздохнул Янь Хун. — Разум Сыи исказился, её логика далека от нормальной. Посмотри на Гуйцзюань: она натерпелась не меньше, но всё, чего она желала — это вырваться на свободу, у неё даже мыслей о мести не возникало. Обычный человек в порыве дикого гнева может замахнуться на жизнь обидчика или попытаться забрать его с собой на тот свет. Но заживо сварить в кипящем масле... На подобное даже ради самой лютой мести нормальный человек не пойдёт.

— Не забывайте, что мы находимся в зоне эрозии, — напомнил Цзин Цичжэнь. — Судя по нашему опыту в торговом центре Юньхай Ваньчэн, эмоции ключевых фигур здесь невероятно раздуты. Всепоглощающая ненависть Сыи к родителям и породила этот кошмарный Ад кипящего котла. Эря, должно быть, тоже затаила обиду на отца с матерью, но её злость не была столь разрушительной. Именно так и рождаются зоны эрозии. Ядро эрозии в точке сближения вошло в резонанс сразу с двумя душами. И если бы их обида не была столь безграничной, эта аномалия попросту не возникла бы.

После его слов все погрузились в глубокое молчание.

Как и в случае с призраком госпожи Ли в прошлый раз, ядром этой аномалии с огромной долей вероятности являлись души сестёр Сюй — Эря и Сыя.

Изначально Земля уверял, что для закрытия зоны эрозии достаточно уничтожить её ядро эрозии. Вот только теперь, когда они узнали трагическую историю сестёр, ни у кого не поднималась рука причинить вред этим несчастным детям.

— Идём в Дом семьи Сюй, — негромко, но решительно произнёс Цзин Цичжэнь. — Эря и Сыя должны быть там.

Собравшиеся не привыкли тратить время на лишние разговоры. Разъяснив для себя общую картину, они дружно закивали, подхватили свои вещи и направились к выходу.

Лу Линси бережно сложил исписанный и разрисованный лист настенного календаря, который они использовали для записей, и спрятал его в рюкзак.

Староста с женой, затаив дыхание, прослушали их разговор от начала до конца. Пусть они и не понимали, что за диковинный зверь такой эта «зона эрозии», но в одном их мнение полностью сошлось со словами приезжих: Сыя сотворила какое-то жуткое колдовство, а в деревне действительно бесчинствует призрак её покойной сестры.

Переглянувшись с супругой, староста деревни решительно стиснул зубы:

— Пойдём! Мы с вами!

Его жена торопливо закивала, юркнула в спальню и через секунду выбежала обратно, прижимая к груди пачку благовоний, которые обычно зажигала перед домашним алтарём.

Староста деревни оказался человеком на редкость ответственным. Конечно, вид бурлящих прямо посреди улиц котлов до сих пор нагонял на него жути, но раз уж эти городские спокойно расхаживали по деревне столько времени и остались целы, то и ему негоже трусить!

Выскочив во двор, супруги поспешили за уходящим отрядом. Теперь они уже не пытались говорить шепотом и во весь голос кричали вслед:

— Эй, подождите! Не спешите так!

Путешественники удивлённо переглянулись.

Лао Сяо в очередной раз стёр выступивший на лбу холодный пот:

— А староста деревни-то с женой куда собрались?

— Наверное, это те самые сюжетные персонажи, которые по сценарию обязаны следовать за игроками, — хмыкнул Цзин Цичжэнь.

Спутники промолчали, мысленно признав, что сравнение вышло на редкость точным и понятным.

Нагнав ребят, запыхавшийся староста деревни деловито предложил:

— Послушайте, раз уж это дело касается призраков Эри и Сыи, то и расхлёбывать его надо всей деревней. Может, созовём народ и разом во всём разберёмся? Что думаете?

Все так и застыли. Никто не ожидал, что местный глава решит развернуть дело с таким размахом.

Цзин Цичжэнь выступил вперёд и, взяв на себя роль переговорщика, спокойно произнёс:

— Вообще-то, это внутренние дела вашей деревни, и нам, чужакам, лезть в них не положено. Но раз уж призрак Эри явился прямо к нам, да и девочек этих до безумия жалко...

