Готовый перевод Listening to the Sudden Storm / Склонившись, слушать тревожный ветер: Глава 4

Вернувшись в свои покои на постоялом дворе, Фэн Хуайюэ на мгновение замешкался перед дверью и лишь затем толкнул её.

На столе, отзываясь на сквозняк, плясал огонёк свечи, отбрасывая причудливые тени. Помешивая полумрак, у стола сидела юная девица в ярко-алом платье и тихонько хихикала:

— Бессмертный мастер, раз уж днём вы спасли мне жизнь, я пришла отплатить за вашу доброту.

— Знай я, что ты обладаешь такими способностями, не стал бы и вмешиваться, — покачал головой Фэн Хуайюэ.

На чёрном рынке он направил порыв ветра на младшего господина семьи Пэн едва ощутимым движением — настолько незаметным, что даже стоявший бок о бок А-Цзинь ничего не заподозрил. Однако эта девчонка не только всё засекла, но и умудрилась незаметно проследить за ним до самого постоялого двора.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Хунфэй, — отозвалась та, поболтав босыми ногами. Её маленькие ноготки на пальцах ног были выкрашены соком бальзамина в сочный алый цвет. — Это имя я придумала себе сама. У меня нет ни дома, ни родителей, ни гроша за душой. Бессмертный мастер, возьми меня к себе!

— Ты всего лишь мелкая воровка, а не демон, — произнёс Фэн Хуайюэ. — Да если бы и была демоном, не калеке вроде меня с тобой возиться. Девица, ты явно ошиблась адресом.

Он потянулся к чайнику на столе, но девчонка намеренно задрала ногу и наступила прямо на поднос. Для её возраста попытка изобразить развязную кокетку выглядела нелепо и комично.

— Ты и на жизнь зарабатываешь подобным ремеслом? — поинтересовался Фэн Хуайюэ.

— Тьфу, плотью я не торгую! — с отвращением скривилась Хунфэй. — Эти мужики — грязные, смердящие и скупые до невозможности. На чёрном рынке нормальных покупателей днём с огнём не сыщешь. За всё время, что я тут кручусь, чистых и приличных мужчин встретилось ровно двое: Пэн Сюнь да ты, мастер.

Пэн Сюнь — тот самый младший господин из семьи Пэн — был знатен, хорош собой, талантом не обделён, да ещё и готов заступиться за слабого. Казалось бы, идеальный герой девичьих грёз. Но Хунфэй лишь покачала головой:

— Не люблю я красавчиков. Мне больше по душе пойти за бессмертным мастером. Чем мужчина дурнее собой, тем спокойнее жизнь.

В голосе Фэн Хуайюэ прорезалось явное недовольство:

— Хочешь сказать, я урод?

Хунфэй и не думала отрицать, а напротив, подлила масла в огонь:

— Кабы не урод, зачем бы стал накладывать Технику Изменения Облика? Ежели не хочешь брать меня к себе — ладно, но хотя бы покажи своё настоящее лицо. Если окажешься красивым, я сию же минуту уйду!

— Ты сама это предложила, — легко согласился Фэн Хуайюэ и, закатав рукава, добавил: — Что ж, смотри внимательно.

Хунфэй вытаращила глаза, не мигая уставившись на него. На её глазах лицо собеседника налилось румянцем, брови густо разрослись, а густая борода от бакенбард спустилась прямо за воротник — перед ней предстал физически крепкий, диковатого вида мужик. В сущности, он мало чем отличался от того свирепого мясника, которого она видела днём.

Эта картина так поразила девицу, что она долго не могла вымолвить ни слова, и лишь спустя некоторое время заикаясь вылила на него своё возмущение:

— Ты... и как тебе только хватило совести нарисовать себе такую утончённую, интеллигентную фальшивую рожу?!

Фэн Хуайюэ искренне изумился:

— Свиток с Техникой Изменения Облика куплен на мои собственные деньги! Естественно, я постарался сделать себя попривлекательнее. С чего бы мне изменять внешность в худшую сторону? Кабы хватало мастерства, я бы вообще нарисовал себе лик первого красавца всех Трёх Миров!

