Готовый перевод The Whole Entertainment Industry Begs Me to Shut My Mouth / Заткните ему рот! Или как один даос кошмарил шоу-бизнес: Глава 2

Мужчина напротив смотрелся дьявольски хорош в холодном лунном свете, но тёмная, леденящая аура вокруг него сгустилась настолько, что, казалось, вот-вот поглотит его целиком. Обычный человек, окажись он в таком кольце загробного Инь, уже слег бы с тяжелейшим недугом или как минимум погряз в беспросветных несчастьях. Однако этот тип вовсе не выглядел сломленным или замученным.

Мэн Шаою вообще-то не привык совать нос в чужие дела, но с подобным столкнулся впервые, вот и не удержался — ляпнул не подумав.

Красавец покосился на него, следя за движением руки, и взгляд его зацепился за жёлтый бумажный талисман, который Шаою только что выудил из кармана.

Юноша честно вознамерился сыграть роль доброго самаритянина, но под этим равнодушным, безжизненным взглядом осёкся. Мужчина даже не подумал вступать в разговор: мазнул по нему высокомерным, скользящим взором и, развернувшись, скрылся в павильоне съёмочной группы.

Мэн Шаою только и осталось, что смущённо застыть на месте.

Впрочем, обижаться он не стал. Они — случайные прохожие, да и сам он поступил сгоряча. Раз уж незнакомец так бесцеремонно ушёл, Шаою решил не брать в голову: запихнул талисман обратно в карман и отправился восвояси.

***

Тем временем на площадке к вернувшемуся Юй Цзянхэ подскочил молодой ассистент:

— Учитель Юй! А мы вас повсюду ищем, сейчас как раз ваша сцена!

Юй Цзянхэ лишь сухо роздал кивок и неопределённо выдохнул, окинув съёмочную группу рассеянным взглядом.

Неподалёку Ху Цзыюй в сценическом костюме — строгом френче — с сияющей физиономией щедро раздавал коллегам свежие запечённые закуски. Из кармана его пиджака едва заметно выпирала аккуратная жёлтая полоска бумажного оберега.

Помощник, привыкший, что артист первым делом отправляется к режиссёру, удивлённо проследил за его взором, но не увидел ничего примечательного. Почесав затылок, он смущённо поинтересовался:

— Учитель Юй, вы что-то потеряли? Может, нужно сделать что-нибудь?

— Нет, — отрезал Юй Цзянхэ и, поправив отворот пиджака, равнодушно добавил: — Пошли.

Ночной инцидент вылетел из головы Мэн Шаою сразу же, стоило ему ступить на порог дома. И вспоминать о нём он не собирался — ровно до тех пор, пока они не столкнулись снова прямо в университете.

***

На следующий день Ли Шаоян, учившийся на актёрском факультете, притащил Шаою с собой на прослушивание. Продав душу за шанс получить хотя бы эпизодическую роль в прибывшей на натуру съёмочной группе, Шаоян умолил друга пойти за компанию — исключительно «для поддержки морального духа!».

Притянув Мэн Шаою к дверям аудитории, где проходили пробы, Ли Шаоян непрестанно тараторил:

— Слушай, а наряд в норме? Чёрт, у меня аж поджилки трясутся! Вдруг опозорюсь прямо перед кастинг-директором?..

От этого непрерывного причитания у Шаою заломило в висках.

— Ты же всё зубрил и репетировал до ночи, — вздохнул он. — Главное, не зажимайся, сыграешь естественно — и всё пройдёт как по маслу.

— Но ведь это мой шанс! — всплеснул руками Шаоян. — Если всё выгорит, получится мой официальный дебют в кино!

Столько лет грызть актёрскую науку — и вот, наконец, заветная цель оказалась на расстоянии вытянутой руки!

Разгорячившись от собственных мыслей, Ли Шаоян сжал рукав Мэн Шаою:

— Брат! Мэн-гэ, родненький! У тебя ведь наверняка найдётся какая-нибудь заговорённая бумажка на удачу? Или заклинание? Может, сотворишь быстренько малый ритуал прямо здесь? Ну или хоть магию Цзянтоу на режиссёра напусти, а?

У Мэн Шаою аж глаз задёргался. Он безжалостно шлёпнул друга по ладони и фыркнул:

— Совсем голова поехала? Какой ещё сглаз? Может, мне ещё гу дурманящей страсти в чай режиссёру подсыпать, чтоб он в тебя с первого взгляда влюбился?

Ли Шаоян обиженно поджал губы и вознамерился продолжить канючить, но Шаою решительно выпихнул его вперёд:

— Перед тобой всего два человека! Марш в зал, а то прозеваешь очередь!

Запихав паникующего актёра в комнату ожидания, Мэн Шаою наконец-то смог облегчённо перевести дух. В ушах приятно зазвенела тишина.

