Готовый перевод PICU Season 2 Qing Rong / ПИКЮ: Сердца в реанимации. Второй сезон: Глава 2

Какое еще морепродукты, когда среди морепродуктов нет ничего горячее тебя. Ян Шо выглядел так, будто прилип к нему и не желал расставаться ни на секунду: — Как так вышло, что сегодня ты мой любимый человек, а не сосед по комнате?— он вспоминал, как в один из дней на прогулке внизу они встретили знакомого соседа, и Му Чжинань назвали его соседом по комнате, из-за чего Ян Шо тогда целых полдня дулся.

— Подумать только, такой взрослый, а всё обиды помнишь. В прошлый раз вокруг было полно стариков, занимающихся тайцзи, неудобно было перед всеми, а молодые к такому относятся проще, совсем другое дело.

— О~ вот как. Ну тогда твой любимый человек так по тебе скучал, иди обниму — и, приговаривая это, он потащил его к дивану.

— Эй, погоди, дай сначала руки помыть.

— Профессиональная болезнь какая-то, что за мытье рук, это же не операция, не обязательно такая стерильность.

— Я только что овощи резал...

И надо же было Му Чжинаню, даже будучи крепко схваченным, умудриться наспех сполоснуть руки. Ян Шо обхватил его лицо ладонями и целовал от кухни до самой гостиной, переплетаясь с ним языками и не желая отпускать. Притянув его за талию, он пятился назад, пока они не рухнули на диван. Му Чжинань потерял равновесие и всем весом завалился на него, прикусив губу зубами.

— Ай... — Ян Шо невольно поморщился.

Му Чжинань мягко коснулся пальцами его нижней губы: — Больно?

Ян Шо покачал головой, перехватил его руку, сунул под свой ремень и положил туда, где, по его мнению, этой руке самое место, со словами: — А вот здесь почему-то немного больно.

Раньше Му Чжинань относился к подобным вещам с не по годам наивной застенчивостью, но теперь, находясь с Ян Шо и внимая его наставлениям, он всё лучше умел растворяться в моменте и получать удовольствие. Он уже знал, что именно нравится Ян Шо, особенно когда видел его нахмуренные брови и взгляд, полный истомы и глубокой нежности к нему. Немного поднатужившись, Му Чжинань кончиком пальца едва уловимо скользнул по хорошо знакомому месту и спросил: — Так... лучше?

— М-м... — Ян Шо невольно откинулся назад, его грудь тяжело вздымалась. Они не виделись больше полумесяца — семнадцать дней, четыреста восемь часов. Он всматривался в глаза Му Чжинаня, и в них плескались и насмешливка, и жгучая страсть. Этот взгляд и прикосновение дарили ему иллюзию полёта, словно он взмывал в самое сердце пламенеющего...

Лицо его внезапно переменилось, он вцепился в руку Му Чжинаня и с силой оттолкнул его: — Твоя... твоя рука... твою мать, как больно!

Заметив, как глаза Ян Шо подозрительно покраснели и в них вот-вот готовы были заблестеть слёзы, Му Чжинань вспомнил то, что было перед тем, как его вытащили из кухни:

— Я же только что резал... острый перчик чили, — произнес он.

Ян Шо рухнул лицом в диванные подушки и завопил: — Ты решил собственного мужа со свету сжить!

Му Чжинаню хотелось рассмеяться, но было неловко: — Но я же только что вымыл руки... неужели... плохо смыл?

Ян Шо, низвергнутый с вершины блаженства прямо на грешную землю, согнулся в три погибели, скорчившись на диване, и издал жалобный стон раненого зверя. Редкостно растерянный Му Чжинань протянул ему пачку спиртовых салфеток: — Слушай, может... протереть спиртом, глядишь, полегчает?

Ян Шо уставился на него покрасневшими глазами: — Спиртом? О чем ты вообще думаешь, неужели не видел, как у некоторых дома стоит огромный чан с вином, в котором настаивается целая куча всяких трава-корней, и туда обычно еще закидывают звериный этот самый орган?

