Готовый перевод After Blocking the Villain’s Sword [Rebirth] / После того, как заслонила меч злодея [перерождение]: Глава 17

— Трупы во дворе — это те два разбойника. Можешь обыскать их: наверняка у них остались неизрасходованные снотворные порошки, — предложил Линь Цзимин, заметив недоверие девушки.

— А вдруг ты сам заранее подсунул им снотворное? — в душе Бо Сюань уже закралось сомнение.

Линь Цзимин взял со стола чайную чашку и легко сжал её — та рассыпалась в пыль.

— Если бы я был злодеем, мне бы не пришлось так долго тебе всё объяснять.

Абсолютное превосходство в силе заставило Бо Сюань поверить ему. Мужчина был прав: если бы он захотел причинить ей вред, она не смогла бы оказать и малейшего сопротивления.

Когда Бо Сюань вернула пресс-папье на место, она услышала, как мужчина снова заговорил:

— Не хочешь взглянуть на лица этих разбойников? Вдруг ты их знаешь?

Хотя она считала это невозможным, Бо Сюань всё же последовала за ним во двор, убедившись, что он не питает к ней злых намерений.

Во дворе старик всё ещё усердно копал яму. Бо Сюань подошла ближе и вежливо поклонилась:

— Благодарю вас обоих за спасение моей жизни.

В ответ слышался лишь стук лопаты о землю. Старик даже не взглянул в её сторону, отчего девушке стало крайне неловко.

— Дядя Ян всегда немногословен, — пояснил Линь Цзимин и тут же перевёл разговор: — Давай лучше посмотрим на трупы.

Бо Сюань, прошедшая закалку под началом Янь Хуая, не испытывала особого страха перед мёртвыми. Она уже собралась перевернуть лежащий лицом вниз труп, как вдруг рядом мелькнула рука — мужчина опередил её.

На лицах оказались совершенно незнакомые черты. Бо Сюань покачала головой — она их не знала. Впрочем, с тех пор как она попала в этот мир через книгу, кроме Янь Хуая и министра Бо, она знала лишь придворных евнухов.

— Скажи, где твой дом? Раз ты уже пришла в себя, я провожу тебя обратно, — сказал Линь Цзимин, помня о том, что совместное пребывание в доме незамужней девушки и чужого мужчины может повредить её репутации.

Слово «дом» заставило Бо Сюань чуть не выдать: «Нинши, проспект Чжунъюань, дом 268».

Но вместо этого она ответила:

— Во дворце.

— Во дворце? — Старик, копавший яму, внезапно остановился, будто услышав ключевое слово. — Кто ты такая?

Бо Сюань не заметила его странной реакции и решила, что он просто угрюмый и замкнутый человек.

— Я наложница из дворца. Меня похитили, когда я гуляла на празднике фонарей вместе с Его Величеством.

Та, кто гуляет с императором, наверняка пользуется особым расположением. А в гареме лишь одна наложница обладает таким фавором.

Личность девушки становилась очевидной. Лицо Линь Цзимина слегка окаменело:

— Императрица Бо?

Бо Сюань только кивнула, не успев сказать ни слова, как старик выхватил из-за пазухи кинжал и резко бросился вперёд. Девушка в ужасе спряталась за спину мужчины и крепко вцепилась в его одежду.

— Молодой господин, отойдите в сторону! — голос старика прозвучал зловеще. — Позвольте старому слуге убить её сегодня, чтобы этот Янь почувствовал, каково это — терять близких и любимых!

«Янь»? Речь о Янь Хуае? Если у вас с ним счёт, идите убивайте его самого! Зачем нападать на меня?

Бо Сюань чувствовала себя раздавленной: едва выбралась из одной западни — и сразу попала в другую. Пока мужчины говорили, она незаметно оценивала расстояние от своих ног до ворот двора.

— Она ни в чём не виновата, — Линь Цзимин не сдвинулся с места.

— А сто восемьдесят душ рода Линь были виноваты?! — не унимался старик.

— То было при прежнем императоре. Нынешний к тому не причастен, — возразил Линь Цзимин, по-прежнему защищая девушку.

— Отец с сыном — одно и то же! Всё равно долг лежит на роде Янь! — в голосе старика звучала глубокая ненависть.

«Прежний император… Род Линь… Сто восемьдесят душ…» Соединив эти три ключевых слова с событиями из книги, Бо Сюань наконец поняла, кто перед ней: младший сын великого полководца Линь Кана — Линь Цзимин и управляющий поместьем Линь — дядя Ян.