— Тьфу-тьфу-тьфу! — выпалила Хунфэй. — С такой рожей, даже если переродишься восемьсот раз, тебе ни за что не получить лицо Фэн Хуайюэ! Смирись уже с этим!

Выкрикнув это, она рванула к выходу, но у самого порога вовремя вспомнила, зачем пришла. Девица сдёрнула с пояса пространственный мешочек Цянькунь и с грохотом вывалила его содержимое на стол:

— Вот эти книги ты искал? Я с огромным трудом их утянула, так что не забудь, ты у меня в долгу!

— И где же ты их украла?.. — начал было Фэн Хуайюэ.

Но не успел он договорить, как Хунфэй и след простыл — видать, дурнушка-мужик и впрямь перепугал её до полусмерти.

— Эх, при выборе коня смотрят на его стать, а при оценке человека — на его дела, — с наигранной назидательностью, подражая сварливым старикам, вздохнул Фэн Хуайюэ. — В столь юном возрасте пора бы научиться разуму, иначе в будущем любой пройдоха тебя обведёт вокруг пальца.

Он подкрепил свои слова лёгким дуновением духовного ветра, отправив их вслед удравшей девице. Сам же двумя пальцами брезгливо подцепил валявшийся на полу свиток. Порывшись в куче, на внутренней стороне обложки он разглядел крошечную надпись: «Тайные хроники бессмертного владыки Ясного Света, том первый: Мокрые грёзы на горе Весенних Снов: Страстное сражение с нежной Снежной демоницей».

«М-да... Ну и девчонка», — качнул головой Фэн Хуайюэ.

Он мысленно перебрал события на чёрном рынке, но так и не смог вспомнить, когда Хунфэй умудрилась подслушать их разговор с А-Цзинем. Что и говорить, умение затаиться, перехватить дыхание и выведать чужие секреты у неё было на высоте — настоящий врождённый талант к воровскому делу.

Тайные хроники бессмертного владыки Ясного Света растянулись аж на восемнадцать томов. Фэн Хуайюэ с чувством глубокого почтения совершил ритуал: омыл руки, воскурил благовония и лишь затем с замиранием сердца развернул первый свиток.

Спустя полчаса с лишним он закончил чтение. На страницах разворачивалась исключительно доблестная повесть о том, как Сы Вэй принял тяжкое бремя и сокрушил полчища демонов во имя спасения всех живых существ. Снежные демоны, ростом в семь чи, с синими рожами и длинными клыками, таяли от малейшего прикосновения огня, превращаясь в мокрую жижу. Так что «мокрые» они были в самом буквальном смысле, а «нежными» назывались, видимо, из-за мягкости растаявшей туши. Словом, название полностью соответствовало содержанию.

Не желая сдаваться, Фэн Хуайюэ выудил второй том, но его содержание мало чем отличалось: менялись только виды уничтожаемой нечисти, а сам сюжет оставался прежним.

Пролистав на одном дыхании все восемнадцать свитков, Фэн Хуайюэ почувствовал, как от тоски у него раскалывается голова. Того, что он искал, там не было и в помине. Вместо этого его заставили проглотить целую хвалебную оду Бессмертному владыке Ясного Света. Хитроумные дельцы с чёрного рынка превзошли самих себя, умудрившись под соусом пикантных историй продать банальные сказки о подвигах. Сгорая от досады, Фэн Хуайюэ завернулся в тяжёлое одеяло — лучше бы он сразу лёг спать, чем тратить время на эту дрянь.

Проспал он часов десять.

На следующий день к полудню А-Цзинь сидел внизу в главном зале постоялого двора и успел осушить три чайника, прежде чем дождался своего нанимателя, вальяжно спускавшегося по лестнице. Фэн Хуайюэ протёр слипающиеся от сна глаза и, приглядевшись к юноше, удивлённо спросил:

— Это кто же тебя так разукрасил?