В коридоре толпились десятки студентов, надеявшихся схватить удачу за хвост. Пробоваться на роль Шаою не планировал, а потому выскользнул на свежий воздух, чтобы подождать друга на улице.

Университет, куда поступил Мэн Шаою, насчитывал более двух столетий истории. На его территории сохранилось множество старинных построек времён Республики, а живописные аллеи из года в год приносили вузу звание самого красивого кампуса страны. По этой причине съёмочные группы, снимавшие исторические и ретро-драмы, постоянно арендовали здесь локации — студенты давно привыкли к кинематографической суете. К тому же для учащихся творческих специальностей это был отличный трамплин: многие выпускники актёрского факультета начали карьеру именно благодаря таким выездным кастингам.

Вот и нынешняя съёмочная группа приехала ради Старого учебного корпуса. Комната прослушивания находилась неподалёку, и отсюда Мэн Шаою без труда мог разглядеть строгую, подёрнутую патиной времени черепичную крышу из тёмного кирпича.

Корпус забросили ещё лет пятнадцать назад, когда выстроили новые высотные аудитории. Однако сама по себе постройка хранила немало городских легенд, да и арендная плата от киношников приносила ректорату солидный доход, так что сносить старинное здание никто не спешил.

Вокруг корпуса раскинулась роща османтусов. Время их пышного цветения ещё не пришло, и деревья стояли, укрытые сочной густой зеленью, среди которой пробивались пёстрые островки диких цветов, придавая этому уголку особый поэтический узор. Под сенью ветвей прятались каменные скамьи — идеальное укрытие от летнего зноя.

Шаою со скучающим видом пересчитывал резные листики, как вдруг из дверей Старого учебного корпуса вышел знакомый силуэт.

Леденящая аура Инь, окутывавшая этого человека, не рассеялась даже под яркими лучами полуденного солнца. Мэн Шаою узнал его мгновенно!

Вышедший из Старого учебного корпуса Юй Цзянхэ тоже заметил юношу, сидевшего на каменной скамье. Кто бы мог подумать, что случайная ночная встреча обернётся столь быстрым свиданием.

Мэн Шаою, особо не раздумывая, добродушно улыбнулся:

— Надо же, какая у нас судьба! Снова здравствуйте!

Юй Цзянхэ намеревался прошествовать мимо с безупречно-безразличным видом, но, не ожидая дружелюбного оклика, замёрз. Его тёмный, проницательный взгляд медленно переместился на Шаою.

Вблизи Мэн Шаою ещё отчётливее ощутил, насколько густой и нездоровый холод струится вокруг мужчины. Он не удержался от сочувственного цоканья:

— Надо же... С таким катастрофическим избытком тёмной силы — и до сих пор на ногах? Вы прямо-таки кремень!

Поразмыслив, что первая их встреча выставила его странным типом, а вторая — уже несомненный перст судьбы (да и пройти мимо такой аномальной чёрной ауры даосская совесть не позволяла), Шаою покладисто продолжил:

— Вчера я, конечно, сгоряча налетел. Но раз уж мы столкнулись вновь, это не случайно. Возьмите Талисман Рассеивания Темной Силы — он поможет отвезти беду и сгладить удар.

С этими словами Мэн Шаою полез в карман за заветным жёлтым листком.

— Не нужно, — раздался сухой, как треск сухого валежника, голос.

Мэн Шаою растерянно хлопнул глазами:

— Но навет правда рабочий... Если не изгнать эту скверну прямо сейчас, в ближайшие дни на вас посыплются непрерывные несчастья.

Бесстрастное лицо Юй Цзянхэ слегка изменилось. Его взгляд тяжёлым прессом опустился на юношу. Мэн Шаою неопределённо склонил голову:

—..?

— И как тебе только удалось пройти мимо охраны на воротах? — ледяным тоном спросил актёр. — Интересно, охранники в курсе, что на территории университета малолетка толкает мракобесный оккультизм?

Мэн Шаою застыл с отвисшей челюстью:

«...?!»

Вот уж чего он точно не ожидал, так это того, что его примут за банального афериста!

— Вы что, считаете меня мошенником?!

— А кем ещё? — Юй Цзянхэ свысока оглядел юношу, явно уступавшего ему в возрасте. — Никаких призраков, чёрной магии и прочего бреда в природе не существует. Ты ещё слишком молод, чтобы забивать голову подобными суевериями.

На этой поучительной ноте Юй Цзянхэ прошествовал дальше, даже не обернувшись.

Мэн Шаою только и оставалось, что глотать воздух.

Вообще-то, сталкиваясь с заядлыми атеистами, Мэн Шаою никогда не навязывался. Но ситуация у этого хмурого красавчика складывалась отчаянная: тёмная энергия въелась в него настолько глубоко, что банальной парой неудачных дней дело точно не ограничится — там пахло настоящей катастрофой.

