Готовый перевод The Southern Crown Guest / Пленник в золотой клетке: Одержимость юного зверя: Глава 5

— Удали, — Цзян Пэй приподнял веки и холодно произнес:

— Что такое? — Шэнь Шу неумело лгал, притворяясь, будто ничего не понимает.

Цзян Пэй перевел на него взгляд — легкий, невесомый, но от которого невозможно было скрыться.

— Не придуривайся.

Шэнь Шу замолчал.

Он прикусил нижнюю губу так сильно, что она побелела, а когда отпустил, на ней остался отчетливый след от зубов. Его пальцы машинально водили по простыне, оставляя беспорядочные царапины.

Воздух в комнате стал густым и удушливым, словно невидимые руки протянулись к ним, пытаясь сжать горла.

Они вели безмолвное противостояние, и Шэнь Шу был заранее обречен на проигрыш.

Он слишком сильно дорожил тем, кто сидел напротив, поэтому обнажил свои слабые места, добровольно давая себя в руки и связывая себя по рукам и ногам.

Мгновение спустя Шэнь Шу нехотя вытащил руку из-за спины, демонстрируя телефон в ладони, медленно разблокировал его кончиком пальца, открыл галерею, зажал файл и нажал удалить.

Закончив, он поднял глаза с экрана и посмотрел на Цзян Пэй, в его взгляде читалась отчетливая обида.

Он совсем не хотел этого, но был вынужден подчиняться, а значит, заслужил хотя бы крошечную награду.

Цзян Пэй лежал на спине, глядя ему в глаза; хотя угол обзора был немного снизу вверх, в его взгляде сквозило что-то свыше, властное, и он спокойно произнес:

— Из корзины тоже удали.

Лицо Шэнь Шу мгновенно побледнело.

Он почти инстинктивно сжал телефон в ладони, чуть отпрянул назад и, даже преодолевая привычку тянуться к Цзян Пэй, принялся судорожно отступать к краю кровати.

— Не надо, — он яростно замотал головой, и в его голосе зазвучала нескрываемая паника. — Не удаляй!— Брат, не удаляй, — он спрятал телефон и ухватился за рукав Цзян Пэя, растерянно умоляя: — Пожалуйста, пусть останется, хорошо?

Его маленькая тайная мечта, которую он так старательно прятал, была обнаружена, вытащена на свет и теперь подлежала немедленному уничтожению по прямому приказу. Шэнь Шу до смерти перепугался и, на мгновение забыв о своем положении, в отчаянии взмолился самому виновнику своих бед.

Цзян Пэй откинул одеяло и выпрямился, поравнявшись с ним. Глядя прямо в глаза, он рассматривал его своими светло-янтарными зрачками.

Это было похоже на полевую практику в студенческие годы, когда изучаешь цветок, травинку или жука в твердом панцире. Сейчас он так же изучал Шэнь Шу: наблюдал за тем, как тот отступает, видел явную боль на его лице — настолько открытую и нескрываемую, что она, казалось, вот-вот захлестнет сам источник этих чувств.

Цзян Пэем завладело странное любопытство. Перед ним был будто бы и не человек вовсе, а какое-то редкое, противоречивое и хрупкое существо, которое отчаянно нуждалось в опоре и принимало его за живую воду и солнечный свет, готовое увянуть и погибнуть от одного лишь его слова.

— Шэнь Шу, — произнес он, и в его голосе прозвучало недоумение — спокойное и жестокое. — Это всего лишь фотография. Что она может доказать, если ты ее оставишь?

Ничего она не докажет, подумал Шэнь Шу.

Эта фотография, эта рука и даже этот человек перед ним — ничто из этого ему не принадлежит.

Он просто украл это.

Украл у кого-то другого, со страхом и трепетом спрятал в потайном уголке, чтобы наслаждаться в одиночку, вкушая эту сладкую, исполненную тревоги тайну.Казалось, ему никогда в жизни не удавалось обладать чем-либо по праву.

В детстве, когда в доме устраивали праздничные банкеты, нянька запирала его в комнате на весь день и выпускала лишь глубокой ночью или даже на следующее утро, когда гости расходились.

Он помнил, что та женщина всегда ярко красилась, а в кармане фартука носила помаду, которую часто доставала украдкой, чтобы подкрасить губы. В то время он был совсем маленьким, и когда смотрел на неё снизу вверх, видел лишь две кроваво-красные полоски.

Разговаривая с Шэнь Шу, она всегда проявляла нетерпение: упирала руки в бока, и пудра, густо лежавшая на крыльях её носа, осыпалась при каждом движении.

— Сегодня важный день. Сиди в комнате и не высовывайся, нечего портить настроение хозяевам, — говорила она, глядя на него свысока, полная презрения, а напоследок сплёвывала: — Маленький ублюдок. — И с силой толкала его, отчего он падал на пол.

Дверь с лязгом запиралась на замок. Маленький Шэнь Шу какое-то время сидел на полу, ошеломлённый, а затем медленно поднимался. Пол был очень грязным, подол его одежды покрылся пылью. Он пытался отряхнуть её, но лишь оставлял на ткани расплывчатые чёрные отпечатки ладоней.

В комнате стояла мёртвая тишина, отчего шум веселья, доносившийся снизу, казался особенно резким. Звон бокалов вперемешку с тягучей музыкой долетал сюда слоями, гулко отдаваясь в ушах и вызывая тяжёлое, дурманящее чувство.

Маленький Шэнь Шу прижимался носом к железным прутьям чердачного окна, встав на цыпочки, и изо всех сил пытался хоть что-то разглядеть.

На лужайке во дворе шёл праздник, украшенный гирляндами и цветами. Раздавался заливистый детский смех, а в центре толпы стоял рыжий клоун и с улыбкой вручал воздушный шарик каждому проходящему ребёнку.

На лицах людей сияло счастье и беззаботность, и никто не замечал пару маленьких глаз, притаившихся в тени чердака.

Он смотрел и смотрел, пока глаза не начали слезиться от долгого напряжения. Он с трудом моргнул, и по щекам скатились две слезинки.

Позже, однажды, Шэнь Шу стал умнее. Он тайком спрятал в комнате кусок проволоки, и как только нянька ушла, принялся осторожно ковырять замочную скважину.

В тот раз ему сказочно повезло: после тихого щелчка дверь внезапно поддалась.

Он был до смерти напуган, ладони взмокли от пота. Боясь, что нянька вернётся, он босиком, затаив дыхание, бросился вниз по лестнице и осторожно спрятался за портьерой в главном зале.

Его взгляд тут же приковали сладости, лежавшие на длинном столе рядом.

В прозрачных фантиках, плотно прижавшись друг к другу, лежали яркие разноцветные леденцы, целая гора красок.

В зале горел яркий свет, фантики сверкали и переливались, словно звёзды на ночном небе.

Он смотрел на них бесконечно долго, пока, наконец, не набрался смелости, стрелой выскочил из-за шторы, схватил целую горсть конфет и, спотыкаясь, бросился обратно наверх, на ходу запихивая их в карманы.

http://bllate.org/book/37524/4682104