Генерал Линь всю жизнь сражался за страну, за что народ прозвал его «Богом войны». Но из-за своей славы он вызвал зависть прежнего императора. Тот подстроил обвинение в государственной измене, и в результате весь род Линь — сто восемьдесят человек — был казнён. После смерти генерала его имя оплёвывали все.

Линь Цзимин тогда спасся лишь потому, что учился боевому искусству далеко от дома. Согласно сюжету, позже он вступит в союз с главным героем, который пообещает восстановить справедливость и реабилитировать генерала Линя. Именно он в итоге возглавит армию, штурмующую Яньцзин.

Осознав это, Бо Сюань внезапно перебила их спор:

— Вы сын великого полководца Линя?

— Молодой господин! Раз она узнала вашу личность, оставлять её в живых нельзя! — Если раньше в глазах старика было семь частей убийственного намерения, теперь их стало двенадцать.

— Генерал Линь всю жизнь защищал страну, но из-за клеветы умер в позоре, — решительно заявила Бо Сюань, играя своей главной картой. — Разве вы не хотите добиться пересмотра дела и восстановить его доброе имя?

— Пересмотр дела… — Это слово Линь Цзимин раньше даже помыслить не смел.

Заметив его колебания, Бо Сюань продолжила:

— Вы спасли мне жизнь. Его Величество наверняка согласится на вашу просьбу.

— Не слушай её соблазнов, молодой господин! — предостерёг старик. — Это не так просто. Как только она вернётся во дворец, за нами тут же пришлют убийц!

Едва он договорил, как ворота со скрипом распахнулись.

Линь Цзимин и старик насторожились. Бо Сюань же постаралась стать как можно незаметнее, прячась за спиной Линь Цзимина.

В проёме ворот стоял мужчина в зелёном халате с палочкой карамелизованной хурмы в руке. Его лицо было мрачно и угрюмо.

Превосходно. Его маленькая императрица крепко держится за одежду другого мужчины. Просто великолепно.

— Ты наконец пришёл! — Узнав его, Бо Сюань радостно вырвалась из-за спины Линь Цзимина и бросилась прямо в объятия Янь Хуая.

Только оказавшись в знакомом запахе, она по-настоящему расслабилась.

— Почему так долго? Ты чуть не опоздал — мог и не застать меня в живых! — Вспомнив всё пережитое этой ночью, у неё защипало в носу, и голос дрогнул.

— Всё хорошо, всё хорошо, не бойся, — Янь Хуай обнял свою императрицу и успокаивающе погладил её по спине. — Отныне теневые стражи будут следовать за тобой везде. Подобное больше не повторится.

Вспомнив о присутствующих, Бо Сюань быстро вытерла слёзы о его одежду и взяла себя в руки. Обернувшись, она увидела, что во двор уже бесшумно спустились несколько теневых стражей, а дядя Ян у Линь Цзимина не только не убрал кинжал, но стал ещё настороженнее.

Боясь конфликта, Бо Сюань поспешила сказать Янь Хуаю:

— Ваше Величество, трупы на земле — это похитители. Благодаря этим двум благородным воинам, проявившим справедливость, я осталась жива.

Янь Хуай понял, что его императрица ходатайствует за них, и обратился к мужчинам:

— Раз вы спасли мою императрицу, я награжу вас тысячей лянов золота…

Он не договорил: Линь Цзимин поднял полы одежды и опустился на колени.

— Подданный не ищет награды. Прошу лишь Его Величество пересмотреть дело моего отца и восстановить его доброе имя! — С этими словами он со стуком прижал лоб к земле.

Увидев поступок своего молодого господина, дядя Ян в конце концов опустил кинжал и с покорностью тоже встал на колени.

Янь Хуай бросил взгляд на свою императрицу и заметил в её глазах тревогу — она явно знала, кто эти люди.

— Кто твой отец?

— Мой отец — Линь Кан.

Слух о пропаже императрицы не достиг дворца. Внутри всё оставалось спокойным и безмятежным.

Фигура в капюшоне поспешно добралась до заброшенного Холодного дворца, где её уже с тревогой ждала маленькая служанка.

Дворец выглядел удручающе: облупившаяся краска, трещины в плитке, разбитые окна и двери. При свете луны тени от сухих деревьев на земле напоминали зловещих чудовищ с раскрытыми пащами.

Они не стали заходить в пыльный зал, а остались разговаривать под навесом.

Выслушав доклад служанки, женщина в капюшоне холодно произнесла:

— Не ожидала, что мудрый князь Сянь наймёт для такого важного дела двух уличных головорезов. Просто невыносимо глупо!

Она так старалась, чтобы незаметно донести до князя Сяня весть о том, что император вышел из дворца с императрицей, но тот упустил прекрасную возможность. Такой бездарности и впрямь не место на троне!

