Готовый перевод The Wild King I Picked Up Has Fallen For Me [Esports] / Киберспорт: Приручить «дикого» капитана: Глава 5

Вернувшись в тренировочную комнату, Чжоу Сюаньнянь открыл почту. Главный тренер Silver прислал ему немало материалов о перспективных новичках-стрелках, набранных молодежным лагерем за последние годы. Набирали их действительно помногу, но выдающимися способностями они не отличались, из-за чего на протяжении нескольких лет позиция стрелка в ETG оставалась вопиюще слабым местом, из-за которого команда часто несла потери в матчах.

Возвращение Чжоу Сюаньняня на родину стало для ETG словно манна небесная. Проведя два года в ожесточенных боях на европейской профессиональной сцене, он играл на стрелке поистине великолепно.

Добравшись до середины списка и так и не выбрав никого стоящего, Чжоу Сюаньнянь с унылым видом постукивал указательным пальцем по мышке.

Гу Чжэн вернулся после ужина. Чжоу Сюаньнянь уже собирался с ним поздороваться, но тот принял отстраненный вид, словно отгораживаясь от всего мира тысячелитровой стеной, а лицо его помрачнело еще сильнее, чем внизу.

Чжоу Сюаньнянь мысленно покрылся вопросительными знаками.

— Я тебя чем-то задел? — искренне поинтересовался Чжоу Сюаньнянь. Клянусь небесами и совестью, он весь день вел себя тише воды ниже травы и к людям даже не приставал.

Гу Чжэн с каменным лицом бросил в ответ, словно Чжоу Сюаньнянь задолжал ему восемь миллионов:

— Нет.

Чжоу Сюаньнянь пару секунд ломал голову, затем озадаченно обернулся и, заглянув за экран собственного компьютера, внезапно всё понял.

Вот оно что, оказывается, где он меня поджидал. Чжоу Сюаньнянь решил проявить инициативу и объясниться:

— Мой контракт с клубом истекает через год, и в ETG надеются, что перед уходом я успею вырастить хорошего стрелка. Последние два года я провел в европейском регионе, неплохо выступал на европейском сервере и кое-чего добился.

Гу Чжэн холодно выдал:

— Мм, — и открыл игровую страницу.

Чжоу Сюаньнянь:……

Выходит, он тут распинался перед ним бисер перед свиньями.

Чжоу Сюаньнянь проглотил обиду. Пожалуй, в прошлой жизни он и впрямь задолжал этому щенку. Выйдя из почты, он с натянутой улыбкой спросил:

— Катаем дуо, Лан-шэнь?

Гу Чжэн:

— Сегодня некогда.

Чжоу Сюаньнянь:……

Из-за съемок в развлекательном шоу Лю Цин специально перенес банкет в честь прибытия Чжоу Сюаньняня на более ранний срок, чтобы все могли снова освоиться друг с другом.

В ревущем потоке вечернего часа пик повсюду образовывались пробки, однако мотоцикл Гу Чжэня в этой суматохе проворной рыбкой лавировал между машинами, не встречая никаких препятствий.

Они прибыли к ресторану как раз в тот момент, когда закатное солнце исчезало за горизонтом, и вошли в отдельный кабинет друг за другом.

Лю Цин созвал целый пир на весь мир — все здесь были старыми добрыми знакомыми: Цяожань из FX, Цзинхун и Цзююй из BM, комментатор Rever, популярные стримеры с платформы Крамер и многие другие.

Стоило Чжоу Сюаньняню переступить порог, как его тут же окружили со всех сторон, наперебой принявшись допытываться, где его черти носили последние два года.

Он от природы обладал подвешенным языком и с легкостью парировал все вопросы. Лишь когда всеобщая радость от воссоединения немного улеглась, Гу Чжэн неторопливо появился в дверях.

Похоже, никто не ожидал его появления, и атмосфера на мгновение замерла. Оживленный зал вдруг словно окатили ушатом ледяной воды.

Чжоу Сюаньнянь не понимал, в чем дело, пока странную тишину не нарушил чей-то голос:

— Капитан!

Чжоу Сюаньнянь повернулся на звук и увидел молодого паренька, сидевшего рядом с Цяожанем. Чжоу Сюаньнянь сразу его узнал:

— Ого, а наш младший лекарь из ETG какими судьбами в FX? Неужто по старому дому тоскуешь?

Подколов его, он краем глаза не забывал следить за тем, куда направится Гу Чжэн. Лю Цин усадил Гу Чжэня рядом с собой.

Цяожань прикрыл собой Инь Чэня:

— Только вернулся и уже принялся обижать ребенка? Представлю официально: Инь Чэнь, мой младший брат.

По залу прокатился ропот.

Нельзя было винить собравшихся за то, что они этого не заметили: они приходились друг другу сводными братьями по матери, и кроме слегка схожих носов в них вообще не было ничего общего, выдающего кровное родство.