Староста деревни не страдал слепой неприязнью к приезжим и вовсе не собирался замалчивать проблему ради сохранения лица деревни. Он торопливо перебил юношу:

— Ну что вы, что вы! Наоборот, очень хорошо, что вы за это взялись. Скажу прямо: мы тут все соседи, живём бок о бок. Даже если сердце кровью обливалось, когда эти ироды колотили детей, кто ж в чужую семью полезет? Для них мы такие же посторонние. Тяжело это было прекратить.

Его супруга высказалась ещё прямолинейнее, негромко проворчав:

— Вы нам деньги за жильё заплатили, приехали отдыхать, а тут чертовщина всякая творится. Мы просто обязаны навести порядок и объясниться перед гостями.

Староста деревни кашлянул и выложил карты на стол:

— Кхм, ну и вообще... Это отличный повод прийти к семье Сюй всей толпой и покончить с этим кошмаром раз и навсегда. Чтобы люди вздохнули спокойно. Конечно, Эря за все эти годы никого пальцем не тронула, мы даже притерпелись как-то. Но представьте: приедет к кому-нибудь в гости молодая невестка или зять, столкнётся в темноте с привидением и удерёт без оглядки! Если по округе поползут такие слухи, мы же со стыда сгорим!

— Вы абсолютно правы, — искренне восхитился практичностью стариков Цзин Цичжэнь. — Но мы не знаем, что ждёт нас в Доме семьи Сюй, и готовы ли они к разговору...

— Вот именно! — зычно перебил его староста деревни. — Поэтому я и говорю: надо созвать всех крепких парней из деревни!

— Отличный план, — заторможенно кивнул Цзин Цичжэнь. — И как мы их соберём?

Староста деревни выдал ответ без секундного промедления:

— Я уже всё продумал. В сельсовете есть отличный рупор!

Потрясённые столь мощным напором, ребята смогли лишь вымолвить:

— Что ж... Хорошо, давайте так и сделаем.

Из-за неожиданной инициативы стариков отряду пришлось изменить первоначальный маршрут и вместо дома семьи Сюй направиться к зданию сельсовета.

У старосты деревни при себе была связка ключей. Он быстро отпер массивный замок и гостеприимно распахнул дверь перед приезжими.

Помещение оказалось довольно просторным. Судя по всему, когда-то это был обычный жилой дом, который позже приспособили под нужды местной администрации. Посреди комнаты стояло несколько старых, разномастных столов со сбитыми углами, составленных вместе наподобие одного длинного стола для совещаний. На них сиротливо пылились груды старых изданий: подшивки «Вестника ликбеза для крестьян», детские рассказы о Лэй Фэне, руководство по послеродовому уходу за свиноматками, брошюры о передовых методах земледелия, толстые словари «Синьхуа», партийные уставы и потёртые красные цитатники Мао Цзэдуна.

Староста деревни решительно взял рупор, вышел на крыльцо и включил трансляцию на всю деревню:

— Внимание всем жителям! Мужчины и женщины, все, кто в силах твёрдо стоять на ногах! Срочно собираемся у Дома семьи Сюй на западной окраине! По дороге смотрите в оба — обходите кипящие котлы стороной, не обожгитесь!

Цзин Цичжэнь и остальные потянулись следом на улицу.

Глядя на то, с каким энтузиазмом староста вещает в рупор, ребята надолго лишились дара речи.

— Да уж, — покачал головой потрясённый Цзин Цичжэнь. — Настоящие таланты всегда кроются в народе...

— Честно говоря, я прошла кучу хорроров, — прошептала Маньмань, — но таких деятельных и инициативных персонажей ещё не встречала.

— Точно, — поддержал её Лу Линси, который ещё пару дней назад до посинения играл в приставку. — В играх они вечно лезут куда не надо в одиночку. Я всегда недоумевал: если ты знаешь, что там смертельно опасно, зачем идти туда одному без оружия и подготовки?

В этот момент в голове Цзин Цичжэня раздался встревоженный голосок Шарика:

— Ой, мамочки... Родненькие мои, вы чо там удумали-то? Чо деется, а? Я аж прям прибалдел от таких делов!

Цзин Цичжэнь на секунду завис, а затем мысленно отозвался:

«... Мне вот тоже чертовски интересно, с какого перепугу ты вдруг заговорил как заправский деревенский дед?!»

http://bllate.org/book/37752/5177460