Готовый перевод The Apocalypse of Insectoid Rise / Восстание инсектоидов: Покорение апокалипсиса: Глава 5

Тонкий луч света слепил глаза, и Юэ Цзымо невольно зажмурился. Световое пятно всё увеличивалось, сопровождаемое зловещим, от которого волосы вставали дыбом, шуршанием — его издавали бесчисленные тонкие лапки полчищ насекомых и ворох разрываемой ими земли и обломков.

Юэ Цзымо затаил дыхание.

Перед глазами постепенно светлело. Вокруг кишели самые разнообразные ползающие создания: букашки, членистоногие, мягкотелые черви, жесткокрылые насекомые с уродливыми прочными панцирями, а также множество невиданных ранее тварей размером с большой палец, чьи грудки и брюшки были сплошь усыпаны мелкими лапками. Эти насекомые усердно и истовно работали крошечными ножками, раскапывая завалы. Обнаружив погребённых под щебнем людей, они вдруг все разом замерли, вращая простыми и сложными глазами, поворачивая головы синхронно спереди назад. Толпа жуков, совершающая столь единодушное движение, выглядела настолько нелепо, что у Юэ Цзымо отнялся дар речи.

— Пи-пи! ~ Здесь человек, ё-хо! —

— Чи-чи-ы-ы… Чи-чи-ы-ы… Это самец, о-о! Я его нашел-л! Я нашел-л, давайте превратимся и выкопаем его? —

— Ци-ци! Это я первый увидел! ~ —

Это точно будет моя будущая госпожа жена~ (≧▽≦)/~ Лалала, наконец-то и на моей улице праздник, моя жена нашлась! —

— Чи-чи!!! Сдохни, сдохни! Проваливай со своей мерзостью, снаружи еще столько взрослых, тебе ничего не достанется! —

— Хо-хо! Давайте быстрее копать, наверняка там есть и другие люди. —

— Цян-цян~ Мы уже выкопали столько людей, нам точно одного отдадут~ —

И тогда Юэ Цзымо воочию наблюдал, как эти разномастные жуки исключительно дружелюбно общаются друг с другом. Какое-то насекомое, сильно смахивающее на сверчка, и другая тварь, похожая на богомола, протянули друг другу по передней лапке, соприкоснулись ими, качнули из стороны в сторону, повторили жест и даже издали звуки, подозрительно напоминающие оживленную беседу...

Охренеть можно. С чего это он решил, что эти насекомые такие умные? Ему мерещится или он просто излишне подозрителен?

Каждое насекомое издало пронзительный вопль, несколько штук даже кубарем покатились по земле, после чего остальная армия жуков вновь принялась за дело, методично разгребая завалы, перетаскивая обломки и круша камни. Поначалу Юэ Цзымо был охвачен ужасом, паникой и изумлением, но теперь, глядя на то, как эта армия букашек слаженно распределила обязанности по копке, переноске и разрушению, в его голове не осталось ничего, кроме шока и полнейшего неверия.

Когда он пришел в себя, оказалось, что они с молодым человеком из соседней клетки уже выставлены на самый солнцепек. Под ними простиралась полностью разрушенная, обращенная в руины база. Повсюду валялись разломанные на куски предметы быта и кое-какое уцелевшее оружие, однако толку от них теперь не было никакого, потому что перед глазами Юэ Цзымо предстала куда более масштабная, грандиозная и устрашающая картина.

Само небо, да и всё вокруг до самого горизонта не имело ничего общего ни с чем знакомым.

Теперь Юэ Цзымо безоговорочно поверил: это не его родной мир. Он угодил в другое пространственно-временное измерение.

В мир, где насекомые, звери, птицы, самые невероятные обитатели глубин и даже травянистые растения — словом, все они обрели разум и стали демоническими существами.

В отличие от тех мелких копошащихся букашек, эти внешние создания обладали исполинскими телами. Даже самые крошечные из них достигали в длину почти двух метров, а гиганты вымахивали на пятнадцать-шестнадцать метров — высотой с четырехэтажный дом. Величественные и грозные, они носили панцири, напоминающие прочные латы, а их тела покрывала сеть мощных внешних скелетов. Перед ним стояла огромная саранча.