— Ах, мастер, и не спрашивай, — со стоном отозвался А-Цзинь, кряхтя при каждом движении из-за ссадин на лице. — Я решил встать пораньше да сбегать на чёрный рынок, чтобы раздобыть для тебя те книжонки. Да вот незадача: нарвался на адептов клана Пэн, проводивших облаву. От страха дал дёру да так неудачно чебурахнулся, что чуть кости не собрал.

Разбился в дым, а книг так и не достал — одна чистая непредвиденная беда.

— Вчера ночью ту книжную лавку обчистили подчистую, — продолжал жаловаться А-Цзинь. — Ценное, неценное — выгребли абсолютно всё! Полки пустые, витрины с антиквариатом пустые, касса хозяина пустая, даже старое платье хозяйки утащили!

Фэн Хуайюэ сразу вспомнил ярко-алое платье на Хунфэй, которое явно было ей велико. Подобная манера работы превосходила даже самых матёрых грабителей — настоящая зачистка до чистой земли.

— После такого переполоха я уже никак не смогу достать эти книги. Ты уж прости, мастер, — вздохнул А-Цзинь. — Впрочем, сегодня адепты клана Пэн собираются запускать духовный огонь — тот самый огонь Бессмертного владыки Ясного Света. Хочешь взглянуть? Если да, я знаю один заброшенный Павильон Летящего Журавля, оттуда открывается лучший вид.

— Духовный огонь? — удивился Фэн Хуайюэ. — Разве вчера его не разбрызгали по всему городу? Куда его ещё запускать?

— Похоже, мастер и впрямь живёт в полной изоляции от мира, — усмехнулся А-Цзинь. — Вчерашние искры, что сыпались с неба, — лишь капля в море, мелкое благословение от Бессмертного владыки Чистой Реки для заклинателей города. Настоящее предназначение духовного огня — латать Коконы Тысячи Нитей.

Пролежав триста лет без движения в своём поместье вдали от мирской суеты, Фэн Хуайюэ явственно изобразил на лице недоумение. Что ещё за Коконы Тысячи Нитей?

Объяснять это пришлось бы долго, поэтому А-Цзинь просто махнул рукой:

— Пойдём, я покажу тебе всё на месте!

Фэн Хуайюэ отказываться не стал. За эти несколько дней в Городе Лубаня жизнь бурлила ярче, чем за все прошедшие три сотни лет. Всё казалось ему в новинку, всё вызывало азарт. Как говорят, к хорошему привыкаешь быстро — ему больше не хотелось томиться в одиночестве, когда вокруг разворачивалось такое зрелище.

Ветхий павильон неторопливо парил в небесах. Внутри не было даже лавки. Фэн Хуайюэ огляделся по сторонам, опасаясь, как бы эта трухлявая конструкция не развалилась под ногами, иначе потом придётся выплачивать убытки. А-Цзинь же ни о чём подобном не волновался: он ловко управлял механизмами, заставляя павильон подниматься всё выше и выше. Наконец, когда облачная дымка вымочила их рукава, он указал пальцем вдаль:

— Смотри, мастер, вон они — Коконы Тысячи Нитей.

Фэн Хуайюэ прищурился, всматриваясь против солнца. Спустя некоторое время среди сочной зелени гор он разглядел десятки парящих в воздухе барьеров. Они были практически прозрачными и слегка меняли форму под порывами ветра, словно гигантские мыльные пузыри, только больше их в сотни и тысячи раз.

— Коконы Тысячи Нитей сотканы совместными усилиями лучших иллюзионистов и ткачей нашего времени, — продолжал объяснять А-Цзинь. — На них ушла уйма прочнейшего шёлка акул-цзяожэней. Всего таких коконов насчитывается более восемнадцати тысяч, и они рассеяны по всему миру заклинателей.

Фэн Хуайюэ зорким взглядом уловил мгновенно пробежавшие по поверхности одного из коконов чёрные трещинки:

— И что же скрывается внутри?