Решив предпринять последнюю попытку, Шаою поспешил вдогонку за отдаляющимся мужчиной:

— Послушайте! Я правда не шарлатан! Ну возьмите хоть один талисман, испытайте!

Однако в ответ получил лишь морозный, уничтожающий взгляд и строгую отповедь:

— Я сказал — нет. И если ты, проходимец, продолжишь преследовать меня, я вызову университетскую службу безопасности, и тебя вышвырнут отсюда с треском!

Мэн Шаою так и остался стоять посреди рощи османтусов, сжимая в пальцах бесполезный Талисман Рассеивания Темной Силы.

Строго говоря, винить актёра было не в чем: в современном обществе к подобным вещам относятся настороженно. Но Мэн Шаою-то действовал из самых благих побуждений, а в ответ огреб целый ворох обвинений! «Мракобес», «шарлатан» — с такими ярлыками юному даосу сталкиваться ещё не приходилось. Помогая наставнику, он привык к сдержанному уважению людей, да и университетские друзья, знавшие о его способностях, никогда не подвергали их сомнению.

От обиды у него аж в груди защемило.

«Ну и ладно! — мысленно мыкнул Шаою, запечатлев надменный образ мужчины в памяти. — Посмотрим, как ты запеваешь, когда на тебя повалятся 33 несчастья! Вот тогда и вспомнишь мои слова!»

***

К моменту, когда Ли Шаоян выскочил из аудитории, Мэн Шаою всё ещё пребывал в глубоких сомнениях и лёгкой досаде. Впрочем, демонстрировать дурное настроение другу он не стал, поэтому Шаоян ни о чём не догадался и принялся с упоением делиться впечатлениями.

— Чёрт, у режиссёра планка просто заоблачная! Кажется, я пролетел, как фанера над Парижем... — вздохнул Шаоян. Сам он трезво оценивал собственные силы, а потому особо не горевал. — Зато представь! На прослушивании присутствовал сам Учитель Юй! Я и подумать не мог, что его привлекут к кастингу! Вживую он выглядит ещё круче, чем на экране! Вошёл — и весь зал замер, как перепуганные перепёлки! А как тонко и точно он комментировал этюды... Сразу видно: гениальный Император кино! Кстати, я сумел сделать фоточку из-под полы!

Шаоян ткнул экраном смартфона прямо в нос другу.

На снимке Юй Цзянхэ сидел за столом жюри. Опершись подбородком на руку, он внимательно наблюдал за очередным претендентом, удерживая изящную ручку точёными длинными пальцами.

— Ко всем относится одинаково серьёзно... — с благоговением вздохнул Шаоян.

А вот Мэн Шаою застыл как вкопанный, вглядываясь в знакомые черты лица.

Так этот высокомерный тип... и есть тот самый Юй Цзянхэ?!

Слушая восторженные дифирамбы друга и вспоминая ледяную отповедь из османтусовой рощи, Шаою испытывал крайне смешанные чувства. В съёмную квартиру он вернулся совершенно разбитым.

Выудив телефон, он вбил в поиске имя «Юй Цзянхэ». На экран хлынул бесконечный поток восхвалений: «невероятно красив», «образец профессионализма», «потрясающий драматический талант»... Фанатские статьи захлёбывались елеем, утверждая, будто в его глазах «горят далёкие звёзды».

«Звёзды, как же! — мрачно подумал Мэн Шаою, перед глазами которого до сих пор стоял высокомерный, уничтожающий взгляд. — Великий Император кино, а нахамил ни за что ни про что! Чёрт бы его побрал!»

Доведённый до белого каления собственной беспомощностью, Шаою изо всей силы врезал кулаком по подушке.

Ладно, толку кипятиться...

Закрыв поисковик, он зашёл в Weibo, надеясь отвлечься и перевести дух.

Едва лента обновилась, всплыл свежий горячий пост:

Еженедельник развлечений Хуаши: «Уже завтра состоится грандиозное шоу "Ночь звёзд"! По слухам, мероприятие посетит целая плеяда артистов первой величины. Особым подарком станет выступление @Лян Яньчао! Ни для кого не секрет, что Небесный царь Лян и Император кино Юй — давние близкие друзья, оба редко балуют публичными выходами, но на этот раз...»

Обычная сплетня от маркетологов, ничего особенного. Но сейчас любые новости о шоу-бизнесе вызывали у Мэн Шаою только изжогу. К тому же автор поста прикрепил совместную фотографию Лян Яньчао и Юй Цзянхэ, а видеть физиономию последнего юноша пока был совершенно не готов.

Однако, вглядевшись в снимок внимательнее, Мэн Шаою внезапно замер.

Он недолго помолчал, а затем перешёл на официальную страницу Лян Яньчао и оставил под последней записью короткий комментарий:

Что За Чеснок: Если на завтра действительно запланирована поездка, настоятельно советую всё отменить. Иначе не избежать кровавой беды.

http://bllate.org/book/37615/4779522