Готовый перевод One Percent Miracle of Love / Любовь с вероятностью в один процент: Чудо: Глава 11

— …Можно.

— Отлично! Спасибо!

Тао Мань, казалось, наконец остановился. Переведя дыхание и лихорадочно соображая, он выдал какую-то банальность:

— Ты ведь сегодня очень занят, да?

— Мм, как раз собирался тебе сказать: я только что закончил совещание и планирую вернуться отдохнуть.

— А? Тогда ты будешь что-нибудь есть? Ужина осталось немного, я всё съел… — в голосе Тао Маня послышалось легкое волнение.

Ли Жуйцзюнь неожиданно представил это пухлое белолицее круглое лицо и невольно расслабил уголки губ.

— Я ничего не буду есть. Возвращаюсь, чтобы завтра утром отвезти тебя на работу… так сказать, для видимости.

— Правда?! Вот и отлично, я смогу показать тебе Комара-колокольчика, которого прислали из Пятой лаборатории, он очень забавный.

Хотя было подчеркнуто, что всё это делается лишь для вида, реакция Тао Маня всё равно звучала крайне радостно.

Ли Жуйцзюнь хотел было спросить, что может быть забавного в каком-то комаре, но запнулся и вместо этого осторожно поинтересовался:

— К вам часто заходят люди из других лабораторий?

— Ага, все же ходят друг к другу в гости. Вчера я отдал им того мокрица, а они взамен поделились этим. Тебе интересно? Хочешь взглянуть?

— Хорошо.

Ли Жуйцзюнь пообещал Тао Маню зайти и послушал еще немного забавных историй из лаборатории. Положив трубку, он бросил взгляд на цветы на столе, взял сумку и покинул кабинет.

Войдя в дом, Ли Жуйцзюнь снял пальто, и дворецкий дядя Мин почтительно принял его.

В этот момент со стороны балкона донесся легкий перезвон — звуки сыпались серебристой цепочкой, звеня на удивление ритмично.

Дядя Мин пояснил:

— Господин Тао принес банку с насекомыми.

Ли Жуйцзюнь кивнул:

— Мм, я знаю. Комар-колокольчик, верно?

На секунду дядя Мин замолчал, а его лицо приняло несколько странное выражение.

Ли Жуйцзюнь вышел на балкон и нашел Тао Маня, стоявшего под ярким светом лампы и любовавшегося комаром. Шагая широкими шагами и одновременно прислушиваясь к жужжанию крыльев насекомого, он в душе испытывал легкую тревогу.

Мало кто знал, что Ли Жуйцзюнь на самом деле терпеть не может насекомых.

Однажды ему довелось получить приказ зачистить планету, где произошла вспышка опасных вредников, и это оставило глубокий след на его психике. Об этом знали лишь его родители да дворецкий, и больше никто.

Ли Жуйцзюнь не любил показывать слабость перед посторонними, поэтому, несмотря на отвращение, шагал твердо, а выражение его лица оставалось совершенно естественным.

Услышав шаги, Тао Мань повернул голову и улыбнулся:

— Ли Жуйцзюнь, ты вернулся? Смотри, это Комар-колокольчик.

— Мм, — Ли Жуйцзюнь подошел поближе. — Такой большой?

— Да, у него гены гигантских древних комаров. Хоть он и крупный, на самом делеут ужасно глупый.

Тао Мань с улыбкой постучал по внешней стенке стеклянной банки. Сидевший внутри комар испуганно затрепетал крыльями, взмыл вверх, опустился обратно, и в тишине вновь раздался хрустальный перезвон.

Он убрал руку и протянул банку Ли Жуйцзюню, но тот не взял ее.

Тогда Тао Мань поставил банку на пол и пояснил:

— Это лабораторный вид. Его сородичи в дикой природе все крупные, с длинными лапами, но с очень низким интеллектом — они вечно не могут напиться крови и умирают с голоду.

