Готовый перевод No Way, You Don't Have a Childhood Friend? / Да ладно, у тебя что, нет друга детства?: Глава 9

Юань Си и Вэнь Цзин переглянулись — пронесло, поверили.

Ши Шу тем временем продолжал препираться с Лян Цзином. Ши Шу упорно отводил взгляд, но Лян Цзин так же упрямо лез ему в лицо, то и дело наклоняясь ближе. Со стороны казалось, что Ши Шу злится, но Лян Цзин-то прекрасно знал: его парень просто смущён. До безумия смущён. Глаза Ши Шу испуганно бегали, он старательно избегал этого красноречивого взгляда и вертел головой, отчаянно пытаясь казаться невозмутимым.

За тот месяц с небольшим, что изменил их статус, между ними случилось слишком много двусмысленных мгновений. Лян Цзин до тонкостей изучил все оттенки его смущения, как знал и то, когда Ши Шу злится по-настоящему. Детская дружба и годы, проведённые бок о бок, вовсе не мешали новой близости. Напротив, всё складывалось легко и естественно, будто само собой.

Вокруг шумела толпа. Пятничный вечер дышал ленивым уютом, и даже воздух казался тёплым, тягучим.

Юань Си и Вэнь Цзин наблюдали за этой сценой с нескрываемым удовольствием, а на лице Фан Аньюя читалось крайнее изумление — мол, ну и дела, теперь я видел всё. Пристальные взгляды друзей и их нарочито небрежная болтовня вызывали у Ши Шу смутное беспокойство, но ухватить суть он не мог. Возможно, дело было в привычке: обычно они собирались впятером, но сейчас жесты и взгляды Лян Цзина стали куда более откровенными. Руки их соприкасались как бы невзначай. То Ши Шу отпихивал Лян Цзина, то Лян Цзин ловил его за запястье.

Раньше подобные шутливые потасовки не вызвали бы у троицы ни единого подозрения. Но теперь они видели скрытую подоплёку. Словно тончайшие, липкие шёлковые нити связывали этих двоих, протянувшись от покрасневших кончиков ушей Ши Шу до самых глубин тёмных, сосредоточенных глаз Лян Цзина.

Когда Ши Шу окончательно потерял терпение и отвернулся, Лян Цзин мягко положил ладонь ему на спину и вкрадчиво позвал:

— Ши Шу.

Троица обменялась красноречивыми взглядами. Нет, Лян Цзину больше веры нет. Интонация, с которой он произнёс имя, выдавала его с головой — он буквально воркотал, задобривая своего капризного супруга.

Из-за бесконечных подначек Лян Цзина Ши Шу так и не смог нормально доесть порцию фрикаделек. Вконец разозлившись, он резко поднялся, втиснулся между Фан Аньюем и Юань Си и уселся на корточки прямо перед ними, продолжая уплетать еду.

Фан Аньюй инстинктивно скосил глаза на Лян Цзина и замер, боясь даже вздохнуть. Он чинно сложил руки на столе, как прилежный ученик.

Юань Си кашлянула. Вдоволь налюбовавшись на любовные игры этой парочки, она решила наконец вмешаться:

— Лян Цзин, хватит к нему приставать. Дай человеку поесть. Ты и дома над ним так издеваешься? Если да, то я забираю его к себе на ночь. Мама как раз перед моим уходом спрашивала, как там наш Ши Шу.

Вэнь Цзин уставился на неё в полнейшем шоке. Его лицо буквально кричало: «Ты с ума сошла такое предлагать?!»

Ши Шу, почувствовав поддержку, довольно закивал:

— Да-да, отличная идея! Я сто лет не ел хрустящий тофу твоей мамы!

Лян Цзин промолчал. Лишь мазнул по нему быстрым взглядом и потянулся за газировкой.

Ночной ветер после дождя принёс желанную прохладу. Хозяйка заведения вышла сменить решётку на гриле и, заметив скорчившегося на корточках Ши Шу, беззлобно усмехнулась:

— Чего на земле сидишь? На стуле места мало? Ну-ка садись нормально.