— Его Величество наверняка тщательно расследует это дело. Что нам теперь делать? — в голосе служанки слышался страх перед императорским гневом.

— Чего ты паникуешь? — одёрнула её женщина. — Пусть этим беспокоится князь Сянь, а не мы.

К счастью, она заранее предусмотрела всё и не оставила никаких следов, указывающих на неё. Глупец, наверное, до сих пор думает, что получил эту информацию от своего шпиона во дворце.

— Что вы имеете в виду? — спросила служанка.

— Передай своим связным: пусть запомнят — императрица никогда не исчезала.

С этими словами женщина в капюшоне ушла.

Вскоре после их ухода с крыши дворца спрыгнул белый комок и мягко приземлился на землю. Ли Ниан облизнула лапку и неторопливо направилась к дворцу Суйхуа.

Заброшенный дворец окончательно погрузился в тишину.

Из-за праздничного пира Бо Сюань не спала днём, а эта ночь вымотала её окончательно. Едва сев в карету, она прижалась головой к плечу Янь Хуая и тут же уснула.

Янь Хуай, всё ещё держа в руке хурму в карамели, которую он нес всю ночь, аккуратно отложил её в сторону. Не позвав слуг, он сам налил чай, смочил шёлковый платок и стал тереть липкий сироп, засохший на пальцах.

Чем дольше сироп сох на коже, тем труднее его было отмыть.

Спереди ехал конный стражник, прокладывая путь. Карета беспрепятственно доехала до дворца Суйхуа и остановилась. Янь Хуай поднял всё ещё спящую императрицу на руки и отнёс прямо в спальню.

На востоке уже начинал светлеть небосклон — будто разбавленная водой чёрная тушь.

Холодный ветерок с улицы проникал в окно, помогая ему сохранять ясность ума. Янь Хуай стоял у окна и смотрел на спящую императрицу.

Не отрывая взгляда, боясь, что она снова исчезнет.

Даже вернув её, он не мог забыть того чувства ужаса и удушья, которое испытал, обнаружив её пропажу.

Он коснулся груди — ему казалось, что нечто вышло из-под контроля.

Но, впрочем, это уже не имело значения.

Подойдя к постели, он поправил одеяло у её плеч и вышел из спальни. Он не верил, что похищение было спонтанным: кто станет носить с собой снотворное без причины?

В дальнем углу дворца, в самом отдалённом павильоне, раздавался оглушительный грохот — предметы падали и разбивались один за другим.

Разлетелись вазы, опрокинулся парчовый ширм, чашки и чайники лежали в осколках, шкафы и столы были перевернуты, а на резных дверях остались следы от ударов.

Вань Чжичунь вошёл в этот хаос и, не отводя глаз от пола, почтительно поклонился императору, сидевшему среди развалин.

— Ваше Величество, — начал он доклад, — те двое — завсегдатаи игорных домов и кварталов увеселений. Их долги составляли около трёхсот пятидесяти лянов. Недавно кредиторы сильно давили на них и даже угрожали отрубить руку, если те не заплатят. Однако в обуви одного из трупов нашли три тысячи лянов сертификатами.

Имея три тысячи, они не пошли гасить долг — вероятно, деньги только что получили.

Янь Хуай вдруг вспомнил: он лишь вчера днём спонтанно решил устроить прогулку с императрицей. Если кто-то в тот момент получил информацию и нанял этих головорезов, всё сходится.

Зачем нанимать их? Чтобы похитить императрицу?

— Расследуй дальше. Любыми средствами. И найди того, кто выдал нашу тайну из дворца, — приказал Янь Хуай, заметив знак, который подал Сяо Чэнцзы у двери. Он встал и добавил: — Придворных пора почистить. Лучше перестраховаться, чем упустить виновного.

Сяо Чэнцзы не успел закончить поклон, как император уже вышел.

— Что с императрицей? — спросил Янь Хуай, ускоряя шаг к спальне.

— Госпожа будто бы увидела кошмар. Проснулась и начала искать вас.

Услышав это, Янь Хуай ещё больше прибавил ходу. Сяо Чэнцзы, не обладавший ни длинными ногами, ни боевыми навыками, еле поспевал за ним бегом.

Едва войдя в спальню, Янь Хуай увидел, как его императрица сидит, поджав колени и обхватив их руками, вся съёжившись в комочек. Её глаза были покрасневшими.

Он подсел к ней, обнял и успокаивающе прошептал:

— Не бойся. Сны всегда снятся наоборот.

http://bllate.org/book/3752/402256