Из вежливости Инь Чэнь растянул губы в улыбке и поздоровался с Чжоу Сюаньнянем. Он никак не ожидал, что Чжоу Сюаньнянь вернется так быстро, а сегодня заявился сюда просто потому, что напропалую увязался за старшим братом в надежде как следует повеселиться.

Как всем было известно, Чжоу Сюаньнянь и Гу Чжэн принадлежали к двум враждующим лагерям и являлись заклятыми соперниками, которые на дух друг друга не переносили.

Инь Чэнь, разумеется, держал сторону Гу Чжэня.

Он знаком поманил Гу Чжэня пересесть к нему, ведь во всем зале у того были близкие отношения только с ним.

Гу Чжэн покачал головой, давая понять, что останется на месте. Поразмыслив немного, Инь Чэнь сам поднялся из-за стола, собираясь перейти к нему. Однако не успел он сделать и шага, как Чжоу Сюаньнянь уселся прямо рядом с Гу Чжэнем, причем устроился весьма непринужденно.

Не только Инь Чэнь, но и многие присутствующие замерли от удивления, да и сам Гу Чжэн посмотрел на него. Чжоу Сюаньнянь улыбнулся ему, а затем снова повернулся к остальным, продолжая непринужденную беседу.

Когда все собрались, Чжоу Сюаньнянь первым делом предложил всем добавить друг друга в WeChat:

— Прошу прощения, господа, из-за личных обстоятельств в прошлый раз мне пришлось уехать в спешке, и все аккаунты у меня теперь новые.

С этими словами он взял со стола бокал белого вина и осушил его до дна в знак извинения.

Его слова звучали двусмысленно: внешне он приносил извинения, но на самом деле прикрывал Гу Чжэня, давая всем понять, что его собственный уход из спорта тогда никак не был связан с Гу Чжэнем и диктовался исключительно личными причинами.

В кругу киберспорта крутились уже столько лет, и многие вещи не нужно было выносить на показ — все и так всё прекрасно понимали.

Но этого было мало. Дождавшись, пока остальные отсканируют QR-код Чжоу Сюаньняня, тот повернулся к Гу Чжэню:

— Лан-шэнь, сделай одолжение, добавь меня тоже.

Вообще-то у них уже был общий чат, и при желании можно было добавиться прямо там, но Чжоу Сюаньнянь предпочел поступить иначе.

Гу Чжэн встретился с ним взглядом.

Одна секунда...

Две секунды...

Спустя три секунды Гу Чжэн достал телефон и отсканировал его код.

Чжоу Сюаньнянь с чувством полного удовлетворения откинулся на спинку стула. В свое время, чтобы Гу Чжэн не смог его отыскать, Чжоу Сюаньнянь занес того в черный список в ту же секунду, как покинул ETG, даже не дожидаясь окончания матча Гу Чжэня.

После всего этого у сидевших за столом людей словно госпал камень с души — даже если у кого-то и оставались претензии к Гу Чжэню, теперь они исчезли. Предвзятость породил Чжоу Сюаньнянь, но раз сам он не придавал этому значения и лично опроверг слухи, обсуждать было больше нечего.

И лишь Инь Чэнь сидел отрешенно, ничего не понимая: погодите-ка, у них ведь вроде бы вовсе не плохие отношения?

В преддверии периода трансферов этот ужин породил массу слухов и сплетен.

Ближе к середине трапезы Гу Чжэн сослался на необходимость подышать свежим воздухом и вышел, а Чжоу Сюаньнянь лишь молча проводил его взглядом.

Гу Чжэн толкнул дверь отдельного кабинета. За пределами ресторана по-прежнему кипела жизнь: шумная толпа, смех, шутки, крики — все предавались веселью с безудержным энтузиазмом. Казалось бы, вокруг царила самая оживленная атмосфера, какая только возможна, но у Чжоу Сюаньняня вдруг щемило сердце.

Ему показалось, что одинокая фигура Гу Чжэня выглядит до боли жалко.

Улыбка светского гостеприимства мгновенно исчезла с его лица. Ему неожиданно стало любопытно, что Гу Чжэн станет делать на улице, поэтому под предлогом необходимости вымыть руки он тихонько последовал за ним.

Погода в Наньюе стояла переменчивая: еще минуту назад небеса сияли великолепием, а окрестности тонули в закатных лучах, как вдруг снова затяжной моросью закапал дождь.

Мраморный пол ресторана в какой-то момент покрылся бесчисленными мокрыми следами от ног. Обойдя весь зал и никого не найдя, Чжоу Сюаньнянь направился к выходу.

С краев крыши срывались и падали редкие капли, а ступени перед входом насквозь пропитались сыростью. Гу Чжэн сидел на корточках на самой верхней ступеньке и курил, а выдыхаемый им дым безвольно метался под порывами ветра.

На дорогах собралось немало луж, и люди, только что шедшие неторопливой походкой, вдруг засуетились, а разлетающиеся брызги принялись пачкать им брюки.

Гу Чжэн просто смотрел на это, не произнося ни слова. Ветер усиливался, косые струи дождя хлестали его по рукам, но он даже не пытался укрыться и продолжал так же сидеть на корточках.