Ши Шу послушно двинулся в сторону Вэнь Цзина. Тот моментально оценил обстановку, бросил испуганный взгляд на помрачневшего Лян Цзина и поспешно вскочил, уступая место:

— Садись, садись! А я... я в лавку загляну. Эй, Фан Аньюй, у вас мороженое есть?

Фан Аньюй, который и сам мечтал сбежать, радостно подхватил:

— Пошли, я покажу!

Юань Си фыркнула:

— Ты дорогу забыл, что ли?

Ши Шу, прикончив последнюю фрикадельку, загорелся новой идеей:

— Я тоже хочу мороженое!

Лян Цзин слегка нахмурился, глядя на его сияющее лицо. Он явно хотел что-то возразить, но сдержался.

— Ладно, принесу тебе, принесу! — замахал руками Вэнь Цзин, уже пятясь к выходу. — Бежим, Аньюй!

Спустя мгновение у столика остались только Юань Си, Ши Шу и Лян Цзин.

Юань Си старательно делала вид, что увлечена выбором шпажек, прикрывая ладонью улыбку.

Ши Шу, так и не встав с корточек, задумчиво посмотрел вслед ушедшим парням:

— Тебе не кажется, что они что-то скрывают? — Он с подозрением уставился на подругу.

Юань Си уже не могла сдерживать смех:

— Да брось. У Вэнь Цзина — и секреты? Или у Фан Аньюя? Уж от нашей-то троицы они точно ничего бы не утаили.

Новые угли в жаровне разгорелись вовсю, заливая всё вокруг тёплым багровым светом. Крошечная искра упала у ног Ши Шу, подсветив его тонкую, белую лодыжку.

Лян Цзин перевёл взгляд на Юань Си. Они обменялись мимолётными взглядами, и в этот момент в голове Лян Цзина что-то прояснилось. Однако додумать мысль он не успел — с улицы донёсся истошный вопль Вэнь Цзина:

— Мать твою! Отец! Мой отец приехал! Лян Цзин, прикрой меня!

У въезда на перекрёсток, как раз напротив супермаркета Иншан, припарковался солидный чёрный минивэн.

Из салона вышел немолодой мужчина в строгом костюме с исключительно суровым выражением лица. Вместе с ним выгрузились несколько молодых людей с портфелями. Обменявшись парой фраз, спутники вернулись в машину, а мужчина направился прямиком к магазину. Через секунду минивэн скрылся за поворотом.

Судя по всему, мужчина окликнул Фан Аньюя, ну или Вэнь Цзин намеренно бросил друга на амбразуру.

Сам Вэнь Цзин пулей вылетел через боковую дверь супермаркета, всунул подтаявшее мороженое в руки Ши Шу и, теряя голову от паники, бросился вглубь шашлычной:

— Лян Цзин! Если спросит... скажи... блин, просто скажи, что в глаза меня не видел!

Лян Цзин лишь покачал головой.

Хозяйка, привыкшая к подобным драмам, спокойно увела беглеца на кухню, добродушно ворча вслед:

— Ох, Вэнь Цзин, в следующий раз без зачётного листа со средним баллом выше восьмидесяти я тебя на порог не пущу!

Ши Шу с Юань Си покатились со смеху.

В следующую секунду у столика появился Фан Аньюй. Он семенил рядом с Вэнь Каном с видом самого примерного мальчика на свете:

— Да, занимаемся... К началу выпускного класса будет распределение... Я понял вас, дядя Вэнь...

Остальные тут же вежливо поздоровались:

— Здравствуйте, дядя Вэнь.

Вэнь Кан сухо кивнул и обратился к Лян Цзину:

— Отец дома?

— Да, дома, — спокойно ответил тот.

Вэнь Кан обвёл взглядом столик и невесело усмехнулся:

— И где этот оболтус?

Очевидно же: если на пустом табурете сидел не призрак, то там только что грел задницу его непутёвый сын.

Прежде чем ребята успели обменяться паническими взглядами, Вэнь Кан с мрачным видом опустился на стул сына и ледяным тоном произнёс:

— У меня нет времени бегать за ним. Передайте этому придурку: Аньюй мне уже всё рассказал про деление на классы в выпускном году. Если этот паршивец к началу семестра не поднимется выше двухсотого места в рейтинге, пусть пеняет на себя.

