Готовый перевод Hello, Your Novel Has Loaded Bullet Comments / Здравствуйте, в ваш роман загружены субтитры: Глава 2

Что это вообще за штука такая?

Словно не привыкнув к своим восьми коротким и пухлым щупальцам, эта маленькая черная осьминожка ползла-ползла и ухитрилась завязаться в восьмирукий узел: три пары из четырех пар лапок запутались между собой. Поскользнувшись, она кубарем скатилась с отворота пиджака у самого ворота накрест прямо к нижней точке V-образного выреза, где и застряла задом кверху. Восемь щупальцев беспорядочно замахали в воздухе, круглая башка приподнялась, и глазки-черные бобы встретились взглядом с Пэй Цзиннянем.

Дыхание Пэй Цзинняня едва заметно прервалось.

Но в следующую секунду эти глаза-черные бобы беспечно и совершенно естественно отвели взгляд.

Словно она вовсе не заметила, что только что смотрела прямо на него.

Слишком сложно.

Слишком сложно!

Ли Сян очень хотел выругаться.

Почему интерфейс всплывающих реплик обязательно должен выглядеть как осьминог?!

Хотя он и забыл, кем был раньше и сколько у него было ног, но две ноги — это же явно так легко и удобно! Почему же восемь ног — это настолько мучительно при ходьбе?!

Как системный модуль для всплывающих реплик, неужели он не мог выбрать себе облик по вкусу?!

Ли Сян яростно застучал по клавишам, быстро сгенерировав электронное письмо с жалобой на эту крайне серьезную проблему в главный программный модуль, и от души высказал все, что наболело.

Закончив жаловаться, он снова переключил мысли на выполняемую задачу —

Да.

Ему предстояло внести свой вклад в великую армию всплывающих реплик.

Хотя формулировка не совсем точная.

В конце концов, он мог включить режим Бога и заранее пролистать сценарий сюжета.

Он ведь уникальная система всплывающих реплик.

Специально обученная!

Итак, на какой стадии сейчас находится сюжет...

Ли Сян раскинул восемь коротких пухлых щупалец, бросил попытки вырваться и обмяк, застряв лапками в V-образном вырезе пиджака Пэй Цзинняня. Используя свои полномочия, он извлек из базы данных нужный фрагмент сюжета и активировал режим Бога:

Ага, точно, и Хуаньюй Сэнтчури Пэй Цзинняня, и холдинговая группа Ваньюй Гуцзи собираются бороться за тендер на участок земли в восточном пригороде. Поскольку это правительственный проект приоритетной поддержки, у него потрясающие перспективы, поэтому конкуренция невероятно ожесточенная. Дошло до того, что в гонке остались лишь два гиганта — Хуаньюй Сэнтчури и Ваньюй Интернешнл, которые яростно баттлятся между собой и ни за что не хотят уступать. Но кто в итоге сорвет куш и получит результаты тендера, сейчас предсказать абсолютно невозможно.

Ли Сян просматривал доступные на данный момент сюжетные данные и, бормоча что-то себе под нос, с умным видом покачивал черной круглой головой: Так что, чтобы гарантировать победу в тендере и утереть нос Хуаньюй Сэнтчури, этот четырехглазый очкастый середняк без стыда и совести пустил в ход медовую ловушку — заставил своего двоюродного брата Мэн Сюйчжуя охмурить единственную дочь господина Чжуна, ответственного лица за этот проект со стороны правительства...

Тьфу, я же говорил! Только что слушал те речи — вылитые своднические байки! Какая судьба, какое предопределение... тошнит, прямо сейчас стошнит! Ведь за спиной же отдали приказ Мэн Сюйчжую непременно заарканить Чжун Сюэтин, чтобы потом через нее обработать папашу и отдать тендер им. А на людях при этом разыгрывают спектакль, будто всё предрешено судьбой и самой волей небес... Ха-ха, до чего же смешно.

Ли Сян захихикал, разинув рот, и даже не подозревал, что кто-то уже готов прожечь его взглядом насквозь.

Его круглая желеобразная голова, казалось, автоматически отфильтровала этот сбой системы: он попал в поле зрения, но никакой ответной реакции в сознании не последовало.

