Готовый перевод The Fang Family Is Hard to Shake / Сложно избавиться от Фана: Глава 2

Чэн Юй тут же присел на корточки, подхватил Гу Ци на руки и сказал с серьезным видом:

— Папа ведет тебя навестить бабушку.

Приходить на кладбище, чтобы навестить Сюй Синьюэ, само по себе было делом опасным, но Чэн Юй рассудил, что прошло уже столько лет и Фан Шэнъи вполне мог найти себе новую пассию или даже завести семью и обустроить быт. В конце концов, он был воротилой бизнеса в городе G, и желающих подольститься к нему всегда хватало.

Что же касалось тех маленьких красных свидетельств о браке, что были у них с Фан Шэнъи, то если они были тому не нужны, он мог их попросту порвать и забыть. Стоило Фан Шэнъи приложить лишь минимум усилий, как юридически он снова чистился бы холостяком. К тому же Чэн Юй не верил, что кто-то станет годами хранить одержимость по отношению к человеку, которого уже нет в живых.

И все же, перестраховываясь, Чэн Юй со скрипом в сердце потратился и купил в ближайшем супермаркете бейсболку, солнцезащитные очки и медицинскую маску. Он закутал себя и Гу Ци так тщательно, что живого места не осталось, и лишь после этого осмелился шагнуть на территорию кладбища.

Могилу Сюй Синьюэ отыскать было несложно. Чэн Юй быстро добрался до надгробия и увидел, что полированная мраморная плита сияла абсолютной чистотой: пережив пять лет ветров и снегов, она выглядела совершенно новой. На граните покоился букет белых лилий. Чэн Юй на мгновение замер от охватившего его помрачения рассудка, но когда он уже поднял руку, чтобы прикоснуться к камню, рядом внезапно раздался знакомый мужской голос.

Словно испуганная птица от звука тетивы, Чэн Юй отдернул руку и торопливо подхватил Гу Ци на руки, прячась за соседним надгробием.

В следующий миг Чэн Юй услышал разговор двоих мужчин...

— Маленький Фан, ты все же не хочешь подойти взглянуть?

— Нет. Возьми эти цветы и замени их.

Чэн Юй украдкой выглянул из-за надгробия. Знакомый до боли силуэт, мужчина, к которому он одновременно питал и любовь, и ненависть, его прекрасное, вызывающее зависть у богов и людей лицо отчетливо отразилось в янтарных глазах.

Это был Фан Шэнъи...

Но Фан Шэнъи все же ушел. Чэн Юй во все глаза следил за тем, как эта высокая фигура постепенно удаляется.

Тем временем Ли шу еще какое-то время задумчиво смотрел вслед уходящему Фан Шэнъи, после чего медленно подошел к могиле Сюй Синьюэ и заменил лежавшие там белые лилии на желтые хризантемы, которые держал в руке.

Ли шу не уходил и так и стоял перед надгробием Сюй Синьюэ, а Чэн Юй продолжал прятаться за чужой могилой.

Гу Ци не понимал, почему Чэн Юй прячется. Ему было смертельно скучно, и он ткнул пальцем в яблоко, лежавшее на соседнем надгробии. Позже ему показалось этого мало, и он схватил фрукт в руку. В ту же секунду ладонь ощутила липкую влагу. Перевернув яблоко и присмотревшись, Гу Ци резко изменился в лице и громко завопил:

— А! Папа, здесь червячки!

— А! Где, где, где?.. — Чэн Юй от испуга Гу Ци подскочил на месте. Весь охваченный паникой, он сначала судорожно зашарил руками вокруг себя, а затем поспешно заключил в объятия сидевшего рядом Гу Ци. — А! Папа тоже боится!

Столь резкие и суетливые движения обоих не могли не привлечь внимания Ли шу. Ли шу слегка приблизился к ним и увидел, что взрослый и ребенок крепко прижимают друг друга к груди прямо перед могильной плитой. Ли шу только хотел спросить, что у них стряслось, как Чэн Юй резко обернулся и лицом к лицу столкнулся с его взглядом.

Пару-тройку секунд они простояли в оцепенении, пока первым не пришедший в себя Ли шу, с трудом шевеля губами, не произнес:

— Сяо Юй!

