Готовый перевод Straight Man Dragon King Provokes Gloomy Junior Brother / Дракон-Император и его одержимый ученик: Как выжить в роли злодея: Глава 4

Это действительно золотой палец, а не какая-то карательная система, придуманная, чтобы сжить его со свету? — Фу Мин потчевал лоб рукой.

Нашёл.

Выслушав три часа рекламных речей Системы, с помощью которых она расписывала свои задания, Фу Мин потратил ещё один час на то, чтобы перебрать их и выбрать подходящие.

Улаживать соседские споры он отказался, потому что, к несчастью, обе конфликтующие стороны уже успели затаить на него зуб. Защищать редкие и находящиеся под угрозой исчезновения бессмертные травы тоже не стал: от посева до всходов у этого растения пройдёт целое столетие, да и где он его искать станет? Оказывать помощь беженцам на границе не пожелал, потому что целей для этого задания набралось ровно сто тысяч.

В конце концов он остановился на трёх поручениях, которые можно было выполнить попутно и которые одновременно приближали его к Сяо Хуайюаню; за каждое полагалось по 10 очков заслуг.

Первое — стать адептом Секты Тяньянь и накопить известность, что равносильно получению официального распределения в мире бессмертных. Второе — разобраться с нападением стаи демонических зверей на малую секту, подчинённую Секте Тяньянь, и решить насущные проблемы простого народа. Третьи задачи выглядели довольно туманно: там красовались лишь три вопросительных знака, но следом шёл двадцатипятидневный обратный отсчёт, так что он выбрал и его.

Фу Мин извлёк покрытую пылью карту Мира Бессмертных. Эту вещицу он некогда сдёрнул с трупа какого-то праведного собрата в годы своих скитаний; правда, он хотя бы выкопал для бедолаги яму, так что тот обрёл покой под землёй.

Края карты уже изрядно потёрлись, но направление разобрать всё же удавалось: выбравшись из Моюаня на две сотни ли на север, можно было добраться до приграничного города Юнчэн, а оттуда пройти ещё пять сотен ли — и покажется Секта Тяньянь.

Но как затесаться в ряды праведных практиков? Фу Мин решил слепить маскировочный клон и вступить в Секту Тяньянь под новым обличьем.

Довелось ему побродить по свету немало лет, и в любых боевых искусствах Фу Мин знал толк. Путь праведности, путь демонов — для него это были всего лишь две развилки на дороге культивации, и не существовало между ними ни высших, ни низших, ни дурных, ни хороших — в конце концов, большинству техник демонических практиков человеческое мясо в пищу вовсе не требовалось.

Его истинное лицо выглядело чересчур резким, требовалось внести кое-какие правки. Округлить форму подбородка, сделать покруглеем глаза, убрать пару дюймов роста, а демонические узоры между бровями замазать пудрой... Хм, что-то тут не так.

В то время как прямолинейный Фу Мин перед зеркалом наводил лоск на свою фальшивую личину, у него в голове внезапно раздался механический голос: Система, заметив, как он увлечён процессом, мрачно бросила:

— Проснись, хозяин, если твои подручные продолжат рубить бамбук такими темпами, с тебя снимут очки добродетели за нанесение вреда окружающей среде.

……

Среди демонических практиков издревле водилось немало отчарённых головорезов; хоть они и подчинились Фу Мину, друг на друга поглядывали косо. Даже на такую тяжёлую работу, как возведение построек, они набросились с азартом, силясь доказать, кто здесь главнее.

Три здоровяка, которые в тот самый день первыми выскочили исподтишка напасть на него и которых Фу Мин мысленно записал в категорию людей с дефицитом мозгов, как раз яростно спорили из-за бамбуковых шестов.

Но стоило им поднять головы, как они увидели молча стоящего перед ними юношу — с миловидным, почти детским лицом, чьё чело, однако, излучало зловещую убийственную ауру.

— Ох ты ж ёлки-палки, это ещё кто? Неужели какой-то смазливый мальчик, которого Повелитель держит на содержании?

Хлоп! Жуткая демоническая ци в одно мгновение выплеснулась наружу, мощной волной раскинув всё вокруг на сотню ли и распугав сидевших на бамбуке воронов — те с криками взмыли в небеса и долго кружили вдали.

Натрудившихся демонических практиков внезапно качнуло от головокружения, а когда они снова открыли глаза, то обнаружили, что собрались в главном зале — единственном здании, кроме личных покоев самого Владыки Демонов, которое ещё можно было назвать приличным.

Этот парень, выглядевший ещё более хрупким, чем тот смазливый мальчик, зловеще ухмыльнулся:

— С сего дня за пользование местными ресурсами вам придётся тратить очки заслуг. Я буду регулярно выдавать задания, и только выполнив их, вы сможете заработать заслуги. Вам всё понятно?

Толпа невольно вздрогнула.

Фу Мин довольно кивнул, думая про себя: «Спасибо Системе за подсказку».