Внушение, казалось, предназначалось всем четверым — подростки дружно и часто закивали. Они не раз видели, как Вэнь Кан устраивал сыну разнос, смешивая того с грязью. И хотя сейчас мужчина говорил относительно спокойно, от его ауры всё равно мороз шёл по коже.

«Министр Вэнь приехал повидать сына, но даже до дома дойти не успел — уже вовсю раздаёт нагоняи...»

Хозяйка заведения принесла стакан холодной воды и попыталась разрядить обстановку:

— Господин министр, ну пощадите их. Ребята так редко выбираются перекусить, да и нагрузка у них сейчас колоссальная.

Вэнь Кан слегка смутился, принял воду, поблагодарил женщину и замолчал.

Присутствие столь грозного взрослого напрочь убивало весь аппетит.

Вэнь Кан кардинально отличался от Лян Куня. Отец Лян Цзина всегда соблюдал светские приличия, держался дружелюбно и легко находил общий язык с молодёжью. Вэнь Кан же улыбался по праздникам. От него веяло суровым чиновничьим апломбом и важностью. Тем не менее о детях он искренне заботился. Понимая, что окончательно испортил им вечер, он решил перевести тему и спросил Лян Цзина:

— На летние каникулы в Аньси поедешь?

— Да, поеду, — кивнул тот.

— Угу, — Вэнь Кан отпил воды. — Вэнь Цзин тоже отправится к тёте. Поедете вместе.

Юань Си улыбнулась:

— Дядя Вэнь, да мы ведь каждое лето проводим вместе.

Поставив стакан, Вэнь Кан повернулся к Ши Шу:

— А ты, Ши Шу? Опять в Австралию?

Тот лишь мысленно вздохнул. Стоило кому-то из взрослых заговорить с ним, как беседа неизменно сводилась к двум вещам: расспросам о матери или о поездке в Сидней.

Заметив его унылое молчание, Вэнь Кан усмехнулся и ласково потрепал парня по голове:

— Ши Цифэн всё-таки твой отец. Видитесь раз в год, так что съездить нужно.

Ши Шу промолчал, сосредоточенно ковыряя обёртку подтаявшего рожка. Огрызаться на столь авторитетного человека он не решался.

Вэнь Кан прекрасно видел его недовольство, но лишь добродушно поддразнил:

— Ах ты паршивец... Помню, мелкий был — рот не закрывался. Стоило мне заговорить о твоём отце, готов был с кулаками на меня броситься. А сейчас что, совсем затих?

Ши Шу закатил глаза и укусил подтаявшее мороженое, буркнув с набитым ртом:

— Дядя Вэнь, вообще-то я ем.

Лян Цзин тихонько усмехнулся и, прежде чем Ши Шу успел откусить ещё кусочек, аккуратно забрал рожок из его рук — незачем объедаться холодным.

— Как дедушка себя чувствует? — спросил Вэнь Кан у Лян Цзина. — Созванивались на прошлой неделе, голос у него бодрый. Я предупредил твою тётю, заедешь к ней перед отъездом, заберёшь чай для старика.

— Хорошо, спасибо, — кивнул Лян Цзин.

Когда-то Вэнь Кан начинал карьеру под началом старейшины Ляна, так что семьи всегда связывали крепкие узы. Даже когда старик отошёл от дел, а Вэнь Кан дослужился до вице-министра, они продолжали тесно общаться.

Половина одиннадцатого в пятницу — самое начало бурного веселья.

Допив воду, Вэнь Кан велел ребятам не задерживаться и возвращаться по домам. Бросив недовольный взгляд на гудящую толпу в глубине заведения, он хмыкнул и наконец ушёл.

Фан Аньюй, не проронивший за всё время ни слова, шумно выдохнул и прижал руку к груди:

— Господи, как же Вэнь Цзину тяжело живётся... У меня от одного присутствия его отца давление подскочило.

Юань Си во весь голос позвала беглеца.

Вэнь Цзин пулей выскочил из кухни и в панике зажал ей рот ладонью:

— С ума сошла! Потише ты! Он же может вернуться!..

— Вэнь Цзин!

Ну разумеется.

