Готовый перевод Relic Idol Entertainment Circle / Артефакты в шоу-бизнесе: Золотое тело: Глава 13

— Хочешь услышать правду или ложь? — Су Сяоюнь продолжал уплетать мороженое.

Парень с детским лицом широко раскрыл глаза и выпалил:

— Да ладно? Тебе кажется, что я плохо пою? Я эту песню почти год репетировал!

Су Сяоюнь приподнял мороженое и бросил на него взгляд:

— Твой голос слегка зажат, а ритм немного спешит. Ты нервничаешь?

— Ничего себе, как ты это расслышал? Я и правда жутко нервничаю. Как только начинаю волноваться, боюсь сбиться с такт, вот ритм и ускоряется. Но я ведь отлично знаю эту песню, даже если спешу, всё равно звучит естественно!

Остальные в худшем случае находили, что он поет чуть быстрее обычного, и парень с детским лицом никак не ожидал, что Су Сяоюнь окажется настолько проницательным.

— Ты, должно быть, еще не привык к сцене? Когда привыкнешь, это пройдет.

Су Сяоюнь продолжил есть мороженое.

Заметив, что Су Сяоюнь лакомится мороженым, парень с детским лицом не удержался от предостережения:

— Ты все еще ешь? Нужно беречь голос, холодное лучше вообще не трогать. Я вот уже год держусь и не ем острого — как бы сильно ни хотелось, даже не смею прикасаться, а ты перед самым выступлением решаешься есть ледяное?

— Для меня такие правила не работают.

Су Сяоюнь с малых лет выступал на сцене, его детство было ярким и насыщенным — разве мог он когда-либо ограничивать себя в еде?

По словам самого Су Сяоюня, его рот от природы был создан для того, чтобы есть, во вторую очередь — чтобы разговаривать, и лишь в самую последнюю — для природного дара, хорошего тембра и ухода на театральную сцену. Если бы из-за пения пришлось отказывать себе в еде, жизнь стала бы слишком мучительной.

Пока парень с детским лицом беседовал с Су Сяоюнем, ведущий уже подвел итоги:

— На данный момент подсчитано 682 голоса. Поздравляем нашего первого участника — Сяо Фэна!

Парень с детским лицом выглядел так, будто уже собирался ворваться в шоу-бизнес на волне бешеного энтузиазма. Он помахал фанатам:

— Спасибо, друзья!

Ведущий на красной дорожке заглянул в список участников и объявил:

— А теперь просим на сцену участника под номером два — Вэнь Ди.

Низкорослый молчаливый мужчина, укутанный с ног до головы в черный плащ с капюшоном, скрывавшим лицо, шаг за шагом ступил на красную дорожку. Только сейчас Су Сяоюнь узнал, что того зовут Вэнь Ди.

Подбежавший организатор крикнул:

— Второй номер, ты еще не сдал фонограмму!

— Мне не нужна фонограмма.

Стоило этому доселе ничем не примечательному второму номеру подать голос, как его звонкое, мелодичное звучание, напоминавшее переливчатый звук бамбуковой флейты, тут же прочистило уши всем работникам.

Помощник на мгновение замер, а затем просто сунул ему в руки микрофон, разрешив выступать как заблагорассудится.

Облаченный во все черное Вэнь Ди даже не снял с головы капюшон. Немного повозившись с микрофоном, чтобы понять, как им пользоваться, он с ходу перепел ту самую грустную поп-песню о любви, которую только что исполнил парень с детским лицом.

Вэнь Ди превратил ее в быстротемповую вариацию, умудрившись придать тоскливой балладе яркое и радостное звучание.

Чистый и звонкий мужской голос, далекий и раскатистый, мигом привлек толпу зевак, сбежавшихся к Площадь Сяньчэн посмотреть, кто это поет.

Вэнь Ди полностью контролировал собственный ритм: его пение то замедлялось, то вновь становилось веселым и бодрящим. Этот приятный слух голос то струился мягкой, неотступной лаской ветра, то звенел и журчал стремительным горным ручьем, заставляя людей погрузиться в глубокий, зачарованный омут прекрасной мелодии, из которого невозможно выбраться.

