Готовый перевод The Upset West Wind Isn't West / Развод отменяется: Глава империи в ловушке прошлого: Глава 4

Однако сейчас этот мужчина выглядел крайне спокойно и невозмутимо, совсем не так, как при их первой встрече.

— Что такое?

Пэй Линшань опустил голову, как раз избегая прямого, обнажённого взгляда Гу Синъюаня, и приподнял повыше изголовье кровати, чтобы юноше было удобнее лежать.

— Тебе всё ещё где-то больно?

— Говорят, это твой дом?

Гу Синъюань ответил вопросом на вопрос, в его глазах промелькнуло лёгкое любопытство, и он упорно смотрел на Пэй Линшаня: — Смочь купить такую огромную отдельную виллу в Городе Аньцзин да еще и задействовать вертолёт — кто ты такой?

Гу Синъюань понял это сразу, как только очнулся: хотя он и попал в автомобильную аваpию, роскошная большая комната в ретро-стиле, в которой он сейчас находился, вовсе не была больницей и не принадлежала его собственному дому.

Старый Ли объяснил: поскольку тогда его ранения оказались слишком тяжелыми, квалификации и технологий больницы в Городе Байлу было недостаточно, и господин Пэй первым делом распорядился задействовать вертолёт, чтобы отправить его обратно в Город Аньцзин — в лучшую, да и к тому же во всей стране лучшую больницу. Операцию проводила команда авторитетных и известных как на родине, так и за рубежом экспертов.

Старый Ли настойчиво подчеркивал, насколько тяжелыми были его травмы тогда, и снова и снова сокрушался, что всё благодаря господину Пэю, иначе…

Иначе что — Старый Ли не стал продолжать, лишь в самом конце добавил: — После того, как вы миновали самый опасный период и вас перевели в обычную палату, господин Пэй счёл больничную обстановку неблагоприятной и шумной, поэтому забрал вас, молодого господина, на собственную виллу, чтобы вы могли спокойно поправляться.

Он действительно очень внимателен ко мне.

Тогда Гу Синъюань подумал именно так, но тут же вспомнил, что в конце концов именно Пэй Линшань сбил его до такого состояния, так что проявить внимание было вполне естественно.

Теперь же, услышав вопрос Гу Синъюаня, Пэй Линшань лишь улыбнулся: — Кем я могу быть?

Гу Синъюань мысленно перебрал все известные семьи богачей в Городе Аньцзин, но не припомнил никого по фамилии Пэй, и тут же прищурился: — Этот молодой господин вообще-то тебя спрашивает.

Властный тон звучал так, будто был у него в крови, но при этом вовсе не вызывал отторжения.

Улыбка Пэй Линшаня стала ещё шире, он придвинул стул и сел рядом с Гу Синъюанем: — Старый Ли, должно быть, уже говорил тебе: моя фамилия Пэй, зовут Пэй Линшань. Молодой господин Гу, о чём именно ты хочешь спросить?

— Я…

— Если ты хочешь спросить, откуда я родом, чем занимается моя семья, каково моё состояние и сколько у меня братьев — я могу рассказать тебе и об этом, но, молодой господин Гу, — Пэй Линшань потрогал ледяную из-за капельниц руку Гу Синъюаня и медленно продолжил: — Полагаю, подобные вещи принято обсуждать только с тем, с кем состоишь в близких отношениях.

Сказав это, он поднял голову и с тихой усмешкой сощурил глаза, глядя на Гу Синъюаня: — Ты всё ещё хочешь спросить?

Гу Синъюань поперхнулся, а сообразив, резко выдернул свою руку: — Не спрашиваешь — и не надо, зачем ты лапаешь мои руки?

— Не двигайся.

Пэй Линшань перехватил его руку обратно, его голос прозвучал низко: — На улице так холодно, а тебе каждый день ставят столько капельниц. Я подержу её, чтобы немного согреть.

— Отопление же включено, я не мёрзну.