У Чжоу Сюаньняня заныла поясница, и вместе с ней острой болью в груди отозвалось сердце — да так сильно, что ему стало трудно дышать. В нем внезапно вспыхнул непреодолимый порыв подойти и окликнуть Гу Чжэня.

На беду, к крыльцу как раз подбежали ругающиеся прохожие, спасавшиеся от непогоды, и из-за своей спешки они оттолкнули его обратно внутрь.

Спрятавшись в тени у дверей, он с усилием сжал кулаки и лишь тогда, когда сигарета Гу Чжэня почти догорела, бесшумно вернулся в кабинет.

Дождь шел недолго, и к моменту возвращения уже совсем прекратился. Гу Чжэн не стал садиться в машину Лю Цина и уехал обратно на собственном мотоцикле.

В автомобиле остались только Чжоу Сюаньнянь и Лю Цин.

На светофоре взгляд Чжоу Сюаньняня упал на одинокую фигуру на перекрестке, и он без всякой предыстории спросил:

— Он часто так делает?

Лю Цин повернулся к нему:

— Кто? Как именно?

Чжоу Сюаньнянь принялся шарить по карманам в поисках сигарет, но так ничего и не нащупал:

— Гу Чжэн. Вот так — один у входа в ресторан.

Лю Цин вздохнул:

— Наверное. Он не особо жалует подобные светские посиделки, а в этот раз согласился прийти главным образом потому, что знал — ты будешь здесь. Сам знаешь, — виновато добавил Лю Цин, — из-за истории с тобой многие его недолюбливают.

Гу Чжэн от природы не любил общество и отличался холодным нравом, а поскольку после ухода Чжоу Сюаньняня из киберспорта многие решили, что во всем виноват он, отношение к нему испортилось окончательно. Постепенно Гу Чжэн вовсе перестал посещать подобные мероприятия, а во время командных ужинов всегда уходил самым первым.

Взгляд Чжоу Сюаньняня помрачнел. Он ведь помнил:

— Когда я уходил из команды, я четко сказал, что это никак не связано ни с кем из остальных.

Заметив странный тон его голоса, Лю Цин попытался его успокоить:

— Общественное мнение в сети формируется именно так, и все мы в той или иной степени поддаемся этому влиянию. Но раз сегодня ты сам подошел к Гу Чжэну и публично поддержал его, добавив в WeChat, думаю, в дальнейшем никто не станет его особо задевать.

Лицо Чжоу Сюаньняня потемнело, а мысленно он отборно обругал ETG с ног до головы.

Увидев его выражение лица, Лю Цин с горькой усмешкой произнес:

— Что такое? Теперь-то дошло, жалко стало?

Чжоу Сюаньнянь закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья:

— Заткнись.

Какое там жалко — его сердце трескалось пополам.

Возможно, Гу Чжэн ненавидел его даже сильнее, чем он мог себе представить.

Объявление о возвращении Чжоу Сюаньняня было назначено на сегодня, и Лю Цин специально договорился о съемке с новым модным брендом, чей фотограф славился отменным и придирчивым вкусом.

К сожалению, Лю Цин так ничего и не понял. Сначала он думал, что Чжоу Сюаньнянь выберет образ в французском стиле, ну или на худой конец в стиле футуристичной механики. Последнее было сейчас особенно популярно и прекрасно сочеталось со статусом киберспортсмена. Однако в итоге Чжоу Сюаньнянь вышел на съемочную площадку в самой обычной белой рубашке, а макияж был настолько незаметным, словно жидкая каша из пары рисовых зерен — во всяком случае, Лю Цин так и не разглядел, нанесли ли вообще хоть что-то на его лицо.

Под конец съемки он заставил Чжоу Сюаньняня надеть новую форму команды и сделать один официальный снимок.

Стиль они выбирали вместе с фотографом, но Лю Цин все равно искренне не понимал, почему Чжоу Сюаньнянь остановил выбор именно на этом.

— Ностальгия по юности? Но твоя юность выглядела совсем иначе.

Чжоу Сюаньнянь улыбнулся:

— Возврат к истокам. Искусство понимаешь?

Проезжая мимо палаток с ночным перекусом, Чжоу Сюаньнянь вышел из машины и прогулялся поблизости.

Наньюй занимал огромную территорию с горами и морем — это был город, где гармонично сочетались природные пейзажи. Однако имущественное неравенство здесь тоже бросалось в глаза: в богатых районах высотки упирались прямо в небо, тогда как в отсталых трущобах жилые дома лепились друг к другу самым жалким образом.

В прошлые годы этот разрыв был еще чудовищнее. Нет, называть это разрывом было нельзя — между ними лежала настоящая пропасть. Позже городские власти постепенно занялись благоустройством, объявив кампанию по созданию цивилизованного города, и экологическая обстановка в некоторых районах наконец улучшилась.

— Мастер, а сколько лет вы уже жарите шашлыки?

http://bllate.org/book/37509/4678617