Готовый перевод When the Cannon Fodder Awakens / Пробуждение пушечного мяса: Жизнь после смерти: Глава 5

Фраза «Большое спасибо тебе за подсказку, Сяо Лю» ещё не успела затихнуть, как до слуха донёсся голос Си Чаньюэ:

— Немного уродливо.

……

Неизвестно, как именно это разошлось, но после возвращения учеников, спускавшихся с гор для прохождения мирской практики, в Секте Тяньци поползли слухи. Говорили, что шестой ученик под началом Бессмертного Владыки Хуайяня — то есть тот самый Шестой соученик, к которому так привыкли ученики внутренней и внешней секты, — повздорил со своим Вторым соучеником.

Кое-кто из любопытства расспрашивал об этом, но знавшие изнанку дела ученики хранили глубокое молчание.

Из-за этого слухи разнеслись ещё шире и в конце концов превратились в толки:

— Вы слышали? Шестой соученик подрался со Вторым соучеником!

Си Чаньюэ узнал об этой новости от Пэй Циня. Обсуждения Дао между Бессмертным Владыкой Хуайянем и Бессмертным Владыкой Динъюем ещё не закончились, так что ему тоже позволили остаться в Секте Тяньци.

— Ха-ха-ха, что же ты в тот день с ним сделал?

Дрались они в итоге или нет, он знал, но тогда Пэй Цин был занят болтовней с Бай Молянем и в конце концов понятия не имел, что между ними произошло.

Си Чаньюэ не желал распространяться на этот счёт: в тот день он просто не стерпел и бросил Су Ицзэ замечание при всех, а что будет потом — его совершенно не волновало.

Однако как Пэй Цин мог от него отстать? Он продолжал докучать ему со стороны:

— А Юэ, ну скажи, ну скажи же!

Си Чаньюэ от его докучливости заболела голова:

— В тебя что, мушиный демон вселился?

Только он это произмолвил, как из-за внешней занавеси донёсся голос Хо Жаня:

— Сяо Лю, Шицзунь только что закончил обсуждение Дао и велел нам, нескольким соученикам, подойти.

Обсуждение Дао завершилось?

Не дожидаясь ответа Си Чаньюэ, Пэй Цин заговорил первым.

Он вовсе не обратил внимания на слова Си Чаньюэ о том, что он слишком шумен, — сейчас Пэй Цина гораздо больше волновало окончание обсуждения Дао, и в его голосе явно сквозила печаль.

Лишь потому, что это означало: ему пора возвращаться в свою сектантскую обитель вместе с Шицзунем.

Прикинув дни в уме, Си Чаньюэ подумал, что прошло уже целых семь дней и беседа действительно подошла к концу. Он бросил косой взгляд на Пэй Цин, тут же поднялся на ноги и направился к выходу из пещеры-обители.

Хо Жань ждал снаружи.

Бессмертный Владыка Хуайянь звал исключительно своих учеников, так что Пэй Цин не мог увязаться следом и, покинув обитель Си Чаньюэ, отправился искать Бессмертного Владыку Динъюя.

Если он не ошибался, они должны были вернуться в секту сегодня.

Си Чаньюэ же вместе с Хо Жанем направился к главному пику, где располагался большой зал.

По дороге Хо Жань, должно быть, тоже слышал, как в секте вовсю судачат о происшествии на Пике Хунцзи:

— Они все мелют чепуху, Сяо Лю, не принимай это близко к сердцу.

Не дожидаясь ответа Си Чаньюэ, Хо Жань резко взметнул свои суровые брови:

— Скоро я отправлюсь туда и положу этому конец.

Будучи старшим учеником главы секты, Хо Жань обладал подобными полномочиями. Все эти слухи он считал чистейшей нелепостью, не стоившей никаких обсуждений.

Хо Жань сызмала привык действовать решительно и стремительно, а уж в том, что касалось Си Чаньюэ, и вовсе не терпел двусмысленности. В былые времена Си Чаньюэ уже давно бы расплылся в улыбке, поблагодарил его, и оба соученика наверняка проявили бы трогательную братскую привязанность.

Однако Си Чаньюэ лишь слегка кивнул:

— Ох, да это же пустые сплетни. И как же Старший соученик собирается с ними разобраться?

