Готовый перевод Did My Husband Get Out of Prison Today / Вышел ли мой муж из тюрьмы сегодня?: Глава 11

или же какими-то иными отношениями.

Время пролетело слишком быстро, так быстро, что некогда юные мальчишки уже обзавелись семьями и собственным делом, так быстро, что облик городских улиц преобразился до неузнаваемости.

Настолько быстро, что… он даже не знал, как представить его другим.

— Один… давний знакомый. — Цзянь Чуань вымыл руки и вышел наружу.

Ян Фэн, следовавший за ним по пятам, почесал в затылке.

Что значит давний знакомый? Насколько давний? С тех пор как он вышел на свободу и начал крутиться возле брата Цзяня, он ни разу не видел этого человека. Значит, они познакомились еще до того, как брат Цзянь угодил за решетку.

Если так рассуждать, то знакомство действительно давнее. Брат Цзянь отсидел семь лет, да и после освобождения прошло уже три года, так что этот человек — старый друг как минимум десятилетней давности.

Даже дольше, чем они с братом Цзянем знакомы.

Но постойте, если они старые друзья, почему брат Цзянь ни разу не обмолвился о нем ни словом?

И в каких же они тогда отношениях — хороших или нет?

***

Взгляд У Синхэ был прикован к двум мужчинам, вышедшим один за другим. Его брови медленно сошлись на переносице: то, что казалось странным еще мгновение назад, теперь стало еще более подозрительным.

Он перевел взгляд на Ян Фэна.

Сегодняшний наряд Ян Фэна ничем не отличался от того, что был на нем в тот вечер: массивная золотая цепь, золотые часы и шлепанцы-вьетнамки, только вот вместо цветастой рубашки на нем была майка с огромным черепом.

— Как ты его сейчас… назвал?

Ян Фэн ткнул пальцем в себя и озадаченно переспросил:

— Я? Это же мой брат Цзянь, а что, я как-то неправильно…

Не успел он закончить, как увидел изменившееся лицо У Синхэ и внезапно что-то вспомнил.

Черт возьми!

У Синхэ спросил:

— Разве ты не управляющий?

Ян Фэн:

— …

Цзянь Чуань тоже с недоумением посмотрел на Ян Фэна.

Взгляд У Синхэ скользнул от одного к другому:

— Редкое зрелище: управляющий называет временного рабочего братом, причем так тепло.

Ян Фэн:

— …

Цзянь Чуань:

— …

Неизвестно, показалось ли ему, но Ян Фэн ощутил в этой фразе необъяснимую враждебность. Не понимая, в чем причина, он на всякий случай отступил на пару шагов в сторону, подальше от Цзянь Чуаня.

— Ну… как говорится, зашел в чужой монастырь со своим уставом. В тот день я не знал, что вы друг брата Цзяня, вот и не сказал правду, — Ян Фэн неловко рассмеялся. — Позвольте представиться заново: меня зовут Ян Фэн, я друг брата Цзяня и, можно сказать, шеф-повар нашего заведения… — он покосился на Цзянь Чуаня, который смотрел прямо на него, и добавил:

— …один из них.

У Синхэ на мгновение замолчал:

— Значит, это ты здесь управляющий?

Он спросил об этом Цзянь Чуаня. Тот сообразил, к чему вопрос, и кивнул. Теперь ему стало понятно, почему У Синхэ с утра задавал такие странные вопросы. Он-то думал, о каком временном рабочем идет речь, а оказалось, что тот просто неправильно все понял.

— Да, это мое заведение.

У Синхэ окинул взглядом помещение. Площадь была немаленькой, отделка добротной — сразу видно, что владелец вложил немало сил и денег. Да и дела шли неплохо: в прошлый раз, когда он приходил, ему пришлось стоять в очереди.

— …Неплохо.

Глава 8

Действительно неплохо.

Больше всего в последние годы У Синхэ тревожило то, как Цзянь Чуань сможет вновь влиться в общество после тюрьмы. У него были деньги, и Цзянь Чуань мог бы не работать всю оставшуюся жизнь — это не имело бы никакого значения.

Но он знал: Цзянь Чуань этого не примет.

С того самого дня, как он познакомился с ним, он понял: Цзянь Чуань не из тех, кто станет принимать подачки. Поэтому, когда он впервые пришел к нему с деньгами в бар на задворках, тот просто вышвырнул его вон.

И не побил, видимо, только потому, что пожалел — парень был еще совсем юн.

Цзянь Чуань никогда не согласится сесть ему на шею. Это в том случае, если он вообще захочет его простить. В худшем же варианте — он просто откажется его видеть.

У Синхэ даже не знал, под каким предлогом можно было бы навязаться ему в компанию.

Хотя все эти десять лет он непрестанно каялся.

Он не помнил, сколько писем написал и сколько отправил, но все они, без исключения, канули в Лету.

Сначала он обманывал себя: мол, Цзянь Чуаню там нелегко, будет свободная минутка — обязательно ответит. Но время шло.

Год, два, три, четыре…

Из тюрьмы не приходило ни единой весточки, ни слова. Он окончательно потерял связь с Цзянь Чуанем.

Его охватил животный ужас: вдруг в тюрьме что-то случилось?

Жив ли он вообще?

В то время он целыми днями просматривал в интернете информацию о тюрьмах — как реальную, так и выдуманную. Содержание было отрывочным, и стоило ему закрыть глаза, как его начинали мучить кошмары: в каждом из них он видел Цзянь Чуаня, лежащего в луже собственной крови.

Он перестал спать ночами, и в конце концов грань между реальностью и сновидениями окончательно стерлась.