У каждого ремесла свои секреты, и профессиональную работу должны выполнять профессионалы. Фу Мин позвал бывшего демонического советника, залечивающего раны на кушетке. Того звали Фан Ицзэ, и он обладал многовековым опытом службы на этом посту, так что в административных делах по управлению подчиненными явно смыслил превосходно.

И действительно, стоило Фу Мину лишь в общих чертах обрисовать концепцию баллов заслуг, как Фан Ицзэ тут же выдал с десяток готовых к реализации планов. Поистине, это был редчайший высококлассный талант в Мире Демонов. Правда, само прозвище «демонический советник» звучало не слишком удачно и уж точно архаично, поэтому Фу Мин, чьё сердце преисполнилось великой радости, пожаловал ему новое имя — Фан Администратор.

После долгих хождений вокруг да около Фан Администратор в самом конце беседы вдруг поинтересовался личностью того замаскированного парня.

— Кто был тот человек?

Приняв вид грозного Владыки Демонов, Фу Мин холодно бросил, что это не имеет значения, и ловко замял разговор.

Ночи в Мире Демонов всегда выдаются ветреными и просторными. Пока демонические практики сладко спали, Фу Мин в облике клона взвалил на плечи дорожный мешок и двинулся в сторону Мира Бессмертных, держа курс прямо на ту самую секту, которую некогда знал лучше всего.

Секта Тяньянь, я вернулся.

В этот момент в Секте Тяньянь адепты, чьи лица со дня начала войны между людьми и демонами неизменно оставались напряженными, наконец-то получили редкую возможность немного расслабиться. Разбившись на небольшие группы на тренировочной площадке, они оживленно перешептывались, и лишь сейчас в них проступала присущая юности живая энергия.

— Вы слышали? Владыка Демонов мертв, а нового зовут Фу Мин.

— Какой еще Фу Мин?

— Да ты с дуба рухнул? Кто же еще... Тот самый первый номер из Небесного Списка, чье имя потом запретили даже произносить.

Адепт огляделся по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, понизил голос, заканчивая фразу. В этот момент неожиданно налетел холодный порыв ветра, от которого у всех по спине пробежали мурашки, а по телу прокатилась противная дрожь.

Имена из Небесного Списка испокон веков были излюбленной пищей для разговоров за чаем среди учеников Секты Тяньянь, но только об этом человеке говорить возбранялось строжайшим образом. В самые суровые времена всякого, кого ученики с Пика Уголовного Права ловили за обсуждением этой персоны, допрашивали долгие дни, прежде чем соизволить отпустить.

— Когда я еще был разнорабочим, мне доводилось видеть его, когда он приходил сюда по поручениям. Человек казался вполне дружелюбным, и подумать было нельзя, что впоследствии... — вспомнил один из пожилых и праздных учеников с второстепенного пика.

В разгар войны практики ниже Стадии Золотого Ядра гибли пачками, и составы учеников на пиках сменились уже несколько раз; пожалуй, из всех присутствующих лишь он один и пересекался когда-то с Фу Мином.

— Эй-эй-эй, чего это вы тут собрались? Ишь ты, гляди-ка, вздумали еще и заступаться за предателя!

Низкий и толстый, словно зимняя дыня, мужчина-практик внезапно вклинился в их кружок и с порога затянул во всю мочь своим зычным, похожим на утиное кряканье голосом. Это тут же привлекло внимание рассеянных вокруг адептов, которые один за другим повернули головы, одаривая их цепочкой недоуменных взглядов.

— Тот человек по характеру был сдвинутым, помешанным на боевых искусствах, да к тому же происходил из низов. Что тут удивительного в том, что ради прорыва он сбежал в демонические земли?

— А с чего бы ему тогда соглашаться на перемирие? Сам старший соученик Сяо говорил, что они принесли клятвы Внутреннего демона, с чего это вам расписывать его столь жестоким?

— Хэ, да он просто дурил головы таким глупцам, как вы, чтобы вы потеряли бдительность! Спорю на десять тысяч камней духа, что новый Владыка Демонов не пройдет и месяца, как снова развяжет войну.

— Спорим! Кто боится-то? Чэнь Чэн, не смей строить из себя невесть что только потому, что твоих сородичей из Пика Ковки Оружия тут пруд пруди!

Стерпеть презрение к выходцам из простых семей они еще могли, но от грязнословной болтовни этого толстяка по имени Чэнь Чэн у старшей сестрицы в их компании окончательно лопнуло терпение. И поскольку молодая кровь в жилах бурлила вовсю, оба тут же заключили пари, решив дождаться конца месяца и посмотреть, кому из них придется устыдиться.

Таких тренировочных площадок в Секте Тяньянь было не счесть, и каждая гудела от оживления — ругань и крики сливались в единый ревущий океан.