Ли Жуйцзюнь не удержался от вопроса:

— Зачем же вы тогда вывели такую разновидность?

— Понятия не имею, это всё проделки ребят из Пятой лаборатории, — ответил Тао Мань.

— Ты собираешься держать его здесь?

— Вообще-то хотелось бы. Можно? — Тао Мань посмотрел на Ли Жуйцзюня, спрашивая разрешения хозяина дома.

Ли Жуйцзюнь предпочел бы отказаться, но ради скорейшего установления фальшивого доверия с Тао Манем он в итоге согласился.

За ужином Тао Мань неустанно просвещал Ли Жуйцзюня насчет декоративной ценности и коммерческого потенциала Комара-колокольчика. У Ли Жуйцзюня от этой лекции закружилась голова — возникло стойкое ощущение, будто от него требуют профинансировать исследовательский проект.

Желая наконец пресечь бесконечные разговоры об insectes, Ли Жуйцзюнь перевел тему на семью Тао Маня.

— Я слышал, твой младший брат собирается досрочно поступить в высшее учебное заведение на углубленное отделение. Что он планирует изучать?

Речь Тао Маня действительно тут же оборвалась.

Помолчав несколько секунд, он ответил:

— Вроде бы говорил, что продолжит заниматься генетикой.

— Ох.

Тао Мань бросил взгляд на Ли Жуйцзюня, пытаясь угадать, хочет ли тот услышать что-то еще.

— Он сказал, что будет исследовать самого себя.

Ли Жуйцзюнь приподнял бровь, изрядно удивившись:

— А?

Хотя повышенный интерес Ли Жуйцзюня к Тао Фэйраню немного расстроил Тао Маня, само движение брови выглядело донельзя красиво — лихо и мужественно, — так что Тао Мань тут же сдался.

— Он говорит, что хочет изучить гены древней крови, сохранившейся в нашем роду, и выяснить, в чем кроется секрет высокого интеллекта. Лучшим образцом для таких исследований он считает себя самого, — с абсолютно серьезным видом пояснил Ли Жуйцзюню Тао Мань.

Генерал Ли же был человеком, мало смыслящим в науке. Услышав, что кто-то собирается использовать в качестве подопытного образца собственное тело, он счел это одновременно абстрактным и свежим, а потому продолжил расспросы:

— Разве ты тогда не должен быть его образцом?

Тао Мань даже задумался по-настоящему:

— Хм… Если подумать, ты прав. Я — атипичный, особый образец, потому что во мне намешана кровь неизвестно какой звездной системы. Правда, Фэйрань не говорил, что собирается исследовать меня. Наверное, потому, что для роли образца мне не хватает многих базовых данных: например, даже происхождение моего инозвездного смешения невозможно установить.

— Я слышал, твоя мать была космическим странником?

— Ага, так что гены попросту не проследить.

— Понятно. Выходит, сам Тао Фэйрань — это сплав вашей семьи и известной линии крови?

— Да, наша нынешняя мама происходит из клана Мин, который в Звездной системе Лушэнь считается древним и высококачественным генетическим родом. Тао Фэйрань с самого детства был умнее всех остальных, это прямо-таки бросалось в глаза.

Ли Жуйцзюнь с облегчением понял, что больше не нужно вести беседы о букашках, и плавно продолжил разговор о Тао Фэйране.

Правда, вопросов оказалось слишком много — настолько много, что позже Тао Мань начал всерьез подозревать, будто Ли Жуйцзюнь и впрямь очень сильно заботится о Тао Фэйране.

Этой ночью Тао Мань ворочался в своей спальне на втором этаже и долго не мог уснуть.

Сначала он размышлял над тем, считается ли он третьим лишним, если Ли Жуйцзюню и вправду нравится Тао Фэйрань. Придя к выводу, что, пожалуй, нет — в конце концов, Фэйрань ведь вовсе не увлечен Ли Жуйцзюнем.

http://bllate.org/book/37553/4687270