Хотя было непонятно, с чем именно это связано, откуда вообще взялась эта черная маленькая осьминожка и почему она всё это знает, но... Пэй Цзиннянь поднял взгляд, перевел его на с перекошенным лицом Чжоу Мужэня, а затем медленно перенес взгляд чуть подальше — на Мэн Сюйчжуя и Чжун Сюэтин, у которых тоже явно изменились лица. После этого он поднял бокал, молча салютовал им и лишь затем неторопливо, опустив голову, снова лениво пригубил вино.

На террасе второго этажа Небесного зала Юндин воцарилась какая-то странная атмосфера.

Кто-то ничего не понимал, а кто-то просто не мог скрыть выражения на лице.

Некоторые, как и Чжоу Мужэнь, безуспешно пытались что-то сказать, но не могли вымолвить ни звука.

Меньше чем за минуту происходило перерождение всей картины мира.

А те слова, что они услышали...

Хлоп! —

Чжун Сюэтин с стуком поставила бокал на стол и решительно зашагала вперед.

Сюэтин...

Стоявший рядом Мэн Сюйчжуй тоже поспешно поднялся следом. Выражение его лица было странным и причудливым, словно он хотел что-то сказать.

Столько времени здесь провели, а я так толком и не поговорила с генеральным директором Пэем.

Чжун Сюэтин поджала губы и бросила на Мэн Сюйчжуя обиженный взгляд.

Этот взгляд, по крайней мере, немного успокоил сердце Мэн Сюйчжуя.

Раз уж Чжун Сюэтин злится и обижается на него, это всяко лучше, чем чистая ярость.

По крайней мере, было очевидно, что Чжун Сюэтин к нему неравнодушна.

И в этом не было ничего удивительного: в конце концов, он и не скрывал своей личности, когда сближался с ней. Да и Чжун Сюэтин не какая-нибудь наивная девочка, которая верит, что между ними могут быть исключительно чистые чувства. В мире взрослых не бывает такой чистоты, а уж в их кругах тем более — любые отношения тесно завязаны на выгоду, просто чаще всего об этом не говорят вслух.

Какая бы черная штука ни сидела на Пэй Цзинняне, все те слова — не более чем подковерные правила, о которых и так все прекрасно осведомлены.

Единственной реальной проблемой оставалось лишь то, что Чжоу Мужэнь поручил ему сделать.

Его намерения приблизиться к Чжун Сюэтин действительно были не совсем чистыми.

Впрочем... потом он легко сможет придумать другое оправдание и загладить вину.

К тому же, позорят сейчас публично и топчут лицо ногами вовсе не его.

Мэн Сюйчжуй опустил глаза, пряча взгляд.

Тут же напустив на себя беспомощное выражение лица человека, который страстно желает объясниться, он нежным взглядом проводил отходящую Чжун Сюэтин — он отлично знал, как сильно она любит, когда он так на нее смотрит.

И действительно, Чжун Сюэтин украдкой зыркнула на него и лишь после этого отвела глаза.

Хоть она и сердилась, но ситуация оставалась под контролем.

А вот у Чжоу Мужэня лицо было поищем хуже некуда.

Сводник, четырехглазый очкастый середняк...

Да еще эта манера речи с волнообразными интонациями.

Насмешка удалась на все сто процентов.

И надо же было такому случиться, что в этой жуткой и абсурдной ситуации нельзя было даже открыто возмутиться.

Просто лопнуть от обиды можно.

Мэн Сюйчжуй догнал Чжун Сюэтин и подошел к Пэй Цзинняню и Чжоу Мужэню. Обменявшись мимолетным взглядом с Чжоу Мужэнем, он перевел глаза на стоявшего напротив Пэй Цзинняня.

И на ту самую черную маленькую осьминожку.

Круглая форма, текстура желе, мультяшный стиль рисовки: круглая башка, круглые глазки, а по нижнему краю идут восемь коротких и толстых щупалец, похожие на оборки юбки. На перевернутых лапках виднелись маленькие аккуратные присоски — представьте себе, нежно-розового цвета, словно тронутые румянами... Что же это за хрень такая?

Самое главное — она словно в упор не замечала, что за ней наблюдают.

