Готовый перевод Must We Fall in Love / Обязательно ли в это влюбляться?: Глава 7

Цзян Пинхай счел это невозможным. Разве дело в том, много или мало? Перестань его баловать.

Он покачал головой, его вид показывал, насколько сильно Цзян Юй ему надоел, и ушел сам.

Цзян Юй одержал полную победу, с чистой совестью продолжив устраиваться на Чэнь Боцине, словно котенок, потершись о его щеку.

Они всегда были неразлучны, обладая естественной защитой, недоступной обычным влюбленным. Как бы сильно они ни льнули друг к другу, никто бы ничего не подумал, тем более не обратил бы внимания на их переплетенные пальцы.

Что тогда показывали по телевизору, Цзян Юй не запомнил вовсе: в памяти осталось лишь то, как Чэнь Боцин говорил что-то ему на ухо, придерживая за талию, а его чуть горячее дыхание овевало заднюю сторону шеи.

Совсем не так, как сейчас, когда они по собственной воле расселись по разным одноместным диванам и больше не жались друг к другу.

Пробыв в гостиной до десяти часов, оба родителя наконец собрались отдыхать.

Раз уж дело шло к свадьбе, жить под одной крышей было куда удобнее. Двухэтажный особняк Цзян Пинхая в прошлом году полностью отремонтировали по нанятому дизайн-проекту, и места там стало больше, так что переехать пришлось Су Фанхуа.

Бо Цин, комната наверху рядом с комнатой Цзян Юя уже убрана, теперь это твоя спальня, — сказал Цзян Пинхай. — Но сегодня тебе, пожалуй, придется перебиться в комнате Цзян Юя: лампа в твоей почему-то сломалась, завтра я ее заменю. Пойдет?

Чэнь Боцин и Цзян Юй при этих словах замерли.

Цзян Юй и вовсе лишился дар речи.

Он подсознательно хотел отказаться: Нет...

Но, столкнувшись взглядом с улыбающимся лицом Су Фанхуа, тут же прикусил язык.

Он повернулся и посмотрел на Чэнь Боцин.

Чэнь Боцин тоже слегка засомневался. Раньше ему доводилось не раз оставаться на ночевку у Цзян Юя, но сейчас времена были совсем другими.

Может, я все-таки пойду спать в соседнюю комнату? — негромко предложил он. — Завтра прийти сюда займет всего пару минут.

К чему такая холодность, — Цзян Пинхай был с этим не согласен. — Я только что провел теплые полы, в доме тепло. Жить одному там, конечно, близко, но разве это сравнится по удобству с этим местом?

Он немного тревожился, раздумывая, не таит ли Чэнь Боцин в душе прежнюю обиду.

Иначе с чего бы раньше они всегда охотно ночевали вместе, а теперь вдруг стали чужими?

Или они с Цзян Юем поссорились?

Но думать об этом так и при этом не иметь возможности прямо спросить было тяжело; он перевел взгляд на родного сына, выражая в глазах недоумение.

Цзян Юй аж зубами заскрежетал.

Оставаться в одной комнате с Чэнь Боцином он определенно не желал.

Но при столь неестественном поведении обоих, стоило ему упрямо отказаться, как любой дурак понял бы, что между ним и Чэнь Боцином что-то стряслось. Наверное, стоило Чэнь Боцину сделать шаг за порог, как отец тут же принялся бы допрашивать его самого с пристрастием.

Он быстро бросил на Чэнь Боцина взгляд, чувствуя себя крайне удрученным, но напустил на себя беззаботный вид и поддакнул:

— Чего ты шарахаешься? Спишь со мной — не съем же я тебя, расслабься, ночью твое одеяло отбирать не стану.

Чэнь Боцин удивленно посмотрел на Цзян Юя.

Цзян Юй потупился, глядя в пол и избегая его взгляда.

Но раз уж разговор зашел так далеко, дальнейший отказ выглядел бы жеманством и слишком сильно возбуждал подозрения. Чэнь Боцин понял намек Цзян Юя.

