Готовый перевод The School Hunk Is My Stream Fan / Мой тайный поклонник: Школьная любовь из стрима: Глава 9

Он остановился на мгновение и крайне заботливо спросил: — Это нужно объяснять? Всё равно что штаны надеть. Или мне помочь?

Цзян Нань: — ...

Да это же ни разу не дружеская помощь, чистой воды забота об умственно отсталом.

Ну погоди, Чжоу Хуайчжи, я это твоё мелочное занудство ещё припомню!

— Спа-си-бо! — Цзян Нань вырвал страховочную систему из его рук и, наклонившись, просунул ноги в ножные обхваты, да так резко, что чуть не свалился.

Чжоу Хуайчжи вовремя перехватил его за руку и низким голосом произнёс: — Осторожнее.

Уперевшись на надежную руку Чжоу Хуайчжи, Цзян Нань выровнял равновесие, с облегчением выдохнул и машинально бросил: — Спасибо.

В этом спасибо уже не слышалось прежнего скрежета зубовного, и Чжоу Хуайчжи чуть приподнял бровь: — Пожалуйста, стой крепче.

Тут Цзян Нань сообразил, что они до сих пор крепко сжимают друг другу руки. От тепла соприкасающихся ладоней его пальцы задрожали, и в следующее мгновение он отдернул руку, словно от удара током.

Чжоу Хуайчжи: — ...

Цзян Нань с деланным равнодушием чуть отступил назад и опустил взгляд на пряжки страховочной системы, пытаясь переключить внимание.

Однако поясной зажим будто назло сопротивлялся, сколько ни пытался, застегнуть надежно не получалось.

В момент, когда раздражение достигло предела, перед ним протянулись длинные тонкие пальцы, ухватили ремень на поясе, и в процессе движения тыльная сторона ладони невольно мазнула по его кончикам пальцев.

Цзян Нань вздрогнул, подогнув пальцы, но с места не сдвинулся.

— Давай я, — сказал Чжоу Хуайчжи.

Его голос раздался совсем близко, а Цзян Нань так и замер.

Чжоу Хуайчжи притянул поясной ремень, помогая застегнуть его, и когда затянул стропу, та плотно обхватила талию Цзян Наня.

Она оказалась настолько узкой, что Чжоу Хуайчжи запросто мог обхватить её одной рукой.

Пальцы Чжоу Хуайчжи на секунду замерли, после чего он как ни в чем не бывало защелкнул пряжку: — Поясной ремень обязательно должен находиться выше подвздошных костей. Тут никакой особой хитрости нет, главное — затянуть потуже.

Цзян Нань молчал.

Из-за возни с ремнем они стояли очень близко. Чжоу Хуайчжи слегка наклонил голову, и с ракурса Цзян Наня отлично прорисовывался его прямой нос.

Высокое надпереносье, прямой мост.

Говорят, именно нос ярче всего выдает мужское начало во внешности мужчины. У Чжоу Хуайчжи нос выдающийся, интересно, а что у него там внизу, большое или...

— Две стяжные пряжки регулируют размер, а конец ремня нужно зафиксировать, чтобы застежка не ослабла...

Не дождавшись ответа на середине фразы, Чжоу Хуайчжи поднял голову и увидел, что Цзян Нань вроде бы смотрит на него, но глаза блуждают неизвестно где.

Даже уши слегка покраснели.

По всему было видно — витает где-то далеко.

Чжоу Хуайчжи щелкнул пальцами у самого его уха, и Цзян Нань резко очнулся, услышав вопрос: — Ты о чем задумался?

Сообразив, о чем именно он только что думал, Цзян Нань мысленно на удвоенной скорости прогнал Сердце сутры праджня-парамиты и горько вздохнул: вот ведь красота мужская, с толку сбивает!

Сделав невозмутимое лицо, он выдал: — Ни о чем. Любуюсь твоей богатой внутренней красотой.