Гу Синъюань попытался вырваться, но на беду у него почти не осталось сил, и его нежные пальцы оказались полностью накрыты широкой ладонью Пэй Линшаня, так что пошевелить ими было невозможно.

Пэй Линшань проявил твердость: — Холодно. Будь послушным.

— Ты!

На бледном лице Гу Синъюаня постепенно проступил румянец: — Возомнил невесть что, раз смеешь так разговаривать с этим молодым господином.

— Я не возомнил, просто по нелепой случайности из-за меня молодой господин Гу оказался в таком положении, на душе скребут кошки, вот и стараюсь услужить тебе как можно усерднее.

— Этому молодому господину не нужно… — Гу Синъюань с трудом приподнялся и попытался высвободить руку, задействовав плечо.

— Сказал же — не двигайся. Смотри, кровь сейчас пойдет обратно.

Гу Синъюань инстинктивно опустил голову и только тогда сообразил, какая ещё обратная кровь… Флакон висел так высоко, и если бы его кровь смогла преодолеть силу земного притяжения и давление внутри капельницы, чтобы потечь вверх, это было бы поистине чудом.

Пэй Линшань не обращал внимания на его сопротивление и воспользовался моментом, пока юноша опешил, чтобы уложить его обратно, крепко сжимая одной рукой: — Если твой дворецкий увидит это, то решит, будто я плохо к тебе отношусь.

— Да как он смеет…

— У тебя горло всё еще болит? Я слышу, голос до сих пор немного хриплый. Не хочешь взять леденец для горла? Мятный.

С этими словами Пэй Линшань одной рукой достал из кармана несколько конфет.

Мысли Гу Синъюаня мгновенно переключились, и при виде нежно-зелёной упаковки мятных конфет он инстинктивно нахмурился: — Я не буду. Что это за гадкий вкус — мятный? Не нужно, не нужно, забери.

На этот раз в замешательстве оказался уже Пэй Линшань.

Подержав в одной руке конфеты какое-то время, он словно очнулся, убрал их назад и как бы между прочим спросил: — Тебе не нравится мята? Тогда в следующий раз я принесу другой вкус, какой тебе нравится?

Любимый вкус?

Гу Синъюань чуть было не выпалил со вкусом молока, но в последний момент почувствовал, что этот вкус действительно слишком ребяческий, и неловко чуть повёл плечом: — Какая тебе разница, что мне нравится? У меня горло не болит, и леденцы мне не нужны.

Пэй Линшань всё это время внимательно следил за лицом юноши, и стоило ему услышать ответ, как в его глазах снова вспыхнула улыбка — этот Гу Синъюань перед ним был донельзя наивным и слишком легко угадывался. Он сделал вид, что озадаченно задумался на мгновение, прежде чем испытующе произнести: — Тогда… позволь мне угадать?

Гу Синъюань закатил глаза.

— Фруктовый?

— Клубничный? Виноградный?

— О… Похоже, ни то, ни другое.

— Молочная карамель?

— Это молочная карамель, со вкусом молока, верно?

Заметив выражение крайнего неверия на лице Гу Синъюаня, Пэй Линшань редкостно легко рассмеялся: — Ладно, я понял. Молодой господин Гу любит молочный вкус, но сегодня такого нет, в следующий раз я принесу.

— Эй, эй! Не болтай ерунды, кто сказал, что я люблю молочные конфеты?

Гу Синъюань ещё пытался возразить: — К тому же, к тому же, даже если мне нравится молочный вкус… Чего ты улыбаешься? Ещё раз улыбнешься?

Гу Синъюань напустил на себя суровый вид, и в этот момент в нём действительно проступило нечто устрашающее.

— Ладно-ладно, я не улыбаюсь.

Пэй Линшань выпрямился и уже серьезно произнес: — Гу Синъюань, когда ты вот такой, ты и впрямь очень милый.

http://bllate.org/book/37417/4664065