Подумав секунды две, он пошел на уступку:

— Тогда я буду спать с Цзян Юем.

Цзян Пинхай с облегчением вздохнул и тоже улыбнулся:

— Вот именно, хоть поболтаете перед сном.

Комната была распределена, и все семейство разошлось по своим уголкам.

На первом и втором этажах имелись ванные комнаты, причем та, что наверху, располагалась в самом конце коридора. Цзян Юй как раз чистил зубы, когда туда втиснулся Чэнь Боцин.

— Ты чего? — с полным ртом пены уставился на него через зеркало Цзян Юй.

— Мыться, — ответил Чэнь Боцин.

С этими словами он принялся раздеваться.

— Черт, погоди, — Цзян Юй молниеносно выплюнул пену и прополоскал рот. — Погоди, до чего же ты бессовестный, я же еще здесь!

Бессовестный?

Неожиданно услышав такую оценку, Чэнь Боцин приподнял бровь и обернулся к Цзян Юю.

Его кашемировый свитер был уже снят, обнажая подтянутый и крепкий торс. При светлой коже мускулы выделялись рельефными, плавными линиями, что создавало разительный контраст с его утонченным лицом.

Цзян Юй на мгновение испытал легкий удар, совершенно не умея держаться в руках: его кадык судорожно дерглся.

С огромным трудом он заставил себя перевести взгляд на лицо Чэнь Боцина.

Однако от этого стало только хуже. Чэнь Боцин словно воплощал собой все его представления о прекрасном. Говаривали, что любоваться красотой лучше при свете, а яркие лампы в ванной освещали Чэнь Боцина так отчетливо, будто черты его лица были выписаны кистью мастера: высокий нос, тонкие губы и глаза, в которых плескалась весенняя вода.

Цзян Юй тут же сдулся еще на треть.

— Кто тут еще бессовестный, — холодно или сдержанно посмотрел на него Чэнь Боцин. — Раньше это ты вечно норовил залезть со мной в ванную вместе, а теперь ты оккупировал комнату гигиены и видишь, что я уже закончил. Я просто разделся, и сразу бессовестный?

Цзян Юю нечего было возразить.

И правда, он только что вымылся, почистил зубы и вполне мог катиться отсюда.

Но смириться он не мог и с угрюмым видом отпарировал:

— А ты забыл, что то было раньше?

Прежде он действительно мылся вместе с Чэнь Боцином, но ведь тогда им было по семнадцать-восемнадцать лет.

В те годы он еще ничего не смыслил в собственных чувствах, все норовил поглазеть на Чэнь Боцина, хотя сам не понимал почему. Чэнь Боцин же, наоборот, тяготился им: стоило тому войти, как Чэнь Боцин стремительно окатывал себя водой, не теряя ни секунды, чем жутко его расстраивал. Бывало, он даже обхватывал Чэнь Боцина за талию и вопил, что тот бессердечный изменник.

Теперь же другое дело: наконец-то настала его очередь тяготиться Чэнь Боцином.

Да и бессердечным изменником оказался вовсе не Чэнь Боцин, а он сам.

Он с грохотом швырнул стаканчик для зубных щеток на умывальник:

— Ладно, раздевайся как хочешь. Я закончил, я пошел первым.

Сказав это, он сделал ноги и с грохотом захлопнул дверь. Спасибо, что дело происходило на втором этаже, иначе он точно разбудил бы обоих родителей.

Чэнь Боцин остался в ванной один. Яркий свет заливал помещение; он опустил глаза, и густые ресницы скрыли царивший в его взгляде мрак.

Вернувшись в комнату, Цзян Юй с головой зарылся под одеяло. Хотя на дворе стояла зима, благодаря работающим теплым полам было совсем не холодно.

Звукоизоляция в комнате оказалась отменной: он совершенно не слышал того, что происходило в ванной. Лежа с телефоном в руках, он чувствовал себя рассеянным и то и дело навострял уши, поджидая, когда же Чэнь Боцин откроет дверь.

http://bllate.org/book/37676/4706713