***

В темноте У Синхэ внезапно распахнул глаза.

Несколько секунд он тупо смотрел в незнакомый потолок, а затем медленно сел. Пижама прилипла к спине, на лбу проступил холодный пот. Лишь спустя долгое время до него дошло, где он находится.

Он встал, чтобы умыться, и долго шарил рукой по стене, прежде чем нашел выключатель.

Выйдя из спальни, он обнаружил, что гостиная пуста.

В таких старых домах ванные комнаты крошечные. Он въехал сюда в спешке, попросив прежнего владельца лишь вывезти старые вещи, так что оборудование, которое нельзя было демонтировать, осталось прежним.

Кран в умывальнике работал как брандспойт: стоило повернуть ручку, как поток воды с шипением ударил У Синхэ прямо в лицо.

Его лицо мгновенно помрачнело.

Пижама прилипла к телу, с груди капала вода. Он решил просто принять душ, но душ оказался под стать крану — напор был невыносимо мощным.

К тому же сломался водонагреватель, поэтому ему пришлось наскоро ополоснуться ледяной водой.

Результатом бессонной ночи стало крайне хмурое выражение лица У Синхэ.

— Не вкусно — не ешь.

У Синхэ замер с ложкой в руке, посмотрел на сидящего напротив Цзянь Чуаня и покачал головой:

— Вполне неплохие вонтоны.

Этим утром они снова пришли в ту самую закусочную. Только вместо рисовой лапши заказали вонтоны с мясной начинкой — тонкое тесто, много мяса.

Цзянь Чуань, глядя на темные круги под его глазами, невольно нахмурился:

— Больше не нужно приходить так рано, чтобы ждать меня. Я привык вставать ни свет ни заря.

У Синхэ промолчал.

Чуть погодя он достал телефон, что-то нажал и пододвинул аппарат к нему.

Цзянь Чуань опустил взгляд, но не пошевелился.

У Синхэ внезапно разжал пальцы, и керамическая ложка с громким стуком ударилась о край чашки. Голос его прозвучал резковато:

— Что такое? Даже номер свой не хочешь дать? Настолько противно меня видеть?

Как только слова слетели с губ, он понял, что не сдержался, и с досадой поморщился, отвернувшись в сторону.

Цзянь Чуань опешил:

— Нет, я…

Увидев выражение лица У Синхэ, он осекся, взял телефон и вбил номер. Дождавшись, пока его собственный телефон в кармане зазвонит, он сбросил вызов.

— Мой номер. Если что-то случится — звони.

— М-м.

Лицо У Синхэ немного разгладилось. Он забрал телефон, сохранил номер, вытер рот и встал.

— Утром совещание в компании, мне нужно ехать.

Сказав это, он развернулся и ушел. На обочине стоял черный представительский автомобиль, он открыл дверь и сел внутрь.

Цзянь Чуань провожал его взглядом, пока машина не влилась в поток на главной дороге и не скрылась из виду. Только тогда он поднялся, расплатился и вышел. В кармане звякнул телефон — пришло уведомление о добавлении в друзья в мессенджере.

***

Секретарь Чжан, прижимая к груди стопку документов, сидела на заднем сиденье рядом с господином У и ждала, когда тот подпишет бумаги.

Вчера телефон господина У был выключен, до него невозможно было дозвониться весь день. Все совещания пришлось перенести. Она так нервничала, что уже успела написать несколько заявлений об увольнении, но, к счастью, сегодня связь наладилась.

Она тихо прижалась к двери, стараясь держаться как можно дальше от У Синхэ.

Те, кто работает личными секретарями, должны знать привычки босса. Например, новый начальник, У Синхэ, терпеть не мог, когда кто-то приближается к нему слишком близко, а случайные прикосновения к его рукам и вовсе были под строжайшим запретом.

Ходили слухи, что один сотрудник головного офиса, желая выслужиться, случайно задел руку господина У и тут же был переведен из секретариата в другой отдел.

— Секретарь Чжан.

Голос босса вырвал ее из раздумий.

— Да, господин У, я слушаю.

У Синхэ протянул ей документы. Секретарь Чжан, осторожно взяв их за края, приняла бумаги.

— У меня возникло дело, перенеси совещание на после обеда.

Секретарь Чжан кивнула:

— Господин У, а как быть с завтрашним совещанием?..

— Отменить.

Секретарю Чжан оставалось только кивнуть:

— Хорошо.

Машина плавно ехала по дороге. Через полчаса они подъехали к офису, У Синхэ вышел и направился внутрь.

Не успел он войти, как навстречу ему вышла женщина.

— Синхэ, наконец-то ты приехал.

Из гостевой зоны на первом этаже поднялась красавица с длинными волосами и, улыбаясь, направилась к ним.

— Я тут в командировке, решила заодно заглянуть к тебе.

В руках Фан Я держала небольшую коробочку.

— Знаю, что у тебя плохой аппетит, вечно перебираешь харчами, вот привезла тебе немного закусок собственного приготовления.

У Синхэ повернул голову и посмотрел на секретаря Чжан.

Та мгновенно поняла намек:

— …Господин У, я об этом ничего не знала.

На лице Фан Я промелькнуло смущение, но она тут же снова улыбнулась:

— Не вини ее, я решила приехать спонтанно. Прости, что не предупредила заранее. Надеюсь, я не помешаю твоей работе, Синхэ?

У Синхэ несколько секунд смотрел на нее своими угольно-черными глазами, затем развернулся и направился к лифтам.

— Поднимайся.

Глаза Фан Я блеснули, и ее улыбка стала еще ярче.

http://bllate.org/book/37406/4662343