Готовый перевод My Evil God Girlfriend / Моя возлюбленная из бездны: Лавкрафтовский роман: Глава 4

— А-а! — вскрикнула она, в панике молотя руками по воде, отчаянно пытаясь выбраться из этого жуткого места.

В этот момент из реки под ней поднялось темно-красное щупальце, усеянное присосками. Присоски сжимались и разжимались, словно в такт дыханию, и тянулись прямиком к Сян Эр. Девушка протянула руку, надеясь оттолкнуть его, но у неё совсем не осталось сил. Ей оставалось лишь позволить щупальцу приблизиться, пока она продолжала судорожно бить по воде.

Однако в то самое мгновение, когда щупальце оказалось у самой груди Сян Эр, оно замедлило движение. Затем оно приподнялось и медленно, нежно, едва ли не ласково, коснулось её сердца. Кончик щупальца мерно, с каким-то странным ритмом, похлопывал её по груди. Под этим необычным воздействием Сян Эр вдруг почувствовала, как её охватывает странное спокойствие.

Над рекой, где кружилась тьма, под дождем из капель крови, похожих на ливень, девушка и щупальце казались неразлучными.

***

Она проснулась уже глубокой ночью.

Темнота, словно водопад, обрушилась в глаза. В мрачной комнате Сян Эр, тяжело дыша, сидела на кровати и в смятении смотрела в окно. Старые стекла, которые когда-то вставляли в домах для семей служащих, придавали ночи глубокий индиговый оттенок — казалось, в чернилах размешали синюю краску, и она медленно колышется, переливаясь.

Дождь, похоже, стих, и снаружи пробивался слабый синий свет. Сян Эр чувствовала себя совершенно измотанной: почему ей постоянно снятся такие сны? Это невыносимо, она совсем не может выспаться.

Она включила тусклую лампу, взяла кастрюльку из-под лапши быстрого приготовления и миску, вышла на кухню, помыла их и вернулась обратно. День не задался, она почти не ела, а сердце колотилось в груди, причиняя тягостное беспокойство.

Боясь снова увидеть тот же кошмар, она не хотела спать, но посреди ночи заняться было нечем. Сидя на кровати, Сян Эр невольно перевела взгляд на статую.

Сердце у неё сжалось.

Эта статуя… она снова была обращена прямо к ней. И тот единственный глаз, казалось, смотрел на неё в упор.

— М-м? — Сян Эр невольно издала звук, который в ночной тишине напугал её саму.

Она выпрямилась, застыв в оцепенении, и заставила себя не думать об этом. Должно быть, она сама повернула статую, когда поужинала, вот и всё… должно быть, так оно и есть.

Однако в комнате долго не выветривался запах сырости и чего-то рыбного. Она же ела лапшу, даже яйцо не добавила, откуда взяться такому стойкому запаху?

Сян Эр осторожно приподнялась и выглянула в окно. Снаружи рос огромный камфорный лавр, его густая темно-зеленая листва удерживала капли дождя, которые поблескивали в темноте.

Вокруг царила пугающая тишина. В старом жилом комплексе горели лишь несколько фонарей, установленных самими жильцами; их слабый свет освещал лишь крошечный пятачок, в то время как соседние дома, каменные дорожки, деревья и мох были поглощены тьмой.

Сердце Сян Эр бешено колотилось. Она прижала ладонь к груди, чувствуя тяжесть, и опустила взгляд.

На том месте, где билось сердце, невесть откуда появился след в форме присоски.

Сердце пропустило несколько ударов. В этот миг во всей вселенной, казалось, остались лишь её собственное тяжелое дыхание и этот след от присоски, который перед глазами, застланными кровавой пеленой, никак не желал исчезать.

У Сян Эр защипало в глазах. Опомнившись, она поняла, что её зубы стучат, а губы прокушены до крови — вкус железа наполнил рот.

След от присоски никуда не делся. Он был точно таким же, как в момент обнаружения: свежий, красновато-синий, и от нажатия пальцем становилось больно.

Это правда, этот след настоящий!

Кто его оставил? Как, с помощью чего мог появиться такой странный круглый след с зубчатыми краями?

В горле Сян Эр словно застрял комок ваты. Ей хотелось кричать, но голос пропал. Она хотела встать и убежать, но… куда? Сирота, молодая девушка, затерявшаяся в огромном провинциальном городе, у неё не было дома, кроме этого.

Сян Эр хотела повернуться, но знала, что тогда непременно столкнется лицом к лицу со статуей. С тем самым пугающим, сосредоточенным и холодным глазом и странными щупальцами, что обвивали фигуру.

Её тело сковало оцепенение. Рука, прижимавшая грудь, бессильно опустилась. Она отступила назад, волоча за собой тяжелое тело, и, не оглядываясь, наткнулась голенями на кровать и повалилась на неё.

Глядя в потолок, она чувствовала, как её бьет дрожь. Жуткие сны, синяки на ногах, след на груди… что всё это значит? Раньше, пусть она и спала неважно, сны никогда не были такими — она всегда четко помнила их содержание и даже спустя время сохраняла те странные ощущения, что испытывала во сне.

Что это, в конце концов, такое?

В глубине души у неё уже был ответ. Но она боялась себе признаться: казалось, стоит только подтвердить существование этого «чего-то», как случится нечто еще более ужасное. Это была интуиция.

Но что ей оставалось делать?

Дыхание постепенно выровнялось, она начала успокаиваться. Вспоминая сцену из сна, она невольно представила то темно-красное жуткое щупальце…

— А! Больно…

В голове внезапно кольнуло, словно тысячи иголок вонзились разом. Ужасающая боль! Казалось, будто в мозг вкручивают сверло. Но на самом деле она понимала, что боль не совсем реальна — отчасти это была игра воображения.

Она была до того напугана, что любая мысль об этом отдавалась болью в груди.

Она перевернулась на другой бок, подальше от статуи. Перед глазами оказался каркас деревянной кровати. На стене за ним, кажется, что-то было.

Придерживая голову, она попыталась подвинуться, чтобы рассмотреть получше.

В этот момент в гостиной послышались шаги. Кто-то ходил по комнате, отчетливо слышалось: топ-топ, топ-топ.

Сян Эр впилась взглядом в дверь спальни. Такая хрупкая, такая ветхая — она даже не меняла замок и теперь не могла вспомнить, запирала ли дверь на щеколду.

В этом районе было неспокойно. В старом доме не было охраны, жили в основном старики, и кражи случались часто.

http://bllate.org/book/37511/4678784