Хо Жань думал ровно о том же, но никак не ожидал от него такого вопроса. Он на мгновение замер и произнёс:

— Запрещу кому бы то ни было распускать слухи в секте.

Заметив, что тот настроен вести с ним долгие переговоры, Си Чаньюэ поспешил его остановить:

— На усмотрение Старшего соученика.

Ему было абсолютно всё равно, что там болтают остальные.

Си Чаньюэ даже подумал: будь у него сейчас в самом деле достаточно сил, чтобы под предлогом спарринга поколотить тех, кто когда-то причинил ему боль, это принесло бы немалое облегчение.

Но сейчас…

Взгляд Си Чаньюэ помрачнел.

Видя это, Хо Жань не стал продолжать, лишь смутно чувствуя, что что-то изменилось. Впрочем, вспомнив, что Си Чаньюэ в прошлый раз не попал на практику, он подумал, что Сяо Лю, пожалуй, и вправду захотелось спуститься с гор и взглянуть на мир…

Размышляя об этом, Хо Жань молча опустил взгляд и погрузился в думы. Внезапно его глаза блеснули догадкой, в сердце созрело решение, и он повернулся к Си Чаньюэ.

Си Чаньюэ в это время размышлял, не уединиться ли ему на какое-то время в затворе, чтобы прорваться на новый уровень культивации, ведь его нынешняя сила сильно уступала тому, какой она станет через семь лет. По этой причине он вовсе не заметил пристального взгляда Хо Жаня.

Хо Жань не стал ему мешать, решив, что сообщит Си Чаньюэ обо всем чуть позже.

·

В главном зале Су Ицзэ и Бай Молянь уже были на месте, тогда как Хо Жань с Си Чаньюэ появились с опозданием.

Едва завидев их фигуры, вошедшие в зал, Бай Молянь тут же подпрыгнул и замахал руками:

— Старший соученик, Шестой соученик!

Всего под началом Бессмертного Владыки Хуайяня состояло семеро учеников: если не считать третьего и четвёртого, которые всё ещё находились на мирской практике в дальних краях, то пятый по старшинству всецело посвятил себя алхимии и переметнулся под крыло истинного человека Лияо на Пике Ханьдань.

Хуайянь и Лияо изначально были соучениками по одной секте, но поскольку их пути в самосовершенствовании расходились, Хуайянь не стал чинить препятствий, узнав о стремлениях ученика, и позволил ему вступить на Пик Ханьдань. Даже приняв впоследствии в ученики Си Чаньюэ, он всё равно закрепил за ним шестой порядковый номер.

А Бай Молянь был его последним учеником — к тому же закрытым.

Си Чаньюэ вместе с Пэй Цинем были отправлены в Секту Тяньци своими кланами ровно год назад, так что времени прошло и не много, и не мало.

Однако стоило ему пробыть в секте всего полгода, как в качестве закрытого ученика приняли Бай Моляня, так что разница в сроках их поступления была невелика.

Едва переступив порог зала, Си Чаньюэ услышал жизнерадостный, звонкий голос Бай Моляня и подумал: неудивительно, что младший соученик — главный герой той самой книги.

Когда в его сознание только-только вбивали сюжетные линии из книги, его собственное сознание было до того затуманенным, что удалось ухватить лишь обрывки воспоминаний о причинах собственной гибели. Он помнил лишь примерно, что и Старший, и Второй соученики, и даже его закадычный друг детства — все они питали нежные чувства к младшему соученику.

Будь он сам недостаточно хорош, вряд ли смог бы вызвать у стольких людей столь глубокую привязанность. Подумав об этом, Си Чаньюэ с опозданием добавил про себя: чуть не забыл, Шицзунь, кажется, тоже относится к младшему соученику с особым снисхождением.

Мысли Си Чаньюэ витали где-то далеко, но шаг его оставался абсолютно ровным. Медленно ступая вслед за Хо Жанем, он дошёл до середины зала и только остановился, как зоркий Бай Молянь сбоку заметил фигуру, выходящую из внутренних покоев, и громко позвал:

— Шицзунь!

Следом за этим и Си Чаньюэ перевёл взгляд в ту сторону. Все четверо соучеников разом устремили взоры в одну точку.

***

http://bllate.org/book/37736/4717777