— Демоны и нечисть, — ответил А-Цзинь. — История эта тянется ещё с тех пор, триста лет назад, когда в мире царил страшный хаос.

Назвать те времена бедствием — значит ничего не сказать. Сначала бедствия творили лишь свирепые демоны иссохших костей. Хотя справиться с ними было непросто, объединив силы кланов Пэн и Юй вместе с Сы Вэем, победу одержать всё же удавалось. Но случилась катастрофа: в решающей битве демоны разрушили Башню Усмирения Демонов.

Древняя пагода рухнула, и заточенная под ней тысячелетиями нечисть хлынула во все стороны подобно прорвавшей плотину воде. Кровавая бойня охватила все земли, и выкосить зло дочиста заклинатели оказались не в силах. Тогда Бессмертный владыка Чистой Реки, Юй Хуэй, предложил выход: заточить демонов группами в тысячи Коконов Тысячи Нитей. Лишь благодаря этому худой мир продержался последние сто с лишним лет.

— И даже запертых в коконе их нельзя уничтожить? — спросил Фэн Хуайюэ.

— Уничтожить-то можно, но весь фокус в том, что коконы удерживают нечисть с помощью тысячи слоёв иллюзий, — пояснил А-Цзинь. — А иллюзия одинаково опасна как для демонов, так и для тех, кто пришёл их уничтожить. Посему за эти годы лишь заклинатели с высочайшим уровнем культивации рисковали входить внутрь для битвы. Кто-то побеждал, кто-то погибал, но в целом удача чаще оказывалась на нашей стороне.

Ситуация выглядела довольно обнадеживающей: первоначальное количество коконов сократилось с десятков тысяч до восемнадцати тысяч. Со временем их вполне можно было извести окончательно.

Однако А-Цзинь остудил его пыл:

— Всё не так просто. Коконы хоть и прочны, но не вечны. Если оставить их без присмотра, демоны рано или поздно вырвутся наружу. Те чёрные тени, что ты видел, мастер, — знак того, что внутри образовались трещины.

Фэн Хуайюэ издали наблюдал, как адепты клана Пэн вынимают из пространственных мешочков и направляют потоки мерцающего синего огня прямо в Коконы Тысячи Нитей.

— Выходит, они укрепляют барьеры?

— Во-первых, для усмирения нечисти, а во-вторых — чтобы заманить заклинателей в иллюзорные миры, — кивнул А-Цзинь. — Ведь любой, кто отважится войти внутрь, сможет забрать найденный там духовный огонь себе. Это куда выгоднее, чем толпиться на улице и ловить жалкие капли, что разбрызгивают служанки семьи Пэн.

— Духовный огонь выпестован Бессмертным владыкой Ясного Света. А что же кланы Пэн и Юй? Неужто они палец о палец не ударили ради общего дела?

— Ну отчего же! Города Избегания Суеты и Золотой Цикады назначили щедрую награду: за каждый уничтоженный Кокон Тысячи Нитей полагается премия.

— И сколько же? — поинтересовался Фэн Хуайюэ.

— Десять тысяч, — ответил А-Цзинь.

Десять тысяч нефритовых монет — сумма весьма внушительная. Фэн Хуайюэ азартно прикинул выгоду в уме и спросил:

— А насколько свирепы демоны в этих коконах?

— Как повезёт, — пожал плечами А-Цзинь. — На заре создания барьеров оба бессмертных владыки совали туда нечисть без всякой сортировки по уровню опасности — кого поймали, того и заперли.

А-Цзинь развернул павильон. Понаблюдав ещё немного за работой адептов клана Пэн, они к сумеркам вернулись в город.

Фэн Хуайюэ, как обычно, совершил омовение и рано лёг в постель. Он понял: чтобы вернуть память, куда полезнее видеть собственные сны, чем читать выдуманные книжонки. Нефритовый пожиратель снов верным стражем восседал на подушке. Проснувшись поутру, Фэн Хуайюэ заметил, что артефакт снова изменил цвет.