И, судя по всему, даже не догадывалась, что некоторые здесь способны слышать ее голос.

Эта штука...

Ли Сян поднял круглую голову и уставился на приближающихся Мэн Сюйчжуя и Чжун Сюэтин.

О-о-о!

Явился альфонс из южного дома развлечений, сводня-бандажистка снова выходит на промысел!

Пф-ф...

Кто-то в голос фыркнул, издав звук носовым резонансом.

Чжоу Мужэнь сквозь зубы сверкнул глазами на нарушителя тишины, помрачнев лицом.

Какими судьбами генеральный директор Пэй решил обратиться к богам и Будде, раз столкнулся с такой диковинной чертовщиной? — чеканя каждое слово, произнес Чжоу Мужэнь, так и норовя прожечь взглядом дыру в груди Пэй Цзинняня.

С чего бы это обращение к богам и Будде приводило к встрече с диковинной чертовщиной?

Пэй Цзиннянь приподнял руку, покачивая в пальцах бокал: К тому же... неужели кто-то из присутствующих тоже успел помолиться богам?

Но ведь эта осьминожка села именно на вас!

И к тому же...

У Чжоу Мужэня дернулся угол рта: его не покидало подозрение, что эта черная маленькая осьминожка целенаправленно издевается над ними!

Иначе как объяснить те слова...

Впрочем.

Пэй Цзиннянь перевел взгляд на Чжун Сюэтин и Мэн Сюйчжуя и продолжил: Только что молодой господин Чжоу распинался передо мной, уверяя, что вы созданы друг для друга небесами. Так что, мисс Чжун, у вас в ближайшее время намечается свадьба?

Чжун Сюэтин уже открыла было рот.

Сестричка, не надо!

Твоя судьба — всего лишь второстепенная персонажка-пушечное мясо, ни в коем случае не верь клятвам в вечной любви этого мерзавца!

Персонажка-пушечное мясо?!

Лицо Чжун Сюэтин мгновенно окаменело.

Она нахмурилась, отчаянно не желая слышать подобное.

Почему это она — пушечное мясо?

Она считает, что и происхождением, и внешностью вполне подходит Мэн Сюйчжую.

Да и сам Мэн Сюйчжуй.

Мерзавец?

Даже если Мэн Сюйчжуй сближался с ней с не самыми чистыми намерениями, забота-то его была вполне реальной. Она же не дурочка и прекрасно чувствовала отношение к себе.

Тем более что рядом с Мэн Сюйчжуем не крутятся другие женщины...

Чжун Сюэтин машинально перевела взгляд на Мэн Сюйчжуя — и сердце ее невольно дрогнуло при виде того, какое выражение лица было у него в этот момент.

Мэн Сюйчжуй, ты...

Мэн Сюйчжуй мгновенно взял себя в руки и одарил Чжун Сюэтин предельно нежным взглядом: Сюэтин, неужели ты меня еще не знаешь? Я же с самого начала говорил тебе, что ухаживаю за тобой с серьезными намерениями и веду дело к свадьбе. Так что ты можешь смело сказать кому угодно: если захочешь, я в любой момент готов выполнить любое твое требование.

Лицо Чжун Сюэтин невольно смягчилось...

Тьфу, а если я скажу тебе сдохнуть, ты тоже сдохнешь?

Мэн Сюйчжуй:............

Красиво говорить каждый горазд, стоит языком трепнуть — и я так смогу.

Ах да, у меня же нет языка.

Хе-хе, ну тогда и я скажу —

Сюэтин, пусть ты меня и не знаешь, но я так за тебя переживаю~~ Ничего страшного, моя забота о тебе совершенно бескорыстна~~

Ли Сян приноровился к своим восьми лапкам: одну вытянул вверх, а из боков выдвинул еще по две, обхватил ими поднятую лапку и принял позу танцовщицы, делающей прогиб в пояснице — хотя его короткие и толстые щупальцы были до того короткими и пухлыми, что никакой талии у него не наблюдалось вовсе и выглядело это нелепо, но почему-то все равно безошибочно угадывалось, какое именно движение он пытается изобразить...

http://bllate.org/book/37566/4688682