Чэн Юй никак не ожидал, что их новая встреча с Ли шу произойдет в столь неловкой обстановке. Он с заметной долей беспомощности уголкам рта изобразил подобие улыбки:

— Ли... Ли шу, здравствуйте...

После небольшой суматохи Ли шу наконец выдалась свободная минута ласково погладить Чэн Юя по голове. Он никак не думал, что Чэн Юй всё еще жив и вот так внезапно вернется. Ли шу от всего сердца наговорил Чэн Юю множество слов, а уголки его покрытых морщинами глаз изогнулись дугами.

Затем Ли шу еще какое-то время внимательно разглядывал Чэн Юя. Состояние духа у того и правда было куда лучше, чем пять лет назад: он не просто сиял жизненной силой, но и с каждым годом становился всё более бравым и одухотворенным.

Покружив издалека, Ли шу всё же перевел разговор на Фан Шэнъи. Крепко сжав руку Чэн Юя, он хриплым голосом произнес:

— Сяо Юй, раз уж вернулся, почему не пошел к Сяо Фану? Почему не идешь домой?

Стоило этим словам прозвучать, как настроение Чэн Юя, бывшего до этого во вполне приличном расположении духа, мгновенно рухнуло. Он не хотел видеть Фан Шэнъи. Не хотел...

Да и к тому же, какой у него дом? Даже свидетельство о браке с Фан Шэнъи они получили только потому, что тот его заставил.

— Нет, в этом нет необходимости. Я здесь по делам и очень скоро уеду обратно.

Тон Чэн Юя звучал довольно холодно, отчего у Ли шу на душе скребли кошки. Никто лучше него не знал, через какое количество ежедневных самобичеваний прошел Фан Шэнъи за эти годы.

В этот момент сидевший рядом с Чэн Юем Гу Ци неожиданно задрал голову и выпалил:

— Мы идем в банк снимать деньги.

— Сяо Ци! — коротко прикрикнул Чэн Юй, и Гу Ци послушно захлопнул рот. Ли шу только сейчас обратил внимание на мальчика:

— Верно, а этот ребенок...

— Это ребенок тех супругов, что спасли меня. К сожалению, в прошлом году они погибли в море, поэтому Сяо Ци теперь всегда со мной.

— Вот оно как... Должно быть, Сяо Юю пришлось очень несладко все эти годы.

Выслушав это, Чэн Юй слегка опустил голову и ничего не ответил.

Ли шу не стал допытываться дальше, а сберегая крохотную искорку надежды, продолжил:

— Сяо Юй, возвращайся. Сяо Фан понял свою ошибку, он раскаивался все эти пять лет. Пойдем с Ли шу, взгляни на него хоть разок.

Чэн Юй: «...»

Спустя мгновение Чэн Юй по-прежнему хранил молчание. Он уже собирался взять Гу Ци за руку и сообщить Ли шу, что им пора идти, как с удивлением обнаружил... что Гу Ци пропал.

Что же до Гу Ци, то он давным-давно ускользнул от могилы и теперь шаг за шагом спускался по каменной лестнице, считая вслух:

— Сорок девять, пятьдесят...

Как раз в тот момент, когда Гу Ци поднял голову, его взгляд случайно упал на стоявшую неподалеку иссиня-черную модель автомобиля марки Ferrari.

Его глаза мгновенно загорелись. Ускорив шаг на ступенях, он стремглав подбежал к роскошной машине.

Ему еще никогда не доводилось видеть столь красивых и роскошных автомобилей, и непреодолимое любопытство заставило его протянуть пухлые ручки и погладить гладкий, блестящий кузов.

Однако, поводив ладошкой туда-сюда, Гу Ци случайно добрался до передней части машины и почувствовал исходящий оттуда едкий, удушливый запах табачного дыма. Подняв голову, он увидел, что из приоткрытого окна салона клубится белая дымка.

Они что, курят? — подумал про себя Гу Ци.

Он резко прибавил нажима и пару раз шлепнул ладошкой по дверце автомобиля:

— Дядя, курить запрещено!

Спустя мгновение, не дождавшись никакой реакции изнутри, Гу Ци снова произнес:

— Дядя, курить запрещено, это вредно для здоровья!

http://bllate.org/book/37555/4687588