— Вот как. — Чжоу Хуайчжи то ли поверил, то ли нет, но вежливо ответил: — Спасибо.

А затем вернулся к обсуждению снаряжения: — Ширину ножных обхватывателей подбирай под себя, чтобы не сковывали движения, когда полезешь на стену. Правда, у тебя сегодня брюки тонковаты, могут остаться следы.

Цзян Нань принялся регулировать ремни и небрежно бросил: — Пустяки, шкура толстая, выдержит.

Шкура толстая?

Взгляд Чжоу Хуайчжи скользнул по его предплечьям, выглядывающим из-под футболки с коротким рукавом.

Кожа белая, нежная — скорее уж тонкая и бархатистая.

И с чего он о себе такого мнения?

Тут вернулся Лу Е и принес Цзян Наню защитный шлем.

Увидев, что Цзян Нань уже затянул страховочную систему, он предупредил: — Позже, если будет возможность подняться на подъемнике, лучше пользуйся им. Ты на скалодром впервые лезешь, не нужно геройствовать.

— Знаю. — Цзян Нань хоть никогда и не занимался скалолазанием, но со страховкой ему было не так страшно. — Кого снимаем первым?

Лу Е кивнул большим пальцем на Чжоу Хуайчжи: — Его.

Цзян Нань перевел взгляд на Чжоу Хуайчжи и одарил его улыбкой проказника: — Ну что ж, давай, покажи мне всю мощь своей мужественности.

Чжоу Хуайчжи: — ...

В отличие от Цзян Наня, для которого это был первый подъем на стену, Чжоу Хуайчжи занимался скалолазанием бесчисленное количество раз, и тренировочная стена не представляла для него никакой сложности.

Он даже обошелся без страховочной системы: крутой склон покорялся ему легко, словно ровная дорога, каждое движение и прыжок были под абсолютным контролем, а сила мышечного корсета внушала благоговейный ужас.

Цзян Нань впервые наблюдал за тем, как лазает Чжоу Хуайчжи: сначала он сделал несколько кадров с подъемника и лишь потом рискнул забраться на стену сам.

Ради него Чжоу Хуайчжи сбавил темп.

Цзян Нань выбирал зацепы покрупнее для опоры ног и, пользуясь поддержкой страховки, справлялся с задачей без особого труда, поймав в объектив немало удачных кадров.

В объективе камеры Чжоу Хуайчжи выглядел словно источник света, от которого невозможно было отвести глаз.

Форменная майка скалолазной команды была черной и без рукавов. Когда Чжоу Хуайчжи вцеплялся в зацепы и напрягал мышцы, рельеф рук отчетливо проступал под кожей, а мощные плавные линии от плеч до кистей источали мощнейшее сексуальное напряжение.

Цзян Нань даже боялся представить, до чего же блаженно было бы оказаться зажатым в его объятиях, когда те самые руки крепко сжимают твою талию.

Впрочем, ему такая радость не светит.

При этой мысли Цзян Нань скривил губы и вернулся к роли бесчувственного инструмента для съемок.

Съемки с участием Чжоу Хуайчжи подошли к концу ближе к полудню. Когда Цзян Нань спустился на подъемнике, к нему подошел Лу Е: — Выручил! Обед уже везут, передохни пока.

Цзян Нань кивнул и подошел к Чэн Юю поинтересоваться результатами.

Помимо съемки вблизи на стене, Цзян Нань установил внизу длиннофокусный объектив для панорамных кадров.

— Просто класс! — Чэн Юй показал большой палец и с благоговением произнес: — Стойка и движения старшекурсника Чжоу просто безупречны, да к тому же он такой красавчик! Неудивительно, что он с ходу захватил титул главного красавчика нашего университета!

Просматривая снимки, Цзян Нань между делом уточнил: — Разве главный красавчик тут не я?

— Братишка Нань, ты у нас главная красавица, — тихо поправил Чэн Юй.

http://bllate.org/book/37444/4668095