Глава секты Секты Тяньянь уже долгое время находился в уединении, а старейшины высшего эшелона не вмешивались в мирские дела, поэтому светские заботы временно взял на себя представитель нового поколения с наивысшим уровнем культивации, уже пробившийся на Раннюю ступень Превращения Божества — Сяо Хуайюань.

Сяо Хуайюань стоял на террасе главного зала, вглядываясь вдаль. За окном расстилался унылый осенний пейзаж: побуревшая земля, подернутая инеем; еще полмесяца — и облетят последние обрывки листвы, а там и до глубокой зимы недалеко.

Он смутно чувствовал, что во всех уголках Мира Бессмертных клубится пронзающая небеса злоба, и если пустить все на самотек, это грозило обернуться чудовищной бедой.

Среди всеобщего угнетающего увядания лишь один человек не желал подчиняться узам правил. Старший соученик, станешь ли ты ключом к преодолению этой напасти?

— Приветствую, старший соученик Сяо.

Почтительное приветствие прервало раздумья Сяо Хуайюаня.

Сяо Хуайюань издал короткое «мгм» и ответил:

— Младший соученик Ху, зачем пожаловали?

Возможно, из-за нрава Сяо Хуайюаня, не умевшего улыбаться, подчиненные трепетали перед ним в страхе, и между ними не было и следа той сердечности, что некогда связывала его со старшим соучеником.

— Люди из Зала Дел говорят, что нынче вы, старший соученик, тоже достигли Стадии Превращения Божества, так что, пожалуй, с этого года вам стоит начать отбор личных учеников...

— Сказали ли они еще что-нибудь?

Младший соученик Ху смущенно опустил голову, не смея встретиться с ним взглядом.

— Вообще-то... Глава Зала Дел упомянул, что молодой господин из клана Чэнь и барышня из клана Гу одарены превосходными талантами, и выразил надежду, что их удастся представить вам. Но, по правде говоря, я думаю...

— Раз уж все младшие поколения одарены талантами, я не могу обидеть никого из них. Тогда давайте проведем грядущий набор через состязание сильнейших на арене.

Стоя против солнца, Сяо Хуайюань сохранял неизменное сокрушительное спокойствие, однако младшему соученику Ху отчетливо показалось, что тот разгневался.

Глава 4

— Уважаемый гость, вы желаете перекусить или остановитесь на ночлег?

Услышав требования прибывшего, трактирный слуга загрыз кончик кисти, скорчив озасадоченное лицо.

— Комната за десять монет на ночь? Нетути. Сами же знаете, завтра Секта Тяньянь начинает великий набор новых адептов, в нашей гостинице от силы осталось-то пара-тройка покоев высшего класса земного ранга, а за них в любое время меньше полусотни низкоранговых камней духа не возьмешь.

Перед ним стоял юноша лет шестнадцати-семнадцати в грубых конопляных одеждах. На первый взгляд черты его лица казались утонченными и юными, но при ближайшем рассмотрении брови и глаза выдавали нечто острое — судя по всему, заносчивый нищий парнишка из бедной семьи.

— У меня тут есть кое-какие травы и звериные шкуры земного ранга, возможно, удастся покрыть разницу в цене.

Дело было даже не в деньгах; торговаться у стойки регистрации означало лишь то, что если это увидят местные зеваки, снова поднимется шумиха. Сообразив, чем это грозит, слуга принялся выпроваживать гостя:

— Ладно-ладно, ступайте-ка отсюда.

Этот смазливый юноша как раз и был замаскированным Фу Мином. Его истинное тело заседало в Мире Демонов, а сюда он специально отправил лишь одну свою эманацию, чтобы подзаработать очков заслуг в Секте Тяньянь.

Поддержание состояния «одна душа — два тела» отнимало колоссальное количество сил Божественной души, поэтому он и планировал отыскать какую-нибудь комнату, чтобы немного передохнуть.

«В прежние времена разве нельзя было снять покои высшего ранга небесного класса всего за десять низкоранговых камней духа? Откуда в мире культиваторов такая инфляция?» — недоумевал Фу Мин.

Пока они препирались из-за цены, из-за двери донесся громогласный, полный жизненной силы разговор:

— Эта девчонка посмела прилюдно выставить меня посмешищем, до чего же она мерзкая! Я ведь давно говорил, что вся эта бесполезная свора никчемных нищенствующих практиков должна быть изгнана из Секты Тяньянь.

— Двоюродный брат совершенно прав! Всякую мерзость и отребье тащат в секту, не к добру это всё.

— Тот прежний Фу Мин ведь тоже из какой-то глухомани вылез, точно такая же поганая тварь...

Шайка приодетых в роскошные шелка практиков вальяжно ввалилась внутрь, окруженная толпой слуг и свиты. Но, возможно, из-за упитанного телосложения они выглядели не то что безыскусно, а скорее мерзко — точь-в-точь черные свиные демоны.

Уловив ключевое слово своего имени, Фу Мин повернулся на голос и случайно встретился с ними взглядом.

http://bllate.org/book/37624/4698621