Му Чжинань прыснул со смеху, одновременно извиняясь: — Прости, я не специально, и смеюсь не со зла, просто ты так жутко вопил, я аж перепугался.

Тут он наконец включил рациональное мышление и предложил: — Точно, капсаицин же нужно нейтрализовать кислотой, как насчет... намазать уксусом?

— Кислое и острое, ты что, собрался овощи на зиму солить! — Ян Шо не желал с ним разговаривать, закрыл лицо диванной подушкой и продолжил глухо ворчать.

Му Чжинань похлопал по подушке, словно стуча в дверь: — Давай я лучше расскажу тебе историю, чтобы ты отвлекся.

— Угу, — звук утонул в подушке, и с каждой секундой в нем слышалось все больше обиды.

— В детстве ты смотрел мультфильм «Приключения Тинтина»?..

Стоило ему произнести лишь первую фразу, как в него полетела диванная подушка.

— Му Чжинань, ты... ты вообще человек или демон! — завопил он еще громче. — А-а-а! С каких это пор моя благоверная превратилась в коварную змею, как же мне горько...

В этот момент вовремя зазвонил телефон Му Чжинаня. Увидев на экране имя Ян Цуньдао, он отошел на кухню, чтобы ответить: — Учитель, да, я дома, сегодня выходной.

Старый Ян на другом конце провода явно отчетливо слышал творившийся в квартире шум и поинтересовался: — Что это у тебя там происходит?

— Это Ян Шо... хм... тащил вещи, уронил на палец ногу, вот и голосит.

— Передай ему, чтоб прекратил орать! Тут такое дело, я хотел заранее с тобой кое о чем поговорить...

Ян Шо, скрючившись на диване, наблюдал за тем, как Му Чжинань разговаривает по телефону. Недавно тот сменил прическу: виски стали короче, чем раньше, из-за чего лицо казалось еще более точеным и резким, сменив образ ретроспективного интеллигента на мужественный и суровый. Ян Шо спрашивал его, зачем он подстригся так, на что тот отвечал, что скоро будет набирать аспирантов, поэтому нужна более строгая, солидная прическа, подобающая преподавателю. Ян Шо тогда рассмеялся, заметив, что стоит ему сделать строгое лицо, как все в педиатрическом отделении начинают затаивать дыхание. Му Чжинань посмеялся в ответ, но упорно доказывал, что вовсе не так уж страшен, как его описывают, а напоследок одарил его лукавым взглядом с поволокой и спросил, неужели некрасиво. Ян Шо тут же подскочил к нему, обнял и выпалил, что конечно красиво, как ни постригись — все прекрасно... Вспомнив это, Ян Шо снова перевел взгляд на Му Чжинаня, но от былого расслабленного веселья не осталось и следа.

Тот выглядел слегка утомленным. Прислонившись боком к косяку кухни, он то разглаживал на небольшой барной стойке только что не выброшенную салфетку, то комкал ее, снова распрямлял, складывал, протыкал в ней пальцем дырочку. Черт знает, о чем толковал старый Ян на том конце, но Му Чжинань явно был рассеян, и Ян Шо даже уловил в его поведении некоторое раздражение от желания поскорее закончить разговор.

— Что случилось? — едва звонок завершился, тут же спросил он.

— В отделении кое-какие кадровые перестановки. Старый Ян хочет постепенно отходить от дел, вести только амбициозный прием и больше не занимать пост заведующего педиатрией.

— Да старый Ян еще не такой уж старый. Старейшина Хуан из отделения общей хирургии, которому за 80, и то по понедельникам на обходы ходит.

Му Чжинань кивнул: — Старейшина Хуан порой даже за операционный стол встает. Я сам встречал его в операционной и теперь считаю, что мои мысли о выходе на пенсию в сорок лет — это просто невероятная дурь.

http://bllate.org/book/37377/4658274