На противоположной стороне улицы, прямо под светофором, застыл Вэнь Кан. Он буравил сына ледяным взглядом, напоминая свирепого судью преисподней, готового лично утащить грешника на расправу.

Вэнь Цзин мгновенно побледнел как полотно:

— Ну вот... что я говорил...

Остальные тоже замерли, боясь пошевелиться.

Вэнь Кан яростно ткнул в сторону сына пальцем, с трудом сдерживая гнев на глазах у прохожих. Постояв так пару секунд, он резко развернулся и зашагал прочь.

Вэнь Цзин остался стоять как вкопанный, не понимая, радоваться ли ему чудесному спасению или готовиться к неминуемой казни дома.

Ши Шу похлопал Вэнь Цзина по плечу: «Может, вернёшься? Мне кажется, твой отец сильно разозлился».

Вэнь Цзин покачал головой: «Если я вернусь, то мне сильно достанется».

Ши Шу подумал, что это вполне вероятно: «Эй, так ты сегодня домой не пойдёшь?»

Вэнь Цзин посмотрел на Фан Аньюя: «Я на выходных у тебя поживу, пойдёт?»

Фан Аньюй: «Да какие проблемы».

Вокруг становилось всё шумнее, но хозяйка заведения подошла к их столику, собирая пустую посуду:

— Так, молодёжь, скоро одиннадцать. Марш по домам отсыпаться. Хоть выспитесь перед рабочей неделей.

Фан Аньюй уныло вздохнул:

— Какое там «выспитесь»... Приду и сяду за английские слова.

Женщина ласково улыбнулась ему:

— Учёба — тоже дело хорошее!

Уже уходя, Юань Си придержала Ши Шу за рукав:

— Ну так что, ко мне?

Вэнь Цзин тем временем о чём-то увлечённо перешёптывался с Фан Аньюем, намереваясь подняться к нему на третий этаж над супермаркетом и засесть за приставку. Лян Цзин шёл чуть позади, сосредоточенно строча ответ тётушке Дин Сюэ, которая уже интересовалась, когда он будет дома.

Ши Шу на секунду замялся, но тут же расплылся в улыбке:

— Пошли!

Шедший сзади Лян Цзин недовольно цыкнул:

— Ши Шу.

Юань Си звонко рассмеялась.

Вэнь Цзин, восхищённый её смелостью, поспешил разрядить обстановку:

— Да ладно вам, давайте все наверх поднимемся, погоняем партейку?

— А у кого-то завтра день рождения Тан Ин, — ехидно напомнила Юань Си. — Не боишься явиться без подарка?

— Подумаешь! Друзья важнее! — отмахнулся Вэнь Цзин, подталкивая Фан Аньюя к лестнице. — Скажи же, Лян Цзин?

Лян Цзин поднял на него тяжёлый взгляд и промолчал. Его не покидало ощущение, что сегодня все вокруг ведут какую-то двойную игру. Особенно Юань Си.

На третьем этаже супермаркета Иншан располагалась небольшая гостиная и две спальни по бокам. Обычно здесь ночевали родители Фан Аньюя, когда задерживались на работе, или сам Аньюй, если засиживался за уроками допоздна.

Последний лестничный пролёт был совсем узким и крутым, ведя в просторную мансарду.

Сверху лился мягкий тёплый свет. Фан Аньюй, Вэнь Цзин и Юань Си поднялись первыми и теперь ждали отставших Ши Шу и Лян Цзина.

Минуты тянулись бесконечно долго.

Чтобы не вызвать подозрений, троица наверху оживленно и чересчур громко переговаривалась, едва удерживаясь от смеха и то и дело зажимая друг другу рты.

А внизу, скрытый лестничным пролётом, Лян Цзин крепко прижимал Ши Шу к себе со спины. Нависая над ним, он горячо шептал на ухо, требуя ответа: к кому всё-таки тот собрался идти ночевать. Ши Шу разрывало от смущения и страха быть пойманным. Лян Цзин практически нёс его на руках вверх по ступеням. Старая деревянная лестница глухо поскрипывала под их весом, надёжно скрывая звуки торопливых поцелуев и жадных прикосновений, от которых сладко кружилась голова.

http://bllate.org/book/37589/4773923