Однако на сей раз он был не прозрачным и чистым, а подёрнулся мутной серостью, словно предвещая... не самое приятное сновидение.

Забравшись на кровать с ногами, Фэн Хуайюэ подпёр щеку рукой, раздумывая, стоит ли омрачать себе настроение. Помявшись немного, он всё же не смог сдержать любопытства.

По совпадению, Фэн Хуайюэ в его сновидении сидел точно в такой же позе — в тени шелестящей бамбуковой рощи, бездельничая и откровенно скучая. Неподалёку расположилась шумная компания заклинателей и заклинательниц, выбравшихся на прогулку. Они весело переговаривались, но, заметив Фэн Хуайюэ, мгновенно умолкли, а один из них желчно бросил:

— Подумаешь, доверили охранять бамбуковую рощу для Бессмертного владыки Ясного Света! Чем тут заноситься?

Фэн Хуайюэ сладко зевнул:

— Каким это боком ты усмотрел во мне высокомерие?

Тот взвился ещё пуще:

— Что за разговоры?! Охранять рощу самого Бессмертного владыки Ясного Света — разве этого мало, чтобы гордо задирать нос?!

Фэн Хуайюэ не стал вступать в пререкания, а лишь поманил его пальцем:

— Ладно-ладно, иди сам поохраняй.

— Ты!.. — взбесился противник, намереваясь выдать нечто уж совсем непотребное, но спутники вовремя зажали ему рот.

Ещё один из компании попытался сгладить углы и мягко заговорил:

— А-Луань, эй, А-Луань! Брат Фэн, ты же сам знаешь, сколько раз брат Ду подавал прошение на должность хранителя бамбукового леса. И вот, когда выпал такой шанс, Бессмертный владыка Ясного Света лично указал на тебя... Он, конечно, с досады срывается, но к чему подливать масла в огонь?

Фэн Хуайюэ перевёл на него удивлённый взгляд, совершенно не понимая, с чего вдруг кто-то так рвётся на эту проклятую работу.

Разговор не клеился, и компании ничего не оставалось, кроме как разойтись. Фэн Хуайюэ остался сидеть под бамбуком. Потянувшись, он поглядел на небо — до обеда было ещё далеко. Достав из пространственного мешочка Цянькунь брусок древесины размером с ладонь, он принялся неторопливо вырезать фигурку. В разгар работы из глубины рощи выскочил человек, по одежде напоминавший преданного управляющего.

— Молодой господин Фэн, — почтительно поклонился он. — Завтра начинается великое жертвоприношение, я пришёл за бамбуковой росой.

Фэн Хуайюэ не понял:

— За чем-чем?

Управляющий обомлел:

— За бамбуковой росой, необходимой для ритуала.

Фэн Хуайюэ мотнул головой:

— Впервые слышу. У меня ничего такого нет.

У старого управляющего подкосились ноги, и он был вынужден опереться о ближайший ствол бамбука.

— Молодой господин Фэн назначен хранителем бамбукового леса... Неужто вы не знали, что каждое утро на рассвете надлежит собирать росу? — возопил он дрожащим голосом.

Фэн Хуайюэ искренне изумился:

— О таких вещах надо предупреждать в первый же день!

Управляющий едва не задохнулся:

— Это же... это же всем известно! Зачем о таком вообще говорить?! Раз уж молодой господин принял должность хранителя бамбукового леса...

— Эй-эй, я ни на что не соглашался! — перебил его Фэн Хуайюэ. — Меня сюда назначили насильно! Кабы твой Бессмертный владыка не придрался ко мне на пустом месте, заявил, будто я флиртую направо и налево, да не сослал бы меня сюда в наказание, я бы сейчас припеваючи жил в Долине Лунной Реки! Впрочем, что толку пререкаться, давай лучше решим, как быть. Эту росу можно где-нибудь купить?.. Постой, не падай в обморок, я ещё не договорил! Неужели всё настолько серьёзно?!

http://bllate.org/book/37559/4718049