У нее была пара крыльев и шесть лап, причем две задние — чрезвычайно мощные и сильные. Выпрямившись во весь рост, саранча вращала пятью глазами на голове, словно оценивая обстановку на базе, и время от времени сотрясала двумя парами крыльев на груди, порождая раскаты гудящего шума.

Затем Юэ Цзымо увидел, что рыбы, креветки и крабы, которым полагалось жить исключительно в воде — будь то пресноводные или морские обитатели, — чудом приспособились к наземной жизни.

Осьминоги, кальмары, каракатицы, медузы и даже рыба-луна. Эта штука выглядела пугающе огромной: стоило ей куда-нибудь направиться, как над землей тут же сгущалась темнота.

Вокруг сновали огромные птицы с человеческими лицами. Да, сплошь покрытые плотным оперением и перьями, с крыльями, птичьими лапами, острыми клювами и вертикальными зрачками — все это отчетливо формировало подобие человеческого лица.

Юэ Цзымо: «……»

Шагающие деревья и цветы окончательно перевернули все его представления о мироздании.

Отупевший, с кашей в голове, он от пережитых один за другим ударов судьбы и столкновений с невероятным почти потерял чувствительность. Видя, что эти незнакомые создания обладают разумом и независимым самосознанием, Юэ Цзымо всерьез засомневался, удастся ли ему вообще выжить.

— ……Спасены, — внезапно пробормотал сидевший рядом с ним молодой человек, до этого хранивший молчание.

Его нога была серьезно повреждена: ее насквозь придавило массивной треугольной каменной плитой. Мясо на икре было рваным, зияла сплошная кровавая рана, во многих местах плоть уже почернела. Кровотечение вроде бы прекратилось, и он грубо перемотал травму полосками, оторванными от собственной одежды.

Юэ Цзымо заметил, что у парня совершенно белое лицо, грудь тяжело вздымалась, он дышал шумно и судорожно. Испытывая страх и недоверие, Юэ Цзымо не смел к нему приближаться: — Ты в порядке? —

Этого человека он совершенно не знал, а потому остерегался совершать лишние движения, чтобы не навлечь на себя беду, и продолжал сохранять бдительность.

Тот холодно бросил: — Пустяки, но вот в последующие дни... —

Он не договорил. Юэ Цзымо замер в ожидании продолжения: ему безумно хотелось узнать, что сулят грядущие дни, но молодой человек больше не произнес ни слова.

Рядом находились две массивные сильные букашки, движущееся дерево и огромный спрут с бесчисленными щупальцами. На чудовищной голове этого осьминога красовались два глаза размером с фонари, наводивших жуткий страх. Его многочисленные толстые и скользкие щупальца при передвижении густо покрывались пылью и песком. На концах бесчисленных отростков располагались рты в форме хризантем, откуда доносилось бульканье и образовывались скопления мелкой пены. По мере того как его голова и щупальца ритмично сжимались и раздувались при дыхании, мириады крошечных пузырьков то вырывались наружу, то втягивались обратно.

Юэ Цзымо чуть не вывернуло от этого зрелища.

Хрусь!

Железную клетку разрезали без малейшего труда. Две мощные букашки взмахнули передними лапами, превратившимися в подобие кривых ножей, отливавших черным металлическим блеском — они были настолько остры, что резали железо как грязь.

Словно перерезая тонкие шелковые нити, прутья клетки, удерживавшие Юэ Цзымо, а также кандалы на его руках и ногах с тихим звоном рухнули на землю.

Значит ли это, что он обрел свободу?

Конечно же, нет!