Все присутствующие на Площадь Сяньчэн словно перенеслись в дивный сон — они застыли, охваченные наваждением, будто у них отобрали души, и целиком растворились в голосе Вэнь Ди…

На площадке воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь пением Вэнь Ди. Все вокруг словно погрузились в глубокий сон.

В бодрствующем состоянии остались лишь Су Сяоюнь и Ван Цань. Эти двое, на которых не подействовало очарование, даже нашли время дойти до мусорного бака и выбросить пустые стаканчики из-под мороженого.

Вэнь Ди пел и одновременно бросал взгляды на этих двоих, которые выглядели так, будто им всё нипочем. Разве они вообще люди?

Когда Вэнь Ди закончил петь, все на площади очнулись от оцепенения и толпой ринулись к организаторам получать билеты, чтобы отдать их за Вэнь Ди.

Придя в себя, ведущий объявил:

— Три тысячи подготовленных нами билетов полностью розданы! Количество голосов за Вэнь Ди превысило наш максимальный предел. Поздравляем Вэнь Ди!

Парень с детским лицом остолбенел. Он посмотрел на закутанного в плащ парня, так и не показавшего лица за все время, а затем перевел взгляд на Су Сяоюня.

Если Су Сяоюнь наберет больше 700 голосов, самого его безжалостно выкинут из конкурса.

Ван Цань закинул руку на плечо Су Сяоюню и прокомментировал:

— Никогда не видел человека с таким талантом. Его голосовые связки просто невероятны, из них хоть готовый музыкальный инструмент делай.

Ван Цань попал не в бровь, а в глаз: Вэнь Ди и сам по себе был живым духовым инструментом.

Су Сяоюнь смахнул руку Ван Цаня и отозвался в ответ:

— Но у него явно скудная фонотека, иначе бы он не перепевал чужие песни прямо на ходу. Впрочем, обучаемость у него потрясающая — слушает один раз, тут же запоминает и на лету выдает измененную версию. Довольно впечатляет. Интересно только, из каких гор он сбежал?

Су Сяоюнь заметил, что этот парень, кажется, даже обращаться с микрофоном толком не умел.

После ослепительного выступления Вэнь Ди все последующие номера казались до боли заурядными. Зрители, привлеченные Вэнь Ди, послушали две-три песни и разошлись.

И все же, благодаря трем тысячам человек, которых привлек Вэнь Ди, у следующих участников результаты оказались неплохими. Четыре-пять конкурсантов набрали больше 800 голосов, отчего уголки губ парня с детским лицом окончательно опустились — он был готов заплакать.

Ван Цань хлопнул его по плечу, пытаясь утешить:

— Брат, тебе просто не повезло. Выступи ты сразу после Вэнь Ди, глядишь, и твои результаты не ограничились бы 682 голосами.

В конце концов, в самом начале народу собралось маловато.

Су Сяоюнь продемонстрировал свою табличку с номером 18 и тоже подбодрил его:

— Тут есть кое-кто еще более невезучий. Я выступаю самым последним. Посмотри, как все расходятся — к тому времени, как до меня дойдет очередь, зрители наверняка уже разбегутся по домам ужинать?

И Су Сяоюнь оказался прав: когда пел пятнадцатый участник, вокруг толпилось всего с десяток зевак. Да и те сидели на цветочных клумбах просто так, фоном послушать музыку, и даже не думали вставать, чтобы принять участие в голосовании.

Пятнадцатому участнику выпало тяжкое испытание: пел он вполне сносно, но заработал лишь голоса, исчисляемые однозначным числом.

Несмотря на палящее солнце, Ван Цань погладил себя по рукам, чувствуя, как сильно остыл зрительский интерес. С болью в сердце он протянул:

— Сяо Юнь, смотри, как бы твой результат не оказался ниже, чем у Сяо Фэна!

У парня с детским лицом набралось целых 682 голоса.

В этот момент ведущий зычно объявил:

— Номер восемнадцать, Су Сяоюнь!

http://bllate.org/book/37693/4709456