Толстое, с человеческое запястье, щупальце со свистом выбросилось вперед, молниеносно обвилось вокруг талии Юэ Цзымо и стянуло ее. Пока тот вопил от ужаса, другое скользкое щупальце намертво опутало его отчаянно брыкающиеся ноги. Слизь, до боли похожая на сопли, источала густой тошнотворный смрад и за секунду покрыла его с ног до головы. Юэ Цзымо понятия не имел, что будет дальше. Его тело стремительно взмывало вверх, в то время как обхватившие его плотные, липкие щупальца сжимались и пульсировали, тесно соприкасаясь со всей кожей. От этого скользкого и ледяного прикосновения Юэ Цзымо покрылся мурашками. Охваченный паникой, он завизжал еще истошнее, забился с удвоенной силой. Из-за сильнейшего страха из пор хлынули потоки холодного пота, лицо мгновенно побелело.

— А-а-а-а-а!!! Отпустите меня! Отпустите меня!!! Спустите меня вниз!!!! —

В ответ на крики его омотали еще большим количеством щупалец.

— А-а-а-а-а-а-а!!!! —

Когда его полностью опутали щупальца и снаружи осталась лишь голова, а грудная клетка, живот и нижняя половина тела оказались намертво зажаты и почти лишены возможности дышать, Юэ Цзымо сорвал голос и уже не мог кричать.

Выбившийся из сил Юэ Цзымо наконец затих. Застилавшие глаза слезы и пот застилали обзор, но, оглядевшись по сторонам, он заметил, что все вокруг усеяно людьми, которых точно так же опутали щупальца осьминога. Среди них мелькали знакомые лица — все те, кто делил с ним комнату и содержался в качестве живого товара, висели в воздухе, туго стянутые отростками чудовища. Всего около двух десятков человек таращились на Юэ Цзымо так, будто он был безумцем или идиотом.

Тупица.

Псих.

Именно это читалось на их лицах.

Наконец придя в себя, Юэ Цзымо внезапно всё понял, и ему стало невероятно стыдно: — …… —

Жаль только, что вытереть пот и хоть как-то прикрыть свою оплошность он не мог.

Оказывается, осьминог вовсе не собирался его съесть или задушить, он просто занимался транспортировкой...

Неудивительно, что остальные сохраняли невозмутимость, да и обвиты-то они были всего по одному щупальцу, и только он один... кхм, угодил аж в пять.

Юэ Цзымо молча уставился перед собой, мысленно наказывая себе: что бы ни случилось впредь, нужно сохранять хладнокровие, наблюдать за реакцией остальных, не поддаваться панике, не орать и не устраивать истерик. Он вовсе не горел желанием выдать свое непонятное происхождение и прослыть чужаком среди чужаков.

После череды внушений и самоуспокоения Юэ Цзымо почувствовал себя значительно спокойнее, однако обвивавшие его щупальца ослабевать и не думали.

Чудовищный осьминог шагал на бесчисленных конечностях, причем передвигался с невероятной скоростью. База стремительно удалялась. Ппленные люди парили на двадцатиметровой высоте, и, повернув голову вбок, можно было разглядеть землю: там суетились новые полчища насекомых, раскапывая грунт, а другие расовые создания извлекали на свет человеческие тела. Выстроившись ровными рядами прямо поверх руин базы, эти люди лежали совершенно неподвижно.

Все новые и новые несчастные попадались при раскопках. Юэ Цзымо тупо смотрел по сторонам и заметил, что выживших крайне мало — почти все уцелевшие люди до этого содержались в клетках.

У Юэ Цзымо внезапно нервно дернулся угол рта в подобии улыбки.

Те, кто прятался внутри базы, погибли, зато тех, кого держали заложниками в железных клетках, уцелело немало.

Картинка под ногами мелькала и неслась назад. Юэ Цзымо перевел взгляд вперед и увидел бесчисленных инородцев, а еще... множество людей...

Голых, совершенно нагих, выстроившихся ровными рядами, словно в гигантском концлагере. Людей было так много, что взглядом не окинуть: у всех кожа донельзя иссохшая, с восковым желтоватым оттенком, а в глазах — мертвый, тупой, пепельный взгляд, с которым они следили за вновь прибывающими пленниками.

Они бросали мимолетный взгляд, равнодушно отвозились, снова бросали взгляд и вновь отворачивались — монотонно и механически.

Это были пленники.

http